Меч Тьмы (ЛП)

Он мог и не отвечать на ее вопрос, но разве от этого может быть вред? Она все равно ничего не могла сделать, чтобы остановить его, даже если бы Мерлин не знала точно, почему для них так важен этот стол.
— В его центре заключена великая магия. Та, которая в сочетании с другими священными артефактами, может сделать своего обладателя непобедимым. Когда он будет тут, никто не сможет помешать нам править миром.
По выражению ее невинного лица он мог сказать, что сама эта идея сбила ее с толку.
— А почему вы хотите управлять миром, милорд? Какое в этом может быть преимущество?
— Если ты задаешь такой вопрос, это говорит только о том, что ты не можешь осознать своим маленьким скудным умом весь замысел, чтобы понять ответ. Я эгоистичный и эгоцентричный ублюдок. Я всего лишь хочу играть по своим правилам. Как однажды сказал великий человек: “Как хорошо быть Королем”(отсылка к сборнику стихов Алана Милна. "Кристофер Робин и все-все-все" -- прим.ред.).
Она пристально посмотрела на него.
— Благодарю вас, милорд, за оскорбление моего интеллекта. Однако в ответ я скажу, что нужно быть действительно недалёким человеком, чтобы не позволить остальным иметь свою частичку в этом мире. Он удивительно велик, и в нем хватит места для всех нас.
Керригана застало врасплох ее гневное возражение.
— Ты настолько глупа, что оскорбляешь меня?
Она подняла голову и пронзила его сердитым взглядом.
— Вы первый оскорбили меня.
Керриган ощутил нечто, что он не чувствовал веками. Юмор. Он действительно смеялся над ее смелостью. Это забавляло его. Любой другой, кто посмел бы нанести ему оскорбление, сейчас лежал бы мертвым у его ног. Но эта женщина...
Она забавляла его.
— Ты храбрая женщина.
— Не особенно. Я просто прямолинейна.
— Что ж, я считаю твоя прямота освежает.
Сирен вернулась к еде, но ей все еще было неловко от того, как Керриган уставился на нее, словно он был голодающим, а она — его пиршеством.
Закончив трапезу, девушка начала подниматься из-за стола. Керриган исчез с места, где сидел, и появился позади ее стула, чтобы отодвинуть тот от стола.
Она подпрыгнула от его внезапного появления.
— Прости меня, если я напугал тебя.
— Как вы это делаете?
Он пожал плечами, отодвигая стул назад, чтобы она могла встать.
— Я думаю об этом и это происходит.
Она перекрестилась.
— Вы — Дьявол, не так ли?
— Да, моя леди Мышка. Проклятый и обреченный.
И все же в нем было что-то, напоминающее ей о потерянной душе, которая хочет снова найти себя. Сложно придумать что-то глупее этого. Она не имела ни малейшего представления, почему задумывалась об этом, когда он, казалось, получал такое удовольствие от того, что был злом.
Керриган чуть склонился к ней, подавляя своим присутствием, и, казалось, стал вдыхать воздух рядом с ней. Уголки его рта приподнялись, что смягчило суровые черты лица и холод во взгляде.
— Сейчас тебе лучше вернуться в свою комнату.
— Почему?
— Я мужчина с очень ограниченным терпением, моя Сирен. Я не привык отказывать себе в маленьких удовольствиях, которые могу получить. А ты... ты проверяешь на прочность границы того небольшого самоконтроля, которым я располагаю, — он протянул одну холодную руку, слегка касаясь ее щеки.
Сирен почувствовала, как от его прикосновения тепло покидает кожу. Стоя прямо перед ним, она опустила взгляд на шею Керригана и увидела амулет в форме звезды, о котором упоминала Магда
С колотящимся сердцем, девушка протянула руку, чтобы коснуться его.
Керриган мгновенно перехватил ее.
— Что ты делаешь?
— Он... он прекрасен.
Мужчина отвел ее руку от амулета и отступил назад.
— Иди, Сирен. Пока не стало слишком поздно для тебя.
В одно мгновение она была перед ним, а уже в следующее — снова в своей комнате. Только теперь там уже не было двери.
Сирен сглотнула, ощущая, как ее охватывает настоящий страх. Что же она собиралась делать? Керриган был таким могущественным, таким темным. Как она вообще сможет убежать от кого-то, подобного ему?
  
“У тебя нет выбора”.
Верно, нет. Любым способом, любым путем она должна найти дорогу из этой земли проклятых назад, к себе домой.
  
Глава 4
 
Керриган откинулся на мягкое сиденье своего широкого черного трона, наблюдая за тем, как Моргана "развлекает" других членов Круга Проклятых.
Большинство из ста сорока девяти мужчин и женщин их братства когда-то были людьми, как и он. Некоторые из них даже заседали за Круглым Столом с Артуром и посвятили свои мечи борьбе за добро.
Но здесь в Камелоте не осталось ни доброты, ни человечности. Подобно своему знаменитому Королю, все это давно ушло и, скорее всего, никогда больше не вернется.
Положив одну руку на голову дракона, вырезанную на подлокотнике его трона, Керриган снова поднял бокал, чтобы сделать большой глоток вина, которое никогда не сможет насытить его.
Оно даже не сможет его опьянить.
— Ну же, мой Король, — начала умолять прекрасная женщина адони, приблизившись к его помосту. Ее длинное черное платье имело вырез до пупка, открывая взгляду большую часть груди и живота, а выкрашенные ярко-красным цветом, призывно сморщенные соски виднелись сквозь полупрозрачную материю платья. Она была щедро одаренной женщиной, которая вполне могла доставить ему удовольствие на пару мгновений. — Разве вы не присоединитесь к нам на танец?
Керриган перевел взгляд черных глаз на сборище своих демонических рыцарей, танцевавших с феями. Некоторые из них в полуголом виде уже разошлись по углам, стремясь удовлетворить свою похоть, не заботясь о том, наблюдает ли кто-либо за ними. Громкая танцевальная музыка, доносящаяся с CD-дисков, которые Моргана привезла из своих путешествий в будущее, гремела на все помещение . Как и многие здешние обитатели, она любила изящество и стиль Средневековья, но предпочитала удобства и “игрушки”, созданные в мире будущего. Одним из ее увлечений был стиль в музыке начала двадцать первого века, известный как дарквейв (прим — от англ. darkwave «тёмная волна» — музыкальный стиль, одно из направлений на готической сцене, сочетание электронной, индастриально-экспериментальной, неоготической, романтической, неоромантической и классической музыки.). Учитывая обстоятельства, этот стиль был очень уместным.
Лично ему было все равно, играет музыка или нет. В этом отношении ему были безразличны и все обитатели Камелота.
Он давно уже устал от этого места и существ, которые называли его своим домом. Он хотел большего, чем холодная страсть фей, беспечно раздающих свои поцелуи и тела. Один член был для них так же хорош, как и любой другой.
— Убирайся от меня, — рявкнул он на стоящую в ожидании девушку.
Глаза адони вспыхнули красным. Она бы напала, если бы не осознавала всю глупость подобного поведения. Скривив свои губы, она покинула его и отправилась к другому рыцарю.
— Что с тобой, милорд? Тебе нехорошо?
Керриган напрягся, услышав голос, доносящийся из-за трона.
— Не стой позади меня, Блэйз, если хочешь продолжить жизнь в своем нынешнем состоянии.
Высокий и гибкий мэндрейк вышел вперед и встал слева от трона Керригана. Рожденный альбиносом, Блэйз еще младенцем был изгнан своими суеверными родичами.
Его глаза имели необычный бледно-фиолетовый оттенок. Свои длинные белоснежные волосы он заплетал в косу, которая, перекинутая через одно плечо, достигала талии. Покрывающий кожу глубокий золотистый загар опровергал все представления о ему подобных. Считалось, что следствием альбинизма является полное отсутствие пигментации, но это было распространенным заблуждением. И если бы Керриган не знал достоверно о том, что мэндрейк гордится своими физическими особенностями, то заподозрил бы, что смуглая кожа Блэйза — результат магии.