КаМаЗ и Ч.М.О. (СИ)

— И что я скажу? Что банку с огурцами открыть не могу?
— Скажи, что… ну, не знаю… — взмахнула Лена руками. — Палец о тумбочку ударила. Сломала! Или о шкаф. Ногу!
— А шкаф упал и его нужно поднять! — включилась Юля, явно воодушевленная этой идеей.
— Это глупо. Ваш… Камаз, — передразнила я их. — Скажет, чтобы я не занималась ерундой и не мешала ему спать, а Витя…, - в этот момент мне стало самой интересно, приедет ли он ко мне. Ведь время и в самом деле не очень позднее. Не ночь. Воображение учтиво подбросило картинки того, как Витя обхватывает мою щиколотку пальцами, гладит, шепчет, чтобы не боялась и не волновалась, и обматывает эластичным бинтом. Возможно, даже мазь какую-нибудь наносит… — Ладно. Я попробую. Но только, чтобы утереть вам носы, и, чтобы вы перестали говорить о Вите плохо.
— Да-да, конечно, — хохотнула Лена иронично.
  
Глава 19. Маруся
 
Ничего глупее в своей жизни я еще не делала.
Кто в здравом уме в десять часов вечера будет проходить мимо тумбочки с намерением сломать об неё палец или нарочито запинаться так, будто сломала его, а потом лежать на полу и притворно корчиться от боли? Никто! Только я, идиотка, которая пошла на поводу у трёх подруг и решила устроить совершенно идиотскую проверку на предмет того, кто больше мужик.
В очередной раз, проходя мимо слегка выдвинутой тумбочки в своей спальне, я нарочито коснулась ее мизинцем, а затем, приложив ладонь ко лбу, с болезненным стоном упала на кровать.
Ну, бред же!
Осталось только облить живот кетчупом, разбить о голову яйцо и высунуть язык, и тогда даже эта глупость будет выглядеть куда более правдоподобно нежели то, что я сейчас репетирую.
Нет. Нужно написать Лене, что я этим заниматься не стану. Костров точно не приедет, так как я сама попросила его держаться от меня подальше, а Витю своим звонком я могу поставить в затруднительное положение. Всё-таки, свободно он себя сможет почувствовать только на мальчишнике, пока рядом нет его невесты.
Вынула из кармана домашних шортов телефон и удивленно вскинула брови, обнаружив, что меня добавили в беседу под названием «Таинственная залупка». В созданной беседе помимо меня были еще Лена, Оля и Юля.
Они издеваются?!
«Серьёзно? — напечатала я в чат. — Другого названия не нашлось?»
«Для нас ведь тайна, кто к тебе приедет. Хотя для большинства всё и так очевидно… » — ответила мне Лена.
«Ты уже звонила кому-нибудь?» — поинтересовалась Юля.
«Нет ещё. Волнуюсь. И теперь мне эта затея еще больше кажется глупостью»
«Нужно же с чего-то начинать сеять в твоё сознание зерна сомнения, — написала тут же Лена. — Начинай ломать ногу. Мы не уснем, пока не узнаем результат»
«С тебя фоточка спасателя в обнимку с твоей ногой» — добавила безжалостно Оля.
Не стала им ничего отвечать. Отбросила телефон на подушку, посмотрела на свои ноги и пришла к выводу, что для начала их нужно хотя побрить, а потом уже «ломать». Они, конечно, были изуродованы синяками и сбитыми коленями, но будет отлично, если они не заколют до смерти моего «спасителя».
Что я творю? Позорище.
После душа застыла один на один напротив тумбочки и поняла, что размерчик не тот. Тут действительно понадобится шкаф. Желательно на самом деле его уронить.
Предварительно вынула из шкафа все свои вещи, а затем, пользуясь всеми имеющимися у меня силами, раскачала шкаф и едва успела отскочить в сторону за секунду до того, как меня им накрыло бы.
Ногу прострелило болью. Врать не придется — похоже, я ее подвернула, когда отбегала в сторону.
Больно не до слёз, но пока эффект имеется, нужно успевать звонить.
Присев на кровать как можно красивее, я закинула на нее ногу, обхватила лодыжку и первым набрала Витю.
Кажется, сердце перестало биться, пока я слушала длинные гудки.
— Да? — ответил мне нежный женский голос, будто я в сказку позвонила. — Алло? Говорите, вас не слышно.
 
— Да, кхм… здравствуйте, — подобралась я, настроив голосу деловой тон. — Могу я услышать Виталия?
— К сожалению, он сейчас в душе. Но я передам ему, что вы звонили. Может, нужно передать ещё что-то?
— Эмм, нет. Спасибо, — улыбнулась я натянуто, будто она могла меня видеть.
Эллочка…
Голос настолько приятный, что аж тошнит.
Сжала телефон пальцами, понимая, что больше не хочу никому звонить и пытаться что-то проверять. Первая же попытка оказалась провальной и станет отличным поводом для слёз на всю оставшуюся ночь.
Не хочу и не буду.
Собрав остатки сил, зашла в совершенно идиотский чат, где девчонки уже делала ставки на то, кто приедет, — побеждал Камаз. Единогласно.
Пусть забирают все свои ставки обратно. Никто не приедет, потому что я больше никому звонить не стану.
Едва я подобрала нужные слова, как мне позвонил Витя. Сам!
О, боже!
Втянув обратно сопли и утерев слёзы, я снова закинул ногу на постель и приготовила плаксивую интонацию. В общем-то, сейчас даже притворяться не надо — я и так заплаканная.
— Да?
— Привет, Марин, — практически шепотом произнес Витя. — Ты звонила. Что-то случилось?
Он волнуется! И волнуется настолько сильно, что сам мне перезвонил!
— Я… я тут разбирала шкаф и случайно его уронила. Себе на ногу. Очень больно.
— Как тебя угораздило? — спросил Витя обеспокоенно всё тем же шепотом.
— Я, если честно, сама не поняла, как так произошло. Но теперь у меня ужасно болит нога, а еще нужно как-то поднять с пола шкаф. Ты можешь приехать ненадолго? Буквально минут на двадцать.
— Я… Я, конечно, могу, — ответил Витя и, клянусь, в этот момент я была готова начать прыгать по постели. — Но, понимаешь, Марин, у нас с Эллой сейчас романтический ужин. Она уже зажгла свечи, всё приготовила. У нее не будет девичника и вместо него она организовала для нас двоих этот вечер. Понимаешь? Я не могу ее бросить.
— Понимаю. Меня ты можешь бросить, а её нет, — выдохнула я, чувствуя, как жизненные силы буквально вытекали из меня через кончики пальцев. Идея о том, что я проведу эту ночь в слезах уже не казалось мне невыполнимой.
— Не говори так, Марина. Ты же понимаешь, что у нас с тобой совершенно особенные отношения. Особая связь, — шептал Витя, будто из кладовки говорил. — Не запутывай меня, пожалуйста, моя красавица. Ты очень много для меня значишь. А сейчас меня ранят твои слова о том, что я тебя бросил. Всё совсем не так, Марина. Ты особенный для меня человек. Всегда такой была, есть и будешь.
Его слова, произнесенные с таким трепетом и нежностью, заставили меня переосмыслить то, что я ему только что сказала.
— Ты прав, Вить. Я тебя понимаю. И нога, на самом деле уже почти не болит, а шкаф я завтра с Леной подниму. Не к спеху.
— Вот видишь. Ты всегда была самой понимающей. За это я тебя и полюбил.
«Я тебя полюбил» — слова рассыпавшие мурашки по всему моему телу.
Полюбил! Не любил когда-то, а именно полюбил! Значит, до сих пор любит!
— Тогда спокойной ночи? — выронила я, пряча улыбку за кончиками губ.
— Спокойной, Марин. Если ноге станет хуже, то обязательно звони в «скорую». И утром мне напиши, как твоё самочувствие. Постараюсь заехать перед работой.
— Хорошо, Вить. Спасибо тебе.
Еще несколько минут после окончания разговора я сидела с глупой улыбочкой. В груди было так тепло и хорошо, но вместе с тем, всё же, было немного обидно из-за того, что Витя не приедет. Зря старалась — роняла шкаф, брила ноги. Но даже его слова помогли мне почувствовать себя лучше.
Теперь осталось позвонить Кострову. Но так не хотелось. Наверняка он мне нагрубит, скажет, что я дура неуклюжая или вовсе не поднимет трубку.
Но будет нечестно, если я хотя бы не попытаюсь ему позвонить. А потом просто напишу в чат с ужасным названием о том, что все они проиграли и ко мне не приедет вообще никто. А еще им всем завтра придется приезжать ко мне и поднимать шкаф.