Идите лесом…Инквизитор!

Баламут прижался к моей ноге, дрожа всем телом. Я сжала артефакт крепче.
– Ты не имеешь права пробуждаться здесь. Это не твоя территория.
– Ваша территория – лишь пыль под моими волнами. Вы нарушили равновесие, и я пришёл восстановить его.
Я поняла: это не просто дух воды. Это древний, забытый веками хранитель подземных потоков. Кто-то намеренно разбудил его, используя артефакты, как маяки.
  
– Кто тебя призвал? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
– Те, кто помнит старые договоры. Те, кто знает цену молчания.
В этот момент артефакт в моей руке раскалился, руны вспыхнули ослепительным светом, и я увидела картину:
Тёмная фигура у каждого колодца, шепчущая заклинания. Лица скрыты, но в руках – такие же шары. А в центре, у заброшенного колодца, стоит кто-то высокий, в плаще из переплетённых водорослей. Он поднимает руки, и земля дрожит в ответ.
– Это заговор, – выдохнула я. – Кто-то хочет использовать древнего против деревни.
– И против тебя, – добавил Баламут. – Смотри!
Я обернулась. Из-за деревьев выходили фигуры – пять, десять, пятнадцать. Все в одинаковых плащах, лица скрыты капюшонами. Они молча окружили нас, образуя кольцо.
– Время платить, – прошелестел голос из колодца.
Я подняла артефакт, готовясь к бою. Баламут зашипел, выпуская когти.
– Ну что, – усмехнулась я, глядя на приближающихся противников, – поиграем?
Я медленно отступила назад, прижимаясь спиной к шершавому стволу старой бузины. Баламут бесшумно скользнул влево, готовясь к прыжку. Дождь всё ещё барабанил по земле, но теперь его ритм сливался с глухим гулом, идущим из колодца.
– Кто вы такие? – выкрикнула я, поднимая артефакт выше. Руны на его поверхности пульсировали, отбрасывая багровые блики на мокрые плащи незнакомцев.
Молчание, лишь шелест дождевых струй и едва уловимое шуршание ткани. Они не спешили отвечать – просто сжимали кольцо, шаг за шагом отрезая пути к отступлению.
– Боишься? – прошипел Баламут, не отрывая взгляда от ближайшей фигуры.
– Не за себя, – ответила я сквозь зубы. – За деревню. Если они добьются своего…
Договорить не удалось. Одна из фигур резко вскинула руку – и в ту же секунду из-под земли вырвался водяной хлыст, целясь мне в лицо. Я едва успела отклониться: ледяные капли обожгли щёку.
– Так-то лучше! – крикнула я, бросая артефакт вперёд.
Шар ударился о землю, и пространство озарилось ослепительной вспышкой. Руны расползлись по мокрой почве, образуя защитный круг. Фигуры отпрянули, но лишь на мгновение.
– Они блокируют магию, – выдохнул Баламут, уворачиваясь от очередного водяного удара. – Чувствуешь? Воздух густеет.
Я кивнула. Действительно, каждое заклинание давалось тяжелее, словно кто-то натягивал невидимую сеть, сковывая мои силы.
– Значит будем действовать грубо, – усмехнулась я, доставая из кармана горсть сушёных трав.
Резким движением швырнула их в сторону нападающих. Травы вспыхнули в воздухе, превращаясь в огненные искры. Несколько фигур вскрикнули – плащи задымились, но тут же погасли, будто поглощённые самой тканью.
– Бесполезно, – раздался глухой голос из центра кольца. – Ты не понимаешь, с чем столкнулась.
– А вот это мы сейчас проверим! – Я бросилась вперёд, прорывая линию противника.
Баламут метнулся следом, вцепляясь когтями в чью-то ногу. Фигура вскрикнула, пошатнулась – и тогда я увидела: под капюшоном скрывалось лицо обычного человека – молодого мужчины с испуганными глазами.
– Ты… – я замерла на миг. – Ты же из Выселок!
Он попытался отпрянуть, но я схватила его за край плаща:
– Зачем?!
– Они обещали… – он запнулся, взгляд метнулся к колодцу. – Обещали, что вода вернётся, что поля снова будут плодоносить.
– А разбудить древнего – это, по-твоему, решение?! – я сжала кулаки. – Он уничтожит всё!
Мужчина опустил голову, плечи его дрогнули.
– Я не знал…
В этот момент из колодца вырвался мощный поток воды, сбивая нас с ног. Я откатилась в сторону, чувствуя, как холодная волна хлещет по спине. Когда подняла голову, увидела – кольцо нападающих распалось. Они стояли, повернувшись к колодцу, словно заворожённые.
– Довольно, – прогремел голос. – Вы выполнили свою часть. Теперь – моя.
Вода взметнулась вверх, формируясь в гигантскую фигуру с размытыми очертаниями. Древний поднимался из колодца, набирая силу.
– Баламут! – крикнула я. – Нужно разорвать связь!
Кот понял без слов. Он рванул к первому артефакту, всё ещё лежащему на земле, и вцепился в него зубами. Руны вспыхнули, и я почувствовала – канал ослаб.
– Разбей остальные! – приказала я, доставая из сумки небольшой нож с костяной рукоятью. – Я займусь древним!
Баламут кивнул и исчез в дождевой пелене. Я же повернулась к водной фигуре, подняла нож и произнесла древнее заклинание из гримуара прошлой ведьмы. Слова лились сами, наполняя воздух вибрацией.
Древний замер. Вода забурлила, пытаясь сопротивляться, но я продолжала говорить, вкладывая в каждое слово всю свою волю.
– Ты не имеешь власти здесь! Это не твоя земля! Возвращайся в глубины, откуда пришёл!
Фигура издала низкий протяжный стон. Вода начала оседать, теряя форму.
– Ты… сильна, – прошелестел голос. – Но они вернутся. И тогда…
– Тогда я снова буду здесь, – перебила я. – Уходи!
Последний всплеск – и вода рухнула вниз, поглощая колодец. Тишина наступила так резко, что зазвенело в ушах.
Я опустилась на колени, тяжело дыша. Баламут подошёл, весь мокрый и взъерошенный, но с гордым блеском в глазах.
– Ну вот, – проворчал он, отряхиваясь. – А я только разогрелся.
Я рассмеялась, несмотря на усталость.
– Пойдём. Нужно поговорить с этими «спасителями урожая».
Обернувшись, я увидела – фигуры в плащах стояли, опустив головы. Теперь они выглядели не угрожающе, а жалко – мокрые, дрожащие, с виноватыми лицами.
– Начнём с тебя, – я подошла к мужчине, который признался в обмане. – Рассказывай всё. Кто вас нанял? И зачем?
Мужчина поднял на меня глаза, в которых ещё дрожали отголоски страха. Он сглотнул, прежде чем заговорить, и голос его звучал глухо, будто пробивался сквозь толщу воды:
– Мы… мы просто хотели спасти поля. Уже третий год неурожай. Зерно гниёт на корню, овощи вянут, даже сорняки чахнут. Люди начали говорить, что это проклятие.
– Проклятие, – я скрестила руки на груди, – обычно рождается не на пустом месте. Кто подал вам идею с древним духом?
Он переступил с ноги на ногу, взгляд метнулся к товарищам, словно искал поддержки. Те стояли, потупившись, никто не решался вмешаться.
– Один странник… пришёл месяц назад. Сказал, что знает способ вернуть силу земле. Что есть древний дух, который может оживить почву, но для этого нужно пробудить его через колодцы.
– И вы поверили? – я не скрывала иронии. – Незнакомому человеку, который вдруг появляется и предлагает разбудить то, что веками спало под землёй?
– У нас не было выбора! – он вскинул голову, и в его голосе прорвалась отчаянная горечь. – Дети голодают, старики слабеют. Мы пробовали всё – молитвы, жертвоприношения, даже к городским магам посылали гонца. А он… он показал знак.
– Какой знак? – я подалась вперёд.
– Печать воды. На его посохе. Такая же, как на тех шарах, что мы расставляли. Мы подумали… подумали, что он говорит правду.
Баламут, до этого молча слушавший, фыркнул:
– Думали они. А спросить у местной ведьмы – не судьба?
Мужчина покраснел и опустил глаза:
– Мы боялись. Думали, вы заодно с теми, кто наложил проклятие.
Я едва сдержала вздох. Вот оно – вечное недоверие, смешанное с надеждой. Люди бегут к ведьме, когда всё уже рушится, но боятся обратиться раньше, опасаясь, что она и есть источник беды.
  
– Ладно, – я выпрямилась. – Где этот странник сейчас?
– Ушёл. Сразу, как мы поставили последний шар. Сказал, что дальше дело за духом.