"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Он все утро спал, и его мучили кошмары. В этих кошмарах Тоу Рэг и зеленоглазое чудище с косой удирали из Вальгаллы, и на пути им встретился новый Бог Греха, выскочивший из ящика, очень напоминающего его старый холодильник, и этот бог их уничтожил.
Он с облегчением пробудился от этих кошмаров, услышав веселое приветствие.
— А, это ты? Ты стащил мою книжку.
Он открыл глаза и увидел Салли Миллз, которая столь жестоко обошлась с ним в кафе.
— Я рада, что ты решил наконец последовать моему совету и заняться своим носом, — сказала она. — Долго же ты сюда добирался. Ты нашел ту девушку? А знаешь, ведь ты лежишь на ее кровати. Да, если ее увидишь, передай ей пиццу. Пицца немного остыла, конечно, но курьер сказал, что девушка очень настойчиво требовала, чтобы ей непременно доставили пиццу. Я совсем не сержусь, что ты стащил мою книжку. Сама не знаю, зачем их покупаю, но ведь все покупают. Мне говорили, что автор вступил в сговор с дьяволом или что-то в этом роде. Наверное, чепуха, а я слышала об этом писателе еще одну забавную историю. О цыплятах, которых он требовал приносить в номер, и они потом бесследно исчезали. Так вот, я тут познакомилась с одним человеком, который знает, в чем фокус. Он сам лично вытаскивал этих самых цыплят из гостиничных номеров. Тайно, конечно, именно за это ему и платили. А Говарду Беллу это понадобилось для того, чтобы казаться демонической личностью, тогда все будут покупать его книжки. Но тебе, наверно, надоело уже слушать мою болтовню, а если и не надоело, то мне все равно давно пора заняться другими делами. Старшая сестра говорит; что к вечеру тебя, наверное, выпишут и ты сможешь поехать домой. Ну ладно, надеюсь, тебе уже лучше, тут вот пара газет, можешь почитать.
Дирк взял газеты, страшно довольный, что его наконец оставили в покое. Сначала он решил посмотреть, что ему может сказать «Великий Заганза». И «Великий Заганза» сказал: «Ты страшно толстый и глупый и носишь такую дурацкую шляпу, что тебе должно быть стыдно».
Он выругался и решил посмотреть, какой гороскоп предлагает другая газета.
Там говорилось: «Сегодня день наслаждения домашними удобствами».
Да, подумал он, хорошо бы вернуться домой. И хорошо, что он избавился от старого холодильника и вступил во владение новой, шикарной моделью, которая дожидается на кухне.
Еще оставалось придумать, как быть с орлом, но с этим можно и подождать.
Дирк взглянул на первую страницу — нет ли каких интересных новостей.
  
Дугла Ноэль Адамс
 
«Лосось сомнений»
   
Глава 1
 
Обычно рано утром Дэйв поднимался на гору, в известный только ему укромный уголок, чтобы сделать небольшое подношение к алтарю святого Клайва, покровителя агентов по торговле недвижимостью. Принесенное им сегодня, насколько он мог разобрать, было частью прибора для чистки бассейнов — большая, сделанная из пластика штуковина, чем-то напоминающая омара.
Дэйв осторожно положил свой дар и отступил назад, чтобы полюбоваться результатом.
Святилище представляло собой небольшую кучку камней; то здесь, то там в беспорядке были набросаны вещи, которые появлялись тут время от времени: гаражный ключ с дистанционным управлением, деталь соковыжималки и маленькая игрушка с подсветкой, изображавшая Лягушонка Кермита. Омароподобная чистилка для бассейнов неплохо вписывалась в эту картину, и Дэйв поставил ее так, чтобы два фута сломанной пластиковой трубки свисали над Кермитом наподобие слоновьего хобота.
Его утренние походы к святилищу отчасти были развлечением, но одновременно давали возможность побыть одному и поразмышлять о разных вещах. Поначалу Дэйв приходил сюда просто так, развлечения ради, но вскоре это место стало для него чем-то большим. Ему понадобился уединенный уголок для раздумий. Временами в Дэйва вселялась тревога. А когда в него вселялась тревога, он начинал тихо посмеиваться; когда же тревога становилась совсем невмоготу, он начинал мурлыкать себе под нос любимые мелодии группы «Карпентерс» — до тех пор, пока тревога не покидала его.
  
Но сегодня у него не было особых поводов для беспокойства. Наоборот, душа пела. Дэйв снял с плеч брезентовую торбу и кинул ее на землю.
Вид с горы открывался потрясающий. С каждой стороны Дэйвлэнд окружали густые леса, в которых водились самые разные животные, произрастали самые разные растения. Через лес протекала речка Дэйв, которая, извиваясь между горных склонов, в пятистах милях отсюда впадала в огромный океан, который до недавнего времени он называл Океаном Дэйва, но затем из чувства скромности переименовал в Океан Карен. Дэйв всегда считал, что Тихий — дурацкое название. Он там был. Никакой этот океан не тихий. Но теперь он исправил ошибку.
Дэйвлэнд, его владения, тоже были немаленькими. Да нет, если призадуматься, очень даже внушительными. Дэйв пробежал рукой по волосам, обозревая округу, и, не удержавшись, усмехнулся.
Дэйвлэнд занимал около девяноста акров склона горы. Кстати, и на соседних холмах уже начали появляться новые отпочкования. И какие! Куда более красивые, чем его воображаемый патрон, святой Клайв, мог себе представить. Никаких тебе банальностей в духе старых западных ранчо. Нет, его дома были совершенно другими, ни на что не похожими.
Начать хотя бы с того, что они построены с умом. Ну, например, такая простая на первый взгляд вещь, как куда выходят окна. В общем, в его домах все было на своем месте — и окна, и стены, и вода, и растения в кадках, так что воздух двигался беспрепятственно, когда нужно — теплый, когда нужно — прохладный. Повинуясь законам физики и ничему больше.
Большинство архитекторов ничего не смыслят в физике, сделал для себя вывод Дэйв. Они знают только свои чертежи. А вот в его домах стеклянные призмы и волокна приносили свет туда, где он был вам в тот момент нужен. Теплопроводы забирали тепло у продуктов, которые вы ставили в холодильник, и отдавали тем, что в духовке. Просто, как дважды два. Те, кто приходил посмотреть дома Дэйва, тотчас рассыпались комплиментами: «Ух, как здесь здорово! А почему другие не додумались так строить?»
Ответ? Потому что им не хватает мозгов.
А телефоны? У Дэйва покупатели его домов получали в свое распоряжение такие телефоны, которые им и не снились, просто чудо, а не телефоны. А теперь им захотелось еще и телевизоров, что, по мнению Дэйва, было совершенной глупостью, как вообще, так и в данных обстоятельствах. Но, с другой стороны, было бы ужасно интересно взяться за решение этой проблемы, и, разумеется, Дэйв в конце концов решил и ее. Но, с другой стороны, он решил уже столько проблем, что, сам того не подозревая, создал новую. В Дэйвлэнде сейчас проживало около тысячи человек, и это накладывало на Дэйва обязательства. А это то, к чему он меньше всего стремился.
Дэйв сорвал пучок травы и принялся им помахивать. Лучи восходящего солнца поблескивали, отражаясь от Дэйв-Плейс. Дейв-Плейс — это самый большой и самый красивый дом в Дэйвлэнде, если не во всем мире. Его белые стены и огромные пространства окон венчают собой вершину холма. Сама же вершина превращена в японский сад, откуда через весь дом, журча, стекали горные ручьи.
А чуть ниже, на том же склоне и за тем же забором (Дэйв сам не мог поверить, что теперь ему понадобилась служба безопасности, охрана, сигнализация и все такое прочее. И вообще, сорок — сорок! — из девятисот с хвостиком обитателей Дэйвлэнда были адвокаты), располагался Ноздревой Проход.
Ноздревой Проход — это, пожалуй, самая хитроумная из выдумок Дэйва. Даже он сам, человек, привыкший считать многое из того, что другие находили гениальным, на самом деле не заслуживающим внимания, и то считал его потрясающим решением. В принципе все остальное на этом холме обязано своим существованием Ноздревому Проходу. Именно поэтому Дэйв сейчас напевал старый добрый мотивчик из «Карпентерс», ну, может, еще и из-за адвокатов.
Солнце над Дэйвлэндом уже светило вовсю. Нет, как все-таки здесь красиво, подумал Дэйв, хотя, с другой стороны, Дэйвлэнд нравился ему и тогда, когда это был просто клочок его собственной земли, куда было приятно наведаться, хотя бы потому, что никому другому это бы и в голову не пришло. Но, одно за другое, и вот результат как на ладони. И вот он сам — всего двадцать пять, а ощущение такое, что все тридцать.