"Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

О да, эти звуки он не спутал бы ни с каким другим. На дальней стороне крепости шёл бой. Не обычный, расчётливый и, если так можно выразиться, спокойный, когда обе враждующих стороны – профессионалы, привыкшие не тратить патроны попусту. А хаотичный, как если бы его взвод пытался сражаться с силой, против которой бесполезны любые из имеющихся под рукой вооружений.
То есть, с развитыми тварями и непонятной хернёй, которая незаметно, но очень быстро превращает людей в зомби.
  
«Да уж, перцем тут, мля, не обойтись», – подумал Батя и свернул правее, рассчитывая обойти крепость по длинной дуге.
Там, насколько он помнил, лес редел, а на его окраине росло довольно высокое дерево с толстым корявым стволом и не по-африкански пышной и раскидистой кроной. С него на крепость открывался довольно-таки шикарный вид, и комвзвода рассчитывал воспользоваться этим, хоть и не любования ради.
Но, дойдя до нужного места, командир вынужден был остановиться. И долго ещё тёр глаза, не веря тому, что видит.
Нет, искомое дерево никуда не делось. Просто вместо того, чтоб возвышаться над округой да подкармливать сочной листвой временами забредающих сюда жирафов, оно почему-то лежало. Причём поперёк широкой реки с грязно-жёлтой водой. И, судя по сухому, лишённому коры стволу и отсутствующими листьями, лежало уже очень давно.
Ну, река и река. Для Африки – вполне обычная, с заросшими высокой, высушенной жарким солнцем травой берегами. Но вот именно она насторожила Батю намного сильнее, чем упавшее дерево. Почему?
Да потому что её тут не должно было быть!
Командир ещё до вылета на помощь местным тщательно изучил ландшафт вокруг крепости и мог с уверенностью утверждать, что никаких водоёмов размером крупнее той пересохшей лужи, в округе нет. Тем не менее, сколько он не тёр глаза, река никуда исчезать не желала. И, похоже, была вполне реальной, а не плодом батиного воображения.
Тут Батя снова вынужден был задуматься о том, откуда берутся все эти лоскуты. Теория о том, что туман просто из раза в раз копирует одну и ту же местность, дала трещину. При этом всё, кроме реки, было в точности таким же, как и в мире Бати. Имелся лес с тропой и водопоем, крепость, вооружённые люди, которые прямо сейчас отстреливались от тварей...
Чертовщина какая-то, африканские вуду-шмуду, чтоб их!
– У-р-р! – раздалось неподалёку.
Батя, тут же забыв о реке, вскинул к плечу «Вепря» и заозирался в поисках укрытия. Вроде как урчала одна тварь, и судя по тону, покрупнее зомби. Горилла? Или моллюск? Вряд ли кто-то крупнее, иначе буквально уже наломала бы тут дров. Но и с этими связываться неохота. С ножом на них не попрёшь, а на звуки выстрелов могут и другие явиться, против которых двенадцатый калибр что укус комара.
Батя развернулся и без раздумий бросился к реке. Зашёл в воду по пояс, раздвинув прибрежные заросли, присел. И вовремя! Ровно через секунду на берег выскочил «моллюск». Благо, действительно один.
Батя, подняв «Вепря» над головой, чтоб внутрь не попала вода, и не спуская глаз с «моллюска», отступил немного глубже. Тварь, вопреки ожиданиям, в воду не пошла, остановилась на берегу. Принюхалась.
«Твою!..» – мысленно выругался Батя.
Вообще, он уже довольно давно заметил, что перец отбивал тварям нюх только в том случае, если его было реально много. Если ежедневно сыпать такое количество на кожу, то в итоге запросто можно получить сначала раздражение, а потом и химический ожог. Поэтому Батя, помучившись немного, приспособился втирать перец в одежду и в бандану, которую нашёл в разрушенном магазине в одном из торгово-офисных небоскрёбов. Расход от такого применения увеличился ещё сильнее, но нужного эффекта без ненужных осложнений комвзвода всё-таки добился. Теперь же вода, в которую комвзвода зашёл уже по грудь, быстро вымывала перец с одежды.
Моллюск, покрутив носом, выдал ещё одно «Ур-р-р» и замер, уставившись на заросли, за которыми прятался Батя.
  
Глава 9
 
Африканские реки, даже самые мирные на вид, обычно таят в себе немало опасностей начиная с крокодилов, прячущихся под водой, и продолжая, бегемотами, ядовитыми лягушками, крохотными червячками, просто обожающими поселиться в теле человека, неосторожно зашедшего в заражённые ими воды, и ещё кучей экзотической и смертельной по своему воздействию разнообразной мелочи. Последнюю заметить заранее вряд ли было возможно, а вот насчёт всех остальных Батя лелеял некоторую надежду и постоянно крутил головой, настораживаясь при малейшем плеске воды.
Моллюск так и стоял на берегу, уставившись на заросли, в которых прятался комвзвода. Он явно почуял двуногую еду, и почему-то не спешил бежать её харчить, а только раздражённо урчал и царапал когтями сухую африканскую почву.
Воды, что ли, боится? Хорошо, если так. Странновато, конечно, но ладно, этот мир уже столько всего, не укладывающегося в рамки разумного, продемонстрировал, что можно уже начинать верить в магию и ещё какую-нибудь чушь. Например, что можно захотеть стать невидимым – и оп-па, действительно им стать.
Тварь на берегу вдруг закрутила головой, словно действительно потеряла Батю из виду. Шумно задышала, втягивая изуродованным носом воздух. Обиженно заурчала. Очень неуверенно сделала шаг вперёд, остановившись прямо на кромке сухой земли, и попыталась встать на пальцы, максимально вытянувшись вверх.
Немного приобалдевший от того, как внезапно изменилось поведение твари, Батя ещё немного присел, уходя в воду уже по подбородок, а «Вепря» плашмя положил на голову. Он и сам понимал, что заросли не настолько высокие, чтоб спрятать его, что надо плевать на всё и уходить под воду полностью, вместе с оружием – тогда, быть может, появится шанс, что моллюск, потеряв запах, уйдёт. Но почему-то медлил. И только без остановки, как мантру, бормотал про себя детскую скороговорку:
«Не увидишь, не увидишь, не увидишь!»
Тварь, на удивление, действительно вела себя так, словно потеряла Батю из вида. Плотоядно раззявив пасть, из которой закапали тягучие слюни, она жалобно заурчала и принялась топтаться на месте. Пробежала несколько метров по берегу в одну сторону, вглядываясь в воду, потом в другую. А ничего не понимающий комвзвода следил за ней одними глазами и старался не двигаться.
Может, твари видят только движущиеся предметы? Не-е, бред лютый, Батя мог сходу припомнить кучу ситуаций, опровергающих это предположение. Может, они на воде плохо видят? Тоже нет, тогда тварь Батю вообще бы не заметила.
Батя перебирал в голове один вариант за другим, но так и не смог понять, почему моллюск перестал его видеть.
Реально, что ль, магия???
Под доносящийся со стороны крепости треск выстрелов, уже довольно редких, комвзвода сидел в воде, глядя на мечущегося по берегу моллюска, и понимал, что если прямо сейчас не придумает, как разрешить ситуацию, то его парни (если, конечно, у крепости сражаются именно они, а не какое-нибудь ещё подразделение какого-нибудь другого ЧВК) станут едой задолго до того, как он до них доберётся. Да, помочь едва ли сможет, но всё же, мать его, всё же...
«Да гори оно!..» – в сердцах сплюнул Батя и резко выпрямился во весь рост.
Вода плеснула, расходясь кругами. Тварь тут же повернула голову на звук, но взгляд у неё так и продолжал бегать, ни на чём конкретно не фокусируясь.
Батя сделал шаг в сторону, на этот раз очень медленно и осторожно. Тварь не отреагировала. Тогда комвзвода окончательно обнаглел.
– Чё встал, уродец? – вслух поинтересовался он.
Моллюск проурчал в ответ что-то нечленораздельное, но с места не сдвинулся.
  
«Крокодила встретить боится, что ли? – мелькнула неуместная мысль. – Или местными глистами заразиться»?
Как бы оно ни было, но в воду монстр идти не собирался даже ради такого вкусного Бати. Комвзвода, набравшись смелости, даже попытался «моллюска» поддразнить, походив вправо и влево. И даже рискнул слегка приблизиться к берегу, чем вызвал некоторое оживление у монстра, но не более.