Дезертлэнд (СИ)
«Чёрт, чёрт, чёрт! — мысленно продолжил ругаться он, будучи больше не в силах говорить вслух. — Как нелепо всё вышло! Вот надо было мне тогда порадовать себя в душевой! Подумаешь, яйца гудели невмоготу… Пил бы дальше эти чёртовы таблетки, но нет…»
Игорь еще раз коснулся разбитых пересохших губ и медленно двинулся в сторону шахтёрских домиков. Теперь это небольшое скопление модульных коробок стало его личным царством, которым он был обречен править в гордом одиночестве. Впрочем, не только это небольшое рабочее поселение, но весь планетоид.
Дезертлэнд — как окрестили его работяги, соединив два известных слова из английского языка. Земля песков. Или песчаная земля. Никому не нужный шарик, болтающийся на орбите местного светила в одном из бесконечных циклов и периодов повторяющихся систем.
Теперь он полностью принадлежал ему. Он стал его единоличным правителем.
Игорю ничего больше не оставалось, кроме как вступить в свою должность и начать наводить порядок в своем новом владении, о котором он никого не просил. И так как сдаваться и сидеть без дела он не привык, пора было приступать к работе. Надо было занять голову любыми мыслями, кроме попытки осознать всё произошедшее.
Глава 2
Первым делом Игорь запустил электропитание модуля управления. Это было самое большое здание, находящееся на территории шахты с символическим названием «Росток». Именно в нем располагалась администрация, медпункт и столовая.
Прихватив с собой тяжёлую кувалду, он с легкостью сбивал хлипкие навесные замки с редких дверей. Большой кулер с наполовину опустошенной бутылью стоял на своем месте у входа в столовую. Блокирующий механизм дозировки и оборудование для считывания личных карт разлетелись на сотню мелких осколков под ударами кувалды, освобождая драгоценную емкость. Больше ему было не перед кем отчитываться, не превысил ли он свою дневную норму, и можно было пить сколько хочешь. Он точно знал, что на складе осталось еще много подобных бутылей с очищенной водой. Ведь никто не собирался тащить с собой на орбиту всё это барахло.
Игорь усмехнулся растрескавшимися губами и выпил столько воды, сколько смог вместить организм. Звук глухих глотков и падение мелких капель на бетонный пол тихим эхом отражались от опустевших стен.
Утолив жажду, он отправился в медпункт. Специального образования у него не было, но богатый жизненный опыт подсказывал, что всё будет хорошо. Да, досталось ему неслабо, и первый удар по голове сильно его дезориентировал. Он даже не помнил, сколько было нападавших, но был уверен, что трое. Глеб и его два прихвостня. В памяти до сих пор вспыхивали картинки мельтешащих кулаков и летящих ударов. Он закрывался от них как мог, но первая плюха арматурой сильно выбила из колеи. И вообще, он был уверен, что окажись на его месте другой работяга, то всё могло закончиться намного хуже. Благо голова у Игоря была набитая.
А потом в полумраке штольни, освещаемой лишь одинокой аварийной лампой, возникла мерзкая рожа Глеба и быстрый прямой в нос, от которого он был уже не в силах уклониться. После чего ноги начали подкашиваться, и он повалился на пол, осыпаемый градом ударов.
Но, несмотря на свою врожденную стойкость и крепость организма, раны всё равно надо было промыть обеззараживающим раствором и наложить повязку, чтобы в них не попала мелкая грязь.
Медицинский гель приятно холодил кожу. Обезболивающие таблетки делали свое дело. Немного отлежавшись, Игорь медленно побрел по опустевшим коридорам администрации, пытаясь систематизировать огромный поток мыслей и задач.
Первым делом надо было разобраться со всем необходимым. Подсчитать запас пресной питьевой воды. А так же количество консервированных продуктов, которые не успели доесть работяги. Благо между отбытием шаттла, и подачей энергии прошло всего несколько часов, и холодильная камера не успела разморозиться. Здесь ему повезло, если, конечно, это слово было уместно в данной ситуации. И хоть точного подсчета он не провел, навскидку Игорь предположил, что этих припасов ему одному хватит на пару-тройку месяцев.
Теперь оставалось решить, что будет, когда запасы иссякнут.
С энергоснабжением проблем не предвиделось. Небольшая ферма солнечных батарей вполне закрывала все нужды его небольшого царства. Игорю просто надо было не забывать проводить своевременное ТО. Сметать песок с панелей и следить за тем, чтобы местные тушканчики не погрызли проводку. Всё это было очень увлекательно и почему-то забавляло Игоря.
Впрочем, сквозь пелену воздействия обезболивающих таблеток он прекрасно понимал, что таким образом его мозг попросту противится осознанию всей трагичности своего положения.
— Как там психологи говорят? Стадии принятия? — Сорванные связки дали о себе знать ноющей болью. — Интересно, на какой я сейчас? Наверное, на стадии полнейшего охреневания от всего происходящего.
Его сиплый голос отразился от пустых стен и убежал эхом в полумрак коридора. Он невольно подумал о том, что еще сегодня утром здесь суетилось множество людей. Таскали коробки с документацией, контейнеры с образцами. Серёга — уборщик, курил напротив открытой двери с победоносным видом. И вообще даже не пытался ругаться на то, что весь коридор засыпали огромным количеством белесого песка с подошв ботинок. Все были рады тому, что скоро оставят этот шарик и вернутся домой.
Игорь остановился, глядя в открытый прямоугольник дверного проема. Отпечатки их подошв до сих пор оставались на полу коридора. Казалось, что вот-вот пройдет несколько секунд, и ослепительный полуденный свет перечеркнет силуэт очередного работяги, торопящегося за новой коробкой.
— Сука! — не выдержал Игорь и со всей силы врезал кулаком по навесному шкафчику с огнетушителями. — Суки! Твари! Вы же все знали, что меня нет! Что меня бросили здесь! Засунули языки в задницы, паскуды!
Он продолжал со всей силы колотить ящик. Острая боль от разбитого стекла пронзила кулаки, но он не останавливался. Крепление не выдержало, и огнетушители со звоном упали на бетонный пол, осыпаемые сверкающими осколками. Не в силах больше ничего кричать, он с остервенелым рычанием вцепился в покорёженную коробку и оторвал от стены, метнув ее в открытую дверь. Набрав в легкие как можно больше воздуха, он выпалил последний мощный набор проклятий, от всей души послав своих бывших коллег по всем возможным адресам.
Но в тишине коридора было слышно лишь его хриплое дыхание и редкие звуки капелек крови, падающих на бетонный пол. «Чтоб вы сдохли, — мысленно добавил он, и болезненно сглатывая, побрел в сторону душевой. — К чёрту вас всех! И планету эту к чёрту. Глеб — тварь…»
Одинокий гул рециркулирующего насоса и шум капель воды понемногу успокаивали нервы. Разбитый кувалдой аппарат контроля расхода никак не мог повлиять на то, сколько технической воды потратит Игорь. «Впрочем, если ее собрать и прокипятить, вполне будет пригодной для питья… — рассеяно прикидывал он. — Да пошло всё к чёрту. Буду экономить с завтрашнего дня. А сегодня… Я ведь король этого мира! А король заслужил омовения безо всяких ограничений!»
Горячие струйки воды стекали по телу, наполняя тесное помещение душевой запахом мокрого бетона и заплесневелых стен. Игорь, словно находясь в затянувшемся сне, в десятый раз провел большой губкой по синякам вдоль ребер и невольно задумался. Именно здесь была запущена та цепочка событий, которая и привела его к нынешнему положению дел. Он хотел было в очередной раз выругаться, но действие обезболивающих таблеток и сотрясенная голова сделали свое дело. Мужчина горько хмыкнул и закрыл воду. Он стал ощущать сильную, волнами накатывающую дремоту.
«И как же глупо это получилось… — устало подумал он. — Взрослый дядька. Тридцать пять лет. И решил вот, как прыщавый подросток, лысого погонять в свое удовольствие».
Игорь грустно хмыкнул, будучи больше не в силах винить себя за не самый умный поступок в жизни. Впрочем, что сделано — то сделано. Ситуация получилась очень глупой и нелепой. И уж тем более Игорь тогда не мог предположить, что у нее будут именно такие последствия.