Во имя первых волков (СИ)

 -Том? Все в порядке?- Рональд смотрел на Альфу, когда тот наконец-таки с коридора прошел в столовую, не в силах больше смотреть, как Билл карабкается по крутой лестнице.
 -Да, просто...- Он отвел взгляд в сторону.- Тебе не кажется, что...- «омеге неудобно лазать по этой лестнице туда-сюда?».- Что... что камин в гостиной - это круто?- Чуть улыбнулся Альфа.
  
 -О да, потрясающе... Садись.
 Мак-Вульф присел за стол, он совсем не понимал своих желаний. Почему-то Билл не вызывал какой-то злости или чувства омерзения. Как бывает всегда в таких случаях. Ну, Том думал, что он и смотреть больше не сможет на своего омегу. Но наоборот, он волновался за него... Он точно волновался за пузатого, неуклюжего брюнета.
 Когда Билл вернулся в комнату и передал телефон супругу, он тихо проговорил, глядя в пол:
 -Можно вы поужинаете без меня, я нехорошо себя чувствую.- Он и правда выглядел не очень: бледный, растрепанные волосы, голос его дрожал. Сердце Тома само собой сжалось.
 -Садись,- бета будто и не заметил состояния своего супруга,- тебе нужно хорошо питаться.- Билла посадили прямо напротив Тома. Ужин обещал быть веселым.
 Мак-Вульф мысленно негодовал. Он видел, как тяжело Биллу, тот даже руками пошевелить нормально не мог, а бета заставлял того обслуживать их двоих, гонял его на кухню, мотивируя это тем, что беременным движение полезно. Но Том видел, даже чувствовал, что пузатому Биллу совсем не комильфо таскаться туда-сюда каждый раз. Омега совсем не отрывал своего взгляда от пола или от своей тарелки. Он ни разу за все время не посмотрел в глаза Альфы, почему? Том не знал.
 -А у вас уже есть пара, Томас?- Они уже пили горячий чай, и казалось, что за время ужина обсудили всевозможные темы, но осталась одна... Самая паршивая.
 -Нет.- Альфа видел, как плечи Билла дрогнули.- А вы давно вместе?- Снова краем глаза уловил дрожь в острых плечах.
 -Ну, почти четыре месяца... Все как-то очень быстро случилось. Отец Билла сосватал его мне, я решил, что это удачная партия и не смог отказаться. Я поначалу сомневался, но, когда узнал, что Билл забеременел, то посчитал это знаком свыше...
 -Омега и бета?- Том сощурил глаза.- Это же как-то... ммм, ну, не так...
 -Все нормально. Мы любим друг друга, да и, в принципе, ничего сложного в омегах нет...
 Том недовольно приподнял бровь. «Как же, ничего,- думал он,- просто ты его не чувствуешь, не понимаешь его желаний, не видишь, как ему сложно, придурок!»
 -Билл, что-то ты молчаливый сегодня?- Рональд коснулся щеки возлюбленного.- Обычно споришь со всеми без умолку...
 -Я просто устал.- Его голос был тих и робок.
 -Он же беременный.- Рональд вновь взглянул на Тома.- Вот настроение часто меняется.
 «Олух! На него смотрит Альфа, он растерян, а ты ничего не понимаешь!» - негодовал Том внутри себя.
 -Ну да... Бывает.- Том опустил полупустую кружку на стол, не переставая крутить ее.- Мне уже пора.- Взглядом прошелся по окну, за которым уже стемнело.
 -Билл, проводи гостя!- Это был приказной тон. Том с силой сжал кружку. Та лопнула в его руке; не выдержал Альфа...
 Билл вздрогнул и только сейчас поднял глаза на Тома. Он дышать перестал. Альфа был зол, но отчего? Он, Билл, ведь весь вечер старался никак не привлекать к себе внимание, даже не смотрел, не разговаривал, не спорил...
 -Простите.- Тяжело выдохнул Том.
 -Да ничего.- Улыбнулся Рональд.- Билл уберет. Наверное, от горячего чая лопнула. Говорил ведь я тебе,- обращался он к сникшему омеге,- что это стекло не очень прочное!
 Том поверить не мог. Его омегу, бедного, забитого, беременного омежку, нисколько не берегут.
 -Рональд!- Грубо позвал Том «Ты чертов придурок! Он же беременный! Да посмотри ты на него!»
 -Что?- Немного округлил глаза бета.
 -Да, я...- Он не имеет права защищать того, кто лишил его наследников.- Я куплю вам новый набор кружек...- Дружелюбно улыбнулся он.
 Билл открыл перед Томом дверь и все так же смотрел в пол. Мак-Вульф, проходя мимо него, на несколько секунд замедлился, чувствуя некие вибрации из живота омеги. Когда за его спиной тихо закрылась дверь, как он помотал головой в разные стороны, будто откидывая глупые и ненужные чувства, пошел домой.
 На следующий день Том снова видел, как Билл сам ходит за газетой, как он кое-как приседает за ней, как потом встает. Это было так болезненно. Для Тома. Он чуял, что в этой истории что-то не так, видел, что брюнет ведет себя как-то по-дурацки. Но не понимал...
 Спустя несколько дней он снова увидел Каулитца, который явно носил чужую фамилию, но не перестал принадлежать своей семье. Если омега или бета в семействе Каулитц желают жить с омегой или бетой, то они должны привести их в свой род.
 Билл сидел на траве, грелся на солнце, поглаживая свой живот. Он был красив как никогда. Черные волосы приобрели немного серый оттенок, пушистые брови, прикрытые веки, длинные ресницы. Том вышел на улицу, уселся на крыльцо и продолжал следить за расслабленным брюнетом. Ему на ум пришел тот миг, когда он выходил из их дома, что он почувствовал? Что-то дрогнуло в его груди, когда он проходил мимо поникшего брюнета. А должно быть не так. Его должно тошнить от запаха того, кто убил его детей.
 Том вздрогнул, легкая улыбка коснулась его губ, когда он увидел, как беспомощный омега пытается подняться с травы. Он крутился туда-сюда, переминался с колена на колено, но подняться не мог: пузо перевешивало. И. наверное, Билл позвал бы бету, но Том видел, чуял, что того нет в доме...
 Обреченный своей судьбой Каулитц вдруг оглянулся на Альфу. Они очень долго смотрели друг другу в глаза. После чего Том все-таки встал с лестницы и медленно направился к омеге. Ну а что такого? Просто помочь подняться. Билл кое-как сдержал в себе счастливую улыбку, когда молчаливый Мак-Вульф, подхватил его под плечи и легко поставил в вертикальное положение. Эти секунды были самыми лучшими за все прошедшие месяцы. Том стоял за его спиной, не зная, нужна ли Биллу еще помощь или нет...
 Билл тоже не спешил дергаться, чувствуя за своей спиной Альфу, он оцепенел. Он был готов стоять вот так вот сколько угодно, как можно дольше. Но Том отстранился и, видимо ушел. Запах его еще присутствовал, но тепло за спиной исчезло...
 Этой ночью Билл впервые в этом доме засыпал с улыбкой на губах. Может, Мак-Вульф и ненавидит его, но все-таки волнуется...
  
 Том открыл глаза, его разбудил звонок в дверь. Вот уже две недели он живет в этом домике, и гостей пока у него не было. Он лениво потянулся, потер сонные глаза и все-таки поднялся с кровати. За окном светило солнце, чудная погода. Том быстро надел спортивки и понесся вниз, по пути бросая взгляд на часы. Одиннадцать утра. И кто не спит в такую рань?