Под сенью Юноны (СИ)
- Прости. Я был не прав.
Я посмотрела на него совершенно спокойно:
- Разъясни, теперь я смогу сама выбрать цвет обоев в своей спальне? Или ты позволишь мне самой выбрать шофёра? Что ты имел в виду, извиняясь?
Он собрался и сказал:
- Назови свои условия.
Я закинула ногу на ногу и пригубила напиток из бокала:
- Ну что же... Я продолжу выступать в клубе. Ты будешь ухаживать за мной. Здесь. Мы всюду будем появляться вместе. Или так, или никак. Мне нравится выступать на эстраде, но аристократка Нарцисса этого делать не может. Я это понимаю, поэтому в клубе выступает Нарцисс Афинский, бедный мальчик-гей.
Люциус оказался крепче, чем я думала. Вместо ответа он пересадил меня к себе на колени и поцеловал в губы. Вокруг все улюлюкали и свистели, но муж смотрел только на меня:
- Я совершенно потерял голову. Нарси, я влюблён, как мальчишка. Ты победила.
Мы танцевали весь вечер, вальс и танго, я чувствовала себя невероятно. Супруг плюнул на условности и обнимал меня на виду у всех. Он шепнул мне с дьявольской улыбкой:
- У любовниц нет стыдливости, Нарси. Докажи, что я не зря согласился.
Я легко закружилась вокруг него:
- У меня ключ от квартиры отца. Она близко. Что скажешь?
Капитуляция Люциуса сорвала какие-то шлюзы внутри нас. Мы упивались своей страстью, не думая о будущем. В квартире папика мы не пропустили ни одной горизонтальной поверхности. Неделя пролетела незаметно. «Ежедневный пророк» опубликовал сенсационную новость на третьей странице, сплетни так и носились в воздухе. Каждый вечер Люциус сидел на первом столике у сцены и засыпал меня цветами. Однажды за завтраком Абраша поцеловал меня в макушку и счастливо сказал:
- Я переезжаю, дети мои.
Люциус переспросил:
- Уезжаешь? Куда, папа?
Папик счастливо зажмурился:
- Мы с Барти купили дом неподалёку. Дети, мы будем часто видеться.
Я радостно бросилась к отцу:
- Папа, Барти сдался?
Отец горделиво приосанился:
- Мы давно вместе, но он не хотел, чтобы все знали. Теперь, когда Люциус прилюдно пошёл на всё, чтобы добиться любимой, он решил не прятаться. Раз уж Малфой признался в гомосексуализме, то ему тоже не стыдно.
Я повернулась к мужу:
- Знаешь, мне надоела эстрада. Пожалуй, я выступлю с братом на открытии цирка и завершу свою карьеру.
Он спокойно ответил:
- Я подожду, играйся, любимая...
Примечание к части Прошу прощения за задержку, болею ОРВИ, плохо соображаю. Как полегчает, напишу и выложу. С уважением, Глава 21. Цирковая
До открытия парка оставалось пару дней, когда мы снова отправились на бал в гостеприимный дом Ноттов. В этот раз мы пришли вовремя. Я стояла с оживлённой группой дам, Алиса и Настя блестели глазами и радостно улыбались всему миру. Я же внимательно смотрела на вход в зал, мы договорились встретиться с сестрой. Вот появилась гордая Вальпурга Блэк, она грациозно подобрала юбку и плыла, как хороший ледокол. За ней стайкой следовали младшие Блэки. Шестеро миленьких молодых женщин с мужьями, разряженные и смущённые. Вальбурга выбирала хорошо. Все девушки были брюнетками, все миловидны и с хорошими фигурами. Широкие платья, собранные под грудью, скрадывали округлившиеся животики. Мы раскланялись. К Вальбурге подошла хозяйка и увела куда-то вглубь. Люциус разговаривал с какими-то незнакомыми господами, но постоянно держал меня в поле зрения. Я улыбнулась ему, отметив, что он по-прежнему самый красивый мужчина в зале. Даже счастливый папик не мог его затмить. Они с Барти пришли вместе и громко хохотали над шуткой Креббса-старшего. С его толстеньким бутузом-сыном мы познакомились три дня назад, на семейном празднике Гойлов. Грегори Гойлу исполнилось три года, по этому случаю дети были приглашены на весёлый карнавал. Драко выбрал костюм дракона и гордо шевелил зелёным хвостом. Гарри был одет в костюм совы, а Невилл щеголял в наряде сказочного принца. Там я познакомилась с Панси Паркинсон и её родителями, а также впервые повстречала дочек Министра магии. Очень симпатичная малышка Панси совершенно не походила на мопса, за её внимание сражались единорог (Грегори), мой любимый дракон и принц прекрасный. Наличие блестящей шпаги у Невилла обеспечило ему победу. Принц увёл Фею-фортуну (Панси), а дракон и единорог подрались просто так, потому что хотелось. Я хотела кинуться их разнимать, но Люциус крепко держал меня за руку. Краем глаза я заметила, что Гарван Гойл также крепко удерживает свою супругу и перестала вырываться. Через пару минут шустрый совёнок разнял помятых противников и утащил пить шипучий лимонад. Хорошо, что я не вмешалась: Грегори и Винсент подружились с нашими детьми.
Я здоровалась и болтала со многими на балу, но сестры не было видно. Бал уже начинался, где же она? И вдруг… Заиграла музыка и появилась Белла. Белла Лестрейндж была необыкновенно красива. Природная грация скользила в каждом её движении, она изящно склонилась в реверансе перед хозяином дома, а я испытала гордость и зависть одновременно. Как же она хороша! Гордая посадка головы, царственная осанка, скупые движения и ленивая грация пантеры перед прыжком. Она была женственна и опасна одновременно. Чёрная парадная мантия оттеняла алебастровое свечение идеальной кожи Беллы. Высокая причёска подчёркивала точёные плечи и лебединую шею. Бриллиантовое колье мягко переливалось в свете многочисленных светильников, приковывая внимание к высокой груди красивой женщины. Беременность была совершенно незаметна, видимо, сестра надела мантию со специальным эффектом стройности. Она заметила меня и улыбнулась. Улыбка совершенно преобразила её лицо, на миг из-под маски Снежной Королевы выглянула шаловливая девочка-подросток. Я подошла и порывисто обняла её.
- Ты красавица, сестрица…