"Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Очешуительно огромный. Фронт – примерно семь-десять километров. На такой не покатаешься даже, кинологов не хватит.
Катанием на Орде у Бати и его бойцов называлось мероприятие, когда боевая группа выходила в рейд как раз под катящуюся через соседние лоскуты Орду и с её помощью добиралась до нужного места. Главными в подобном мероприятии всегда были Винт и Ворон – кинологи, обладавшие умением брать некоторое количество тварей под свой контроль. Правда, срабатывал этот фокус пока только на небольших Ордах. В более-менее крупных взятых под контроль тварей попросту не хватало, чтоб пережать тупой голод всех остальных. Попытки, конечно, предпринимались, но пока заканчивались только тем, что группа вынуждена была отступать без результата. Батя надеялся, что проблема разрешится с появлением ещё одного-двух кинологов среди его бойцов, но за последние несколько месяцев это умение не обнаружилось ни у кого из новичков. Поэтому большие Орды по-прежнему представляли из себя угрозу существованию только-только начавшей восстанавливаться Адской Сотни.
  
– Чёрт! – выругался Батя. – Направление?
– С девяносто шестого, по идее, двинутся через двадцать третий, Троечку и Небоскрёб. Скорее всего, Африку тоже заденет – Орда реально огромная, я, мля, такой ещё не видал.
Батя поднял глаза на карту, висящую на стене за спиной связного. Нарисованная вручную, она состояла из нескольких десятков листов бумаги формата А4, склеенных между собой скотчем, и во всей красе демонстрировала известную бойцам Сотни часть мира, в который они попали. Карта была копией той, которую когда-то начал создавать Батя. Ещё одна копия были в большой хижине, приспособленной под проведение оперативных совещаний. А самая первая – та самая, которую начал составлять Батя, едва только попав в этот мир, – хранилась во всегда собранном рюкзаке у командира.
Большинство лоскутов на карте были помечены цифрами, но некоторые, вроде Склада, Троечки, Небоскрёба, Африки и нескольких других приметных, имели названия. В основном, по сути того, что на них было расположено. На Троечке, например, располагался супермаркет «Троечка», на Складе – собственно, склад, на который прилетала военная техника вроде MRAP-ов, натовских тягачей MAN и вполне себе советских БТР-ов и «мотолыг».
Взглядом Батя отыскал лоскут под номером восемьдесят девять, расположенный в зоне причерноземья – так бойцы обозвали ряд лоскутов, за которым вместо привычного уже мира появлялось то, что они назвали чёрной землёй. Нашёл, посчитал количество лоскутов, по прямой отделяющих его от Африки. Девять. То есть порядка семидесяти километров. Для обычного мира – ни о чём, но тут, в Пекле, это огромное расстояние. Большинство лоскутов представляют собой настолько плотную городскую застройку, что на эти чуть больше, чем полсотни километров пришлось устанавливать аж две промежуточные антенны, чтоб обеспечить связь с самым западным наблюдательным пунктом на том самом восемьдесят девятом. По такой местности с ветерком не пронесёшься.
– Ясно. Уйти успеешь? В перпендикуляр к Орде?
– До Монстродома могу попробовать добраться, – неуверенно произнёс боец. – Там пока затишье, но это ненадолго. Дальше – вряд ли.
Батя перевёл взгляд на лоскут под названием Монстродом и решительно приказал:
– Выдвигайся! Заберём тебя со смотровой.
– Так точно, Бать! Выдвигаюсь! – облегчённо выдохнул боец и прервал связь.
Батя, отложив ларингофон, задумчиво потёр небритый подбородок.
Девять лоскутов. На машине под невидимостью можно добраться часа за четыре, но это слишком долго. Формирование Орды – процесс скоростной, максимум, часа через два она двинется на восток. Значит, помимо невидимости нужен ещё кинолог, который будет отводить тварей от вкусной человеческой консервятины. Тогда время в пути сократится до тех самых двух часов.
Грёбаная Орда, как же она не вовремя! Вот-вот Африка на обновление пойдёт, караван готов к выходу, и в нём каждый боец на счету. А кинологи Ворон с Винтом так вообще на вес золота, собственно, только благодаря им батиным людям практически при каждом обновлении удаётся без потерь покидать Африку и возвращаться на неё. А в этот раз тварей будет намного больше, чем обычно – у многих окрестных лоскутов, итить их налево, срок обновления совпал с Африкой. Ещё и уходить из-за этого придётся новым маршрутом, а не хорошо знакомым, что тоже добавляет рисков.
Чёс смотрел на командира со спокойным любопытством, но вопросов не задавал. Псих замер у двери, сверля командира вопросительным взглядом.
– Псих, Винта с Вороном ко мне, живо! Всем остальным – ускорить погрузку, будем уходить раньше! И передай Горелому – пусть подготовит «Форд» к одиночной поездке. На всё про всё ему – десять минут, – наконец, решил Батя.
– Есть, – отрапортовал Псих уже из-за пределов хижины.
А Батя, заложив руки за спину, принялся расхаживать из угла в угол.
Значит, Монстродом. Девять лоскутов. В невидимости часа четыре, в невидимости с кинологом – два. То есть Ветрянку они смогут подобрать примерно в тот момент, когда Орда двинется на восток. Соответственно, обратный путь по прямой не выйдет, придётся делать крюк через лоскуты севернее Троечки, ПГТ и других, расположенных в ряд с ними. Если фронт Орды и правда настолько большой, то сильно севернее.
Батя бросил быстрый взгляд на копию карты, висящую на стене. Чёрт, один из лоскутов, по которым предполагается добраться до Монстродома, тоже пойдёт на обновление примерно через полтора часа. Значит, либо прорываться с огромным риском, либо увеличивать крюк на ещё три лоскута.
Время, мать его, время. Африка обновляется около получаса. Обычно караван уходит на западную сторону Недостроя – самого тихого из соседних лоскута, – за восемь часов до обновления, чтоб не попасть в самый поток спешащих на пир тварей. При этом большая часть каравана там и остаётся, поскольку Недострой – спокойный лоскут, да ещё и заранее подготовленный для стоянки. На Африку ближе к концу обновления направляется группа зачистки с одним из кинологов, в то время как второй остаётся с караваном. Сегодня обновлений в округе много, поэтому и маршрут другой – караван двинет на восток, затем через заброшенные Фермы к Высоткам, соседствующим с Озером. С учётом Орды, маршрут придётся ещё скорректировать в сторону севера хотя бы на один, а лучше – два лоскута.
Чёрт, как же не хватает третьего кинолога! Будь он, и у Бати сейчас не болела бы голова о том, как всё заново перерасчитать за двадцать минут до выхода.
Может, рискнуть и оставить обоих кинологов в караване, а за Ветрянкой махнуть в одиночку? Нет, не успеет, да и риск самому по-глупому задвухсотиться, слишком велик. Бросить Ветрянку? На такое Батя пойти не сможет. Смог бы раньше, в той, прошлой жизни, когда превыше всего был приказ. Здесь приказывает он. И отвечает за своих бойцов тоже он – и никто больше. А бойцов у него не так чтобы много. Белые жемчужины, помогавшие новеньким гарантированно приобрести иммунитет от местной заразы, уже закончились, а естественный иммунитет встречался крайне редко. Вон, в позапрошлый раз из полутора десятков спасённых не оказалось ни одного иммунного. Зато при их спасении Батя потерял кучу техники и двоих опытных бойцов – Гвоздя и Моржа.
Значит, решено! Орда пройдёт по Африке примерно за четыре часа до обновления. Выждав час, караван кружным путём вернётся на Недострой, чтоб дождаться обновления. И только после того, как на Африке отпируют твари, зайдёт на лоскут и займётся уборкой и восстановлением крепости. Если всё сложится удачно, то к этому моменту караваном снова будет командовать сам Батя. Тогда можно будет подумать о том, чтоб всё-таки провести зачистку. Если нет – зачистка отменяется.
  
А с выжившими в этом случае – уж как повезёт.
Теперь надо выбрать, кого из кинологов лучше взять с собой, а кого оставить в караване. Ворон в буквальном смысле слова берёт тварей под контроль, причём. Винт, на котором Док в своё время ставил эксперименты с жемчугом, умеет среди тварей опознавать «своих» – то есть тех, которые когда-то были бойцами его, Бати, взвода, но оказались неустойчивы к местной заразе. С чужими Винт не так эффективен, как Ворон, может удерживать меньше тварей и не так долго. Но вот со «своими» у него там отдельная атмосфера, и слушаются они его беспрекословно.