Я - жена! А вы кто? (СИ)

Она не сразу поняла, что не так. Просто в груди защемило, перехватило дыхание, так и сидела, пытаясь поймать воздух.
А в голове тем временем уже пульсировала мысль: что машина Феликса здесь делает?!
Никакой ошибки нет, его “танк” она знает как облупленный. Лера уже собиралась позвонить мужу, как автомобиль резко затормозил и встал на “аварийке”. Из него выскочил Феликс, а из другой двери с трудом вылезла… Галина Гурская.
  
Телезвезду Лера узнала сразу. В ярко-красном пальто она привлекала к себе дополнительное внимание. Кажется, ей было плохо, видимо, укачало.
Лера заторможенно наблюдала, как ее муж, обнял Галину, прижал к себе, что-то крикнул водителю. Но Гурска уже вроде пришла в себя. Обняла Исаева и… поцеловала.
Перед глазами плыло… Они вместе. Все время, что Лера была замужем за Исаевым, училась кусать их общих врагов, чтобы заслужить его доверие и признание, он преспокойно делил постель со своей многолетней любовницей.
А сейчас Лера беспомощно смотрела, как по-хозяйски обнимают ее мужа и ничего не могла сделать. И плевать, что у них фиктивный брак, и он не обещал хранить верность. Кто угодно, но только не Гурская! Не та, кто с ним была целых десять лет!
У Леры словно вырвали из груди сердце, но заставили жить дальше.
— Все нормально? — обеспокоенный голос Лекса раздался рядом, но на него Исаева даже не взглянула.
— Увези меня отсюда, — глухо попросила она.
Глава 29
— Увезти? — переспросил Лекс. — Что случилось? Тебя кто-то обидел?
Лера молча наблюдала, как ее муж усадил свою любовницу в машину, и та тут же тронулась с места. Это заняло не больше минуты, но для Леры прошла целая вечность.
— Просто не хочу тут быть, — мертвым голосом ответила девушка, заставив себя, наконец, оторвать взгляд от пустой дороги.
Домой можно было не торопиться.
— Конечно, — В глазах Алиханова мелькнуло нечно похожее на сочувствие. — Куда поедем?
— А плевать, — она пожала плечами, внутри все словно умерло. Рухнуло в бездомную темную яму, которая поглотила все без остатка.
Алиханов больше вопросов не задавал, не лез к Лере с разговорами, усадил ее в такси, и они куда-то поехали.
После предательства Султанова Лера была уверена — уже никто не сможет сделать ей так больно. Сейчас она могла бы горько посмеяться над своей наивностью.
— Куда мы приехали? — несмотря на полное внутреннее опустошение, связь с реальностью Исаева не теряла. — Парк?
— Парк атракционов, — кивнул Алиханов. Он как бы случайно дотронулся до руки Леры, но девушка тут же отстранилась. — Извини. Если хочешь, можем покататься.
— Американские горки, — решительно кивнула Лера и первой вышла из машины.
Лексу пришлось ее догонять.
— Серьезно? Может, что полегче?
Алиханов не знал, кого он отговаривает. Он вообще не очень понимал состояние Леры. А она ему ничего не объясняла.
— Можешь оставаться на земле, а я пошла, — пожала Лера плечами.
Вообще-то у нее были сложные отношения с высотой. Панического страха не было, но она старалась не забираться на высокие этажи, даже на колесе обозрения никогда не каталась. А тут пошла без раздумий. А холодный ветер, бивший ей в лицо, только сильнее раззадоривал.
Лексу снова пришлось ее догонять…
Из парка они вышли только через полчаса. Алиханов с укоризной смотрел на Исаеву, покачивал головой и постоянно останавливался, в какой-то момент сдался и практически рухнул на скамейку.
— Может, воды? — участливо спросила Лера. Она не чувствовала никакой вины, Лекс сам вызвался с ней кататься. Мог бы после превого раза отказаться.
— Бедовая ты девка, — выдохнул Лекс. — А так и не скажешь.
Он никак не мог отдышаться, его явно мутило. Только сейчас до Леры дошло, что Алиханов скорее всего боялся высоты, но не признался ей в этом. А она так глубоко ушла в свои страдания, что даже не заметила, что ему плохо.
— Врача?
— Иди ты! — махнул рукой Лекс. — Сам справлюсь.
И все же Лера вытащила свой мобильный, чтобы посмотреть, где находится ближайщая больница.
Три пропущенных от Исаева. И сообщение: “Ты где?”
Она не ответила.
— Больница в паре километрах. Может все-таки…
— Нет! — выдохнул Лекс. — Но на сегодня все!
“Это кому как”, — ухмыльнулась про себя Лера. Адреналин несся по телу, заглушая собой боль, с которой, казалось, было невозможно справиться.
Оказалось, возможно.
Зря Лера думала, что никого не сможет ненавидеть больше, чем Султанова.
Домой она вернулась на такси, предварительно убедившись в том, что Лекс уже более или менее пришел в себя.
В гостиной и кабинете Феликса горел свет. Лера внутренне сжалась, но раздраженно дернув головой, быстрым шагом зашла в дом.
— Где ты была? — голос мужа не предвещал ничего хорошего. Но страха в душе Леры он не вызвал.
— И тебе привет! — не глядя на него, она сняла с себя плащ. — Как командировка?
И только потом обернулась.
Исаев был зол. Губы были плотны сжаты, а в глазах не было ни намека на привычную мягкость. От былой раслабленности тоже не осталось и следа.
Переживал, что ли? Лера тут же отбросила в сторону эту мысль. Скорее напрягся, что может потерять над ней контроль.
— Ко мне в кабинет.
Лера спорить не стала. Ей было что сказать своему мужу.
Не дожидаясь приглашения, Лера уселась в кресло и стала ждать. Раз позвал, пусть начинает первым.
И Феликс не стал тянуть.
— Что происходит, девочка моя? — ласково спросил он, но Лера не повелась. У нее перед глазами стоял совсем другой Феликс. Тот, который обнимался на улице со своей любовницей. — Почему ты игнорируешь мои звонки?
— Я была занята, — не слишком вежливо ответила Исаева. Глаза ее мужа опасно сощурились. — Как и ты.
— И чем же? — и не дождавшись ответа, Феликс нетерпеливо продолжил. — Лера, что случилось?
Дальше играть в кошки-мышки, смысла не было. Да и Лере сильно хотелось посмотреть как изменится непробиваемая физиономия ее мужа.
— Твоя любовница случилась, Феликс! — Голос Леры звенел. — Галина Гурская случилась! Выпадает из машины прямо на дорогу и целует моего мужа средь бела дня. Вот что случилось!
Исаев громко выругался. Впервые при Лере. Вид у него был если не растерянный, то как минимум озабоченный. Ему было неприятно, может, даже стыдно. Но он быстро справился с собой.
Отрицать ничего не стал.
— Гале стало плохо в машине, пришлось остановиться, — пояснил он, но в глаза жене не смотрел. — Никто не должен был видеть нас вместе.
— Но я увидела! Своими глазами! И не только я! — голос Леры грозил сорваться на крик. Она не контролировала себя так, как хотела бы.
— Лера! — тут же одернул ее Феликс. — Я не обещал тебе верности, я не евнух и не импотент.
От его слов она истерично засмеялась.
— Да мне плевать, кто ты! — взорвалась она. — И на твою бабу тоже плевать! Хоть трахай весь город, Исаев! Мне нет до этого дела! Но у нас был и есть договор. Тобой, между прочим написанный. Мы договарились, что никаких открытых измен с твоей стороны! Никаких публичных унижений меня, как твоей жены! А ты сосешься с этой дрянью у всех на глазах! Господи, я думала, что ты хоть человек приличный и тебе можно доверять! А ты… ты такой же как… как все!
— У тебя истерика, — холодом в голосе Исаева можно было заморозить все живое. — Тебе нужно успокоиться, и тогда мы поговорим. Видимо, уже завтра.
А Лера и не обиделась, что ее по сути обозвали истеричкой. Ну и пусть. Зато она не спит с чужими мужьями. И если Исаев хотел ее как-то пристыдить, то у него ничего не получилось. Она больше не смотрела на него с восхищением влюбленной ученицы.
  
— Нам не о чем больше говорить, Феликс. — она поднялась с кресла. — Просто выполняй свою часть договора, как я свою. Меня, целующуюся с каким-то левым мужиком ты точно никогда не увидишь.
Глава 30
Утром Леру ждал не привычный букет садовых цветов, а огромная корзина бордовых метровых роз. Конечно же, очень дорогих. И записка, написанная рукой ее мужа. “Готов загладить свою оплошность. Давай поужинаем и все обсудим”.