Дезертлэнд (СИ)
Игорь услышал скрежет когтей по пластиковому подоконнику. Быстро обернувшись через плечо, он увидел, как грузная, но неимоверно прыткая туша зверя уже выскакивает в оконный проем следом за ним. Мерзкая лысая морда вытянулась в его сторону, и он даже отсюда слышал, с каким свистом ноздри зверя втягивали горячий воздух, пропитанный запахом крови и страха человека.
Мужчина невольно пискнул и побежал так быстро, как только мог. А байбак, оказавшись на привычной для себя поверхности, уже гнался за ним, вытянув вперед приоткрытую пасть и не сводя кровожадного взгляда с заведомой добычи.
Игорь подобно сине-оранжевой молнии подлетел к бульдозеру и, запрыгнув ногами на высокую гусеницу, сразу же рванул дверцу транспорта. Она оказалась открытой. Он пулей заскочил в кабину и обеими руками захлопнул дверь. Буквально в следующую секунду раскалившийся на солнце металл принял на себя сильнейший удар передних лап байбака. Когти с мерзким скрежетом прошлись по поверхности дверцы, сдирая выгоревшую желтую краску.
— Отстань, сука! — заорал Игорь и нажал клавишу блокировки замка дверцы.
В кабине бульдозера было душно. Растрескавшееся кресло из кожзаменителя раскалилось настолько, что обжигало задницу даже сквозь одежду. Игорь словно зачарованный смотрел на то, как байбак злобно щерится и клацает вытянутой пастью, прислоняя ее боком к решетке стекла, словно пробуя на зуб.
Игорь, хватая ртом горячий воздух, с размаху ударил по кнопке пуска двигателя. Бульдозер должен быть на ходу, ведь еще вчера его использовали, чтобы завалить щебенкой большие разрезы в грунте, как того требовали правила разработки в необжитых мирах. Ведь после себя надо было оставить природный ландшафт в максимально первозданном виде, словно это действительно будет иметь какое-то значение после отключения гравитационного стабилизатора.
Двигатель тут же взревел, и две почерневшие трубы выпустили столбы вонючего дыма. Машина содрогнулась, готовая приступить к работе. Услышав резкий звук, байбак мгновенно отскочил в сторону на несколько метров и припал к земле на своих коротких передних лапах. В таком, готовом к прыжку положении его косматый зад возвышался над песком подобно огромному меховому шару.
— Конечно! — воскликнул Игорь. — Ты же, сука, боишься громких звуков!
Внезапно, жадно глотая ртом душный воздух кабины, он испытал самое настоящее воодушевление. Он резко осознал, что вдруг превратился из потенциальной жертвы в настоящего победителя. Да, байбак был сильнее, но он был всего лишь животным! А он, инженер Игорь, был человеком! Венец известной эволюции, способный мыслить и созидать.
— И управлять бульдозером, мать твою! — прохрипел он и дернул рычаги.
Железная махина мгновенно пришла в движение. Кабина заполнилась ревом двигателя и дребезжанием мелких деталей. Игорь развернул бульдозер на месте и поднял ковш, намереваясь приблизиться к застывшему зверю и разрубить его к чертовой матери. Лязгнули траки, и машина ринулась в атаку. Явно не ожидавший такого поворота событий байбак еще секунду злобно щерился, пытаясь устрашить надвигающуюся громадину, но потом принял единственно верное решение и стал спасаться бегством, подобно Игорю всего лишь минуту назад.
— Да, беги, сволочь!
Игорь победоносно вскинул кулак и потянул за шнур клаксона. Опустевший рабочий городок содрогнулся от резкого звука, эхом отразившегося от массивной каменной гряды, где были расположены входы в штольни. Услышав это, байбак побежал еще быстрей. А Игорь всё продолжал тянуть за шнур клаксона, издавая нервные смешки и поток хриплых ругательств.
Догнать байбака на медленном бульдозере было практически невозможно, и он остановился, проехав всего несколько десятков метров. В скором времени очертания массивной туши животного растворились в горячем мареве, поднимающемся над песком.
— Беги, мать твою так… — прохрипел инженер и буквально растекся в пыльном кресле. — Напугал до смерти скотина. Я, я… Я чуть не обделался! Точно! Надо было брать дерьмо и в глаза ему кидать, как в том анекдоте!
Игорь нервно засмеялся, смахивая с лица огромные капли пота. Похоже, у него началась самая настоящая истерика. Он не мог остановиться, продолжая обхохатываться над этой мыслью, пока не понял, что уже задыхается. В тесной, закрытой кабине было очень душно.
Мужчина распахнул обе дверцы, мгновенно ощутив поток горячего воздуха, который сейчас показался ему самым настоящим освежающим ветерком. Он смеялся и периодически тянул за шнур клаксона, словно истошный сигнал бульдозера вторил его внутреннему крику отчаянья, который он хотел издать.
«Быть сожранным на второй день… — сокрушался он. — Отличное завершение карьеры! Как ты мог забыть о байбаке, Игорь? Ясное дело, что он к шахте никогда не подходил. Ему же непривычно слышать резкие звуки, а тут каждый день грохот стоял, пока… Пока было чему греметь. И кому греметь. А теперь всё! Обычно эта дрянь в естественной среде обитания тушканчиков жрет. А тут ты — такой красивый. Байбак же не дурак! Быстро сообразил, что в таком “тушканчике” мяса куда больше и ему надолго хватит. Дурак ты, Игорь! Ты теперь только на себя можешь рассчитывать, внимательнее надо быть».
Закончив внутренне себя отчитывать, он устало развалился в горячем кресле. Нервная дрожь, пробирающая всё тело, начинала исчезать. В голову вновь возвращалась ясность мышления, которая не сулила ничего хорошего. Надо было срочно собраться, взять себя в руки и решить первую же, весьма очевидную проблему — обезопасить себя от местного хищника. А в том, что зверь, почуявший кровь и оценивший калорийность жертвы, обязательно вернется, Игорь не сомневался.
Глава 4
Проснувшись на следующий день, Игорь поймал себя на мысли, что он даже благодарен байбаку за то, что тот попытался его сожрать. Ведь теперь ему было чем заняться. Во всяком случае временно отпала необходимость размышлять над своим плачевным положением. И еще стало вовсе некогда считать оставшиеся ресурсы. И думать о том, что делать после того, когда они кончатся. Надо было срочно искать надежное укрытие и решать, как себя обезопасить.
Раньше байбак никогда не рисковал подойти так близко к шахтёрскому городку. Было очевидно, что его пугал шум, круглосуточно висевший над работавшей шахтой. Гремели вагонетки, лязгали грузовики и бульдозеры. С грохотом высыпался щебень. Пару раз в месяц с диким ревом двигателей садился и взлетал транспортный шаттл, доставляя на корабль ценные грузы и обратно добытые минералы. Так что инстинкты подсказывали животному весьма верное решение — просто обходить это место стороной. Поэтому его давно никто не видел. Впрочем, отдельные группы, гонявшие на расстановку геозондов, иногда встречали этого зверя. Но тот всегда предпочитал не рисковать и держался от машин на почтительном удалении.
Погружённый в свои дела Игорь всё равно пытался припомнить, что еще рассказывал о байбаке специалист по флоре и фауне экспедиционного отдела. Как же он теперь жалел, что практически его не слушал. Единственное, что всплыло в памяти, так это то, что байбак животное-одиночка и ревностно охраняет свою территорию от себе подобных. Так что появления сразу двух или трех хищников можно было не опасаться. Впрочем, и с этим одним надо было что-то решать.
Первым делом, выбравшись из бульдозера, Игорь приволок со склада пару небольших дизельных генераторов и, быстро заправив остатками солярки, привел в рабочее состояние. Пользы как от источника энергии они в таком состоянии не приносили, зато отлично тарахтели, создавая всё тот же неприятный шум. Один он оставил рядом со зданием администрации, а другой уволок поближе к ремзоне, расположенной у входа в одну из штолен. Таким образом он смог хоть как-то обезопасить то пространство, в котором собирался находиться в ближайшее время.
Наступил полдень — самое тяжелое время суток на Дезертлэнде. Оставаться на улице было просто невыносимо. Тени практически полностью исчезли, а от раскалённых камней и песка поднималась самая настоящая стена горячего марева, создающая причудливые оптические иллюзии. Казалось, что приземистые постройки, обшитые листами дешевого композита, пытаются исполнить какой-то причудливый танец или вовсе оторваться от поверхности и взмыть в знойные небеса.