Олимпиец. Том VI (СИ)
— Хотел бы я посмотреть, как он вас раздавит! — Последние слова он выкрикнул с высоты, расправив раненое, но уже работающее крыло. — Но, видимо, в другой раз.
Я проводил его взглядом и выругался.
— Твою ж…
— Быстро в машину, — скомандовал Аид, уже на ходу открывая дверь. — Уходим.
Мы рванули с места, старая «Тойота» заскрипела и покачнулась, впуская нас в тесный салон. Я надавил на газ, возвращая машину обратно на дорогу. Позади нас, на фоне быстро темнеющего неба, размеренно шагала огромная человеческая фигура.
— Это точно Атлас? Титан? — спросил я, не отрывая взгляд от дороги. — Который, по легенде, держит небесный свод?
— Легенды врут. Но да, это он. Если он доберется до Спарты…
Заканчивать фразу не было смысла, и так понятно. Возможно, колосс пройдет мимо города, как и раньше, а, может, и нет. Выяснять, честно говоря, не хотелось.
Я покрепче сжал руль.
— Что ж. Тогда нам нужно успеть туда первыми.
Глава 15
«Добро пожаловать в Спарту!»
Спустя полчаса напряженной поездки, идущий по нашим стопам титан свернул на восток и скрылся за горизонтом, что позволило нам немного выдохнуть и расслабиться. Даже Аид позволил себе некое подобие улыбки. Оно и понятно — врываться в город с титаном за спиной та еще затея.
Спарта показалась издалека.
Широкие стены из светлого камня, местами почерневшего от гари, тянулись вдоль подножия длинного холма. По верхнему краю шли бойницы и пулемётные гнёзда, выдвинутые на металлических кронштейнах. Хорошо укрепленный, город Спарта выглядел готовым к любому нападению.
Мы подъехали ближе, заметив длинную очередь, выстроившуюся у входа.
— Люди. Ну наконец-то. Не думал, что когда-нибудь обрадуюсь людям, — присвистнул я, снижая скорость. Перед воротами уже стояли несколько машин: грузовик, фургон, пара старых внедорожников. Люди ждали рядом с транспортом, делились водой, снова и снова перегружали вещи из мешков в рюкзаки и обратно, но чаще всего просто переговаривались.
— Очередь, — хмуро сказал Аид, скрестив руки на груди. — Почему даже здесь я не могу от нее избавиться.
— Что ж, — философски заметил я. — В этот раз тебе не нужно ее принимать. А вот постоять придется. Выходим.
Аид закатил глаза, но кивнул и вылез из машины. Потянулся и тут же поморщился от боли в боку, хоть постарался и не подать вида. Я вышел следом, чтобы размяться и заодно послушать, что говорят другие.
В конце очереди нас поджидала небольшая семья — женщина с седыми волосами и двое подростков. Пожитков у них почти не было, только старший нес на себе холщовый мешок, перевязанный верёвкой. Женщина заметила нас первой, улыбнулась.
— Тоже только прибыли? — спросила, вытирая лоб платком. — Как, трудно было добираться?
Я кивнул, на ходу сочиняя историю:
— Мы из Коринфа. Шли пять дней. Чудом избежали патруль.
— Дяденька, а почему вы так странно одеты? — протянул младший из мальчишек, удивленно косясь на Аида.
— Ранни! Не приставай к людям, — одернула его мать и неловко улыбнулась. — Прошу прощения.
— Все нормально, — Я вернул улыбку, мысленно проклиная бога за его идиотский наряд. — Нам просто… повезло наткнуться на магазин дорогой одежды. Мой друг — дворянин, — от этих слов Аид поджал губы и отвернулся. — Подумал, что в Спарте нас лучше примут, если хотя бы один из нас будет выглядеть презентабельно.
— Выглядите, как павлин, — простодушно пробормотал мальчуган и дернул женщину за рукав. — Мама, мама, что такое «презентабельно»?
— Ранни! Иди поиграй с братом, — бессильно выдохнула женщина и бросила Аида умоляющий взгляд. — Простите нас, господин. Мой сын не хотел вас обидеть.
— Забыто, — просто ответил Аид, удивив даже меня. — Главное, что мы здесь.
— Да, — благодарно выдохнула женщина и взглянула на ворота. — Слава богам. Говорят, за стенами спокойно. Там еда, вода. Может, даже школы работают. И там безопасно.
— Сомневаюсь, что последнее верно, — пробормотал Аид себе под нос.
Но она услышала и лишь улыбнулась шире.
— Надо же во что-то верить, правда?
Мы не ответили, и разговор затух сам собой. Нам оставалось только ждать, когда очередь наконец сдвинется с места и дойдет до нас.
Пока ждали, я успел разглядеть остальных. Редко кто пришел налегке, как семья перед нами, большинство все же имели пожитки. Кто-то тащил ржавый чемодан, кто-то рюкзаки, один мужчина вообще вёл с собой осла с сумками наперевес. За странным ослом — молодая женщина с младенцем на груди, рядом с ней— лысый мужчина с автоматом на ремне через плечо и злым лицом. Все беженцы. Пыльные, уставшие. Но у каждого то и дело мелькало что-то в глазах, яркий проблеск радости, надежды. Словно они где-то внутри знали, что за этой стеной — конец их мучений.
Я задумался. Вообще интересно, конечно. Обычно люди бегут от войны во время активных боевых действий. Когда шальная ракета уничтожает дом, или линия фронта слишком близка к городу. Но в самой Греции боевых действий не случалось уже больше года, о чем нам поведал крылатый даймон, прежде чем свалить в небо. Но люди все же отчего то бегут.
Надо бы спросить. Попросив Аида остаться, — его лицо потешно скривилось, ну как же, бога просят «занять место» — я вышел из очереди и прогулялся по округе, то и дело заводя разговоры с ожидающими своей очереди людьми.
И чем больше я говорил, тем более занятной складывалась картина. Как оказалось, после короткой и победоносной войны, когда слетевшееся со всей страны тысячи даймонов при поддержке Атланта отбили контратаку Имперской армии, для простых жителей ничего особенно не изменилось. В первое время. Следуя приказам отца, даймоны организовали порядок, наладили снабжение в городах и конфисковали технику со складов. А затем… Ничего.
Буквально, ничего. Новых приказов от Кроноса не поступало, тот буквально пропал. Деметра тоже, если и появлялась, то редко. Поэтому все, что оставалось даймонам это… ждать. И вот тут начались проблемы.
Дело в том, что большинство даймонов можно было разделить на две большие группы — дикие и… Гм. Ну давайте скажем, приспособившееся. Те, что работали с людьми, ну или уж чего греха таить, на людей. Так уж сложилось, что среди аристократов повелась традиция иметь одного-двух даймонов — ну или несколько тысяч в случае Дома Рекс — в качестве приближенных слуг и дворецких, как тот же Тайгер в моей семье. Этакие духи-хранители. А учитывая, что по силе даймоны находились на уровне среднего «белого», то их часто приставляли к молодым аристократам в качестве телохранителей.
Увы, таких было меньшинство. Человеческое общество даже в Греции все еще оставалось достаточно консервативным, и многим полулюдям жилось в нем… не очень. Причем граница проходила весьма странно, например, те же кентавры, сатиры да минотавры отлично уживались с людьми и даже частенько занимали важные позиции, вроде моей незабвенной учительницы в академии.
А вот условным «Проклятым» и даймонам повезло меньше. Думаю, люди неосознанно чувствовали их враждебную богам натуру, как детей Тифона и Кроноса соответственно. Вот и избегали или презирали, как могли.
Можно легко догадаться, к чему это вылилось. Получив свободу, власть и самое главное, полное отсутствие последствий за свои действия со стороны Кроноса, дикие даймоны — которых было большинство — решили… отыграться на людях. До полноценного геноцида не доходило: все же среди даймонов было какое-то подобие структуры и наверху оказались как раз самые сильные — а значит чаще привлекавшиеся людьми — даймоны. Но с хорошей жизнью простые жители могли распрощаться.
Потому они и бежали, кто-куда. Большинство из Греции, обратно в Империю, но некоторые все еще оставались тут, не желая покидать земли Олимпа. И со временем большинство таких беглецов так или иначе находило последний город, который еще сопротивлялся. Спарту.
— Бред, конечно, — я поделился тем, что узнал, с Аидом. Тот внимательно выслушал и сейчас сам усиленно размышлял, отойдя в сторонку, чтобы нас не было слышно. — Кронос освобождает своих детей, только чтобы все бросить и уйти?