Слой Первый. Книга 1 (СИ)

Улица была завалена трупами антропоморфных животных, которых здесь называли мохнатыми за дело. Кого тут только не было, кошки, лисы, псы, волки. Сплошные хищники, переродившиеся в почти людей, но невероятно сильно отличавшимися от нас именно головами.
Серьёзного погрома они не успели устроить — пара зданий осталась без дверей и окон, а несколько человеческих тел, утыканных стрелами и, похоже, выбежавших на шум из своих домов, валялись посреди улицы.
  
Трупы врагов, складывали на невысокую телегу и несколько мужиков, впрягшись, увозили ее куда-то за город, видимо хоронить. Луки и копья, ломались прямо тут, и если железо еще забирали, то дерево особой ценности не представляло.
— Это не местные, совсем дикие. — сказал Рик, сплюнув на ближайший труп ферала. — С местными у нас договор. Да и не стали бы они убивать, так, мордобой иногда, не больше. Ого, вот это натюрморт!
Я огляделся внимательнее и увидел картину, которая произвела на меня неизгладимое впечатление — у бревна, который держал крышу колодца стоял торговец водой. Не живой. Совершенно. Толстое копье залетело ему прямо в рот, пробив насквозь, пришпилив к столбу.
— Вот Марич, всё время как говно себя ведет! Даже сдох, как мудло. Но красиво, красиво, конечно. — Рик, абсолютно не расстроенный смертью знакомого, потащил меня дальше. Сабия же, не попрощавшись, ушла чуть в сторону с Горычем.
— Рик, а Горыч, кто такой?
— А, он наш главный вояка, собственно, и единственный. По привычке руководит ополчением, всех задалбывает: то тренировки устроит, то учения. Беспокойный человек, видимо, войны ему мало было. Пойдём, лучше с мэром тебя познакомлю, — сказал Рик, отвлекая меня от кровавого зрелища.
Вид крови, кишок, оторванных конечностей и прочего «добра» во мне особого отклика не вызывал и это казалось мне странным — обычные люди реагируют на такое не очень положительно.
Мы направились обратно к зданию канцелярии, где стояла только подошедшая небольшая группа людей, среди которых была и Себия. Она что-то тихонько рассказывала высокому худощавому мужчине в сером плаще, который, казалось, пережил все местные бури и песчаные штормы. Плащ был жестко потрёпан, края истёрлись, как минимум в десятке мест были видны швы разноцветных ниток, но по-прежнему защищал от ветра и знойного солнца.
Мужчина слушал её внимательно, нахмурив седые брови, время от времени кивая. Широкополая шляпа, из-под которой выбивались седые волосы, похожая на ту, что носят ковбои, скрывала его лицо в тени, не давая рассмотреть.
Но что-то в его фигуре и осанке ясно говорило — он здесь главный. Его стойка, уверенные движения и пристальный взгляд создавали вокруг него атмосферу человека, который привык управлять и не терпит возражений. Даже на фоне Горыча, он создавал впечатление силы.
Себия заметила нас и, подняв руку, жестом пригласила подойти ближе. Её взгляд на мгновение задержался на мне, затем она вернулась к мужчине и что-то коротко добавила ему на ухо. Беспокоиться мне особо было не о чем, поэтому я без промедления подошёл ближе и остановился, ожидая дальнейшего развития событий.
— Грис, значит, — сказал мэр, протягивая мне руку. Его хватка была крепкой, рука — натруженной и мозолистой. — Я Биорк, глава этого маленького, забытого всеми богами поселения на самом краюшке нашего прекрасного Слоя. Твой первый день в нашем славном городке не задался, но ничего, не переживай, здесь такое нечасто случается. Всех убьем, забудут как сюда ходить.
— Рад познакомиться, Биорк, — ответил я, отпуская его ладонь.
— Себия сказала, что ты не из болтливых, — Биорк слегка улыбнулся, его взгляд изучающе задержался на мне. — И ещё сказала, что ты ничего не помнишь. Это правда?
— Да, с памятью у меня как-то не сложилось, — ответил я, чуть пожав плечами. — Первое воспоминание — это город. А из прошлого лишь смутные образы, какие-то сны, но ничего конкретного.
— У нас давно не было новичков. Последний вышел из Города года четыре назад, если я не вру. Вон он, кстати, — Биорк указал на Марича, застывшего в нелепой позе, и усмехнулся. — Как же он не хотел обратно в Колыбель… Первый раз всегда страшно. А второй ещё страшнее. Ты, молодой человек, главное знай. Не спеши умирать — каждое возрождение будет затягивать тебя всё глубже в Колыбель, и выбраться оттуда с каждым разом всё тяжелее… Эх. Будем надеяться, что все погибшие сегодня выберутся.
Себия закатила глаза, и прежде, чем я успел что-то ответить, воскликнула с раздражением:
— Ну хватит стращать новичка! Ты грибов с Шамом объелся что ли сегодня? Что за день вообще! — Она шагнула вперёд, слегка хлопнув Биорк по плечу, разряжая тяжёлую атмосферу.
Биорк фыркнул и махнул рукой.
— Я просто предупреждаю, — буркнул он, но уголки его губ всё-таки дрогнули в слабой усмешке.
Я молча стоял, чувствуя, что от усталости вот-вот рухну прямо тут. Слова Биорка не произвели на меня особого впечатления — слишком много пафоса, просто пугающие фразы. Хотя было ясно, что в его предупреждении скрывается нечто большее. Слишком мало информации.
— Вообще, новички без памяти — это редкость. Обычно сюда таких не заносит, — мэр протянул задумчиво, потерев подбородок. — Все знают, откуда они родом. Чаще память или мозги теряют уже тут. Буйных по обе стороны хватает. Но возрождение в Колыбели всё возвращает на свои места. Там всегда начинается новая жизнь. — Он ненадолго замолчал, затем добавил с мрачной усмешкой: — Но там же и последняя смерть.
Я вспомнил про Арна, чудика, встретившегося мне у ворот, и тот жуткий шрам на его голове, который, похоже, сделал его не совсем полноценным. Эта мысль неожиданно не дала мне покоя, и я тут же обратился к мэру:
— А что насчёт Арна? — спросил я. — У него шрам, и, как я понял, он… теперь не совсем в порядке. Колыбель сможет его излечить?
— Да, сможет, — кивнул мэр и нахмурился. — Но это будет уже шестнадцатое его перерождение. В прошлый раз он еле выбрался из Города. Мы решили не рисковать и дать ему время восстановиться без лишних шагов в глубину. Тем более, скоро Торг, а я заказал для него лекарство. Он хороший человек. Раньше был лучшим стрелком города, тьму народу спас… да и убил столько же. Ладно, закругляемся. Горыч всем раздал приказы?
После утвердительного гула мэр махнул рукой:
— Ну и всё. Быстро за дело, а то лишу премии к чёрту. Полы чтоб блестели, остальным отдых. Свободны!
Тут же меня под локоть схватил Рик, сияя довольной улыбкой.
— Ты прикинь! Себия две эльки с трупов в доме отхватила! Добычу делим пополам, но сначала в бар!
— Хрен тебе моржовый, а не пополам, — отрезала Себия. — Твоего там ничего не было. Стрелял как пугало куда попало. Спишу как долг, устроит? — Увидев радостную морду Рика, готового на всё ради старого общения, Себия сжалилась. — Ладно, пошли в бар. Я после таких дел всегда есть хочу, как слон. Пошли, новичок, мы угощаем.
  
Глава 5
 
Проснулся и сразу пожалел об этом. Казалось, болело всё тело, будто каждый сантиметр меня побили палками. Тошнота накатывала волнами, и каждый раз мне казалось, что я вот-вот потеряю контроль. Голова гудела, а виски пульсировали так сильно, что казалось, они вот-вот разорвутся.
Я попытался приоткрыть глаза, но свет оказался слишком ярким — тут же захотелось снова зажмуриться. Во рту стояла отвратительная сухость и горечь, словно я накануне пожевал пыль и забыл выплюнуть.
Пошевелиться оказалось испытанием — каждая мышца ныла, а само тело казалось слишком тяжёлым. Попытка подняться и сесть потребовала от меня невероятно больших усилий, но лежать больше не было сил — чувствовал я себя просто отвратительно.
  
— Никогда больше… — пробормотал я, хватаясь за голову.
Осмотрелся — помещение было маленьким и узким, в нём едва помещались кровать, тумбочка и небольшой шкаф. На тумбочке заботливо стоял полный стакан воды, и коробочка с серым порошком. Рядом записка — «Порошок поможет. Рик.»