Ва-банк (ЛП)

Ее лицо смягчается, и она понижает голос.
— Это возможность, малыш. Так используй ее. Иначе ты всю жизнь будешь пытаться найти ответы, когда тебе всего лишь нужно было прийти сюда и спросить.
Конечно, она права.
Вздохнув, я прислоняюсь к стене.
— А что, если его ответ окажется плохим? — Мой голос становится совсем тихим, когда я наконец-то признаю свой самый большой страх, тайно преследовавший меня в течение последних двенадцати лет. — Что если… Что если он просто недостаточно нас любил?
Уголки губ Саванны слегка опускаются, когда она подходит ближе и кладет ладони мне на грудь.
— Будет больно, но, по крайней мере, ты будешь знать, что это не твоя вина. Некоторым людям роль родителей просто не подходит, и в конечном итоге именно дети расплачиваются за их недостатки, к сожалению. — Она закусывает губу, словно готовясь сказать то, что мне, возможно, не понравится. — Может, и хорошо, что его не было рядом.
Не дав мне ответить, она выпаливает:
— Деклан, ты удивительный. Невероятно благородный, заботливый, и у тебя очень доброе сердце. Если он действительно такой ужасный человек, тогда хорошо, что он тебя бросил. Ты мог бы стать совершенно другим, будь он рядом, и мысли об этом разбивают мне сердце, потому что сейчас ты просто идеальный.
Я хмурюсь, вспоминая аналогичную речь от брата, которую выслушал не так давно.
— Ты разговаривала с Блейком? — Я не спущу ему попытку использовать Саванну против меня. Нахальный ублюдок, но умный.
Она склоняет голову набок и хмурится.
— Нет…
Дверь распахивается, не давая Саванне ответить. Из палаты вылетает разъяренный Блейк, но при виде нас останавливается посреди коридора. Сердито тыкая большим пальцем за спину, он шипит себе под нос:
— Тащи туда свою гребаную задницу и попрощайся со своим умирающим отцом, маленький засранец.
Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз Блейк вел себя, как старший брат, так что это не очень хорошо. Кажется, вот-вот произойдет какое-то дерьмо.
  
 Глава 3
 
Саванна
 
Звуки футбольного матча проникают в крошечное фойе полутемной палаты, как и ровный писк кардиомонитора. Мое собственное сердце гулко бьется, когда я сжимаю руку Деклана.
Ради его же блага надеюсь, что сегодняшний вечер пройдет хорошо, но все, что я знаю о его отце, указывает на несбыточность моих ожиданий. И как бы сильно это ни разбивало мне сердце, хочется верить, что Деклан готов к не очень лестному приему.
Обогнув угол ванной, мы оказываемся лицом к лицу с хрупким мужчиной, лежащим на больничной койке. У него такой же оттенок темных волос и жутко похожие черты лица, что и у двух парней рядом со мной. Разница лишь в двадцати пяти с лишним годах и около двадцати килограммах веса.
Это как странный взгляд в будущее, если Деклан когда-нибудь сильно заболеет.
Кожа покрывается мурашками от ужасной мысли, и я стараюсь изгнать ее.
Не надо о таком думать.
Их отец поднимает пульт и выключает звук телевизора, а затем с помощью кнопки приподнимает изголовье кровати.
— Блейк не сказал, что меня почтит своим присутствием такая красивая леди, иначе я надел бы пижаму понаряднее. — Он подмигивает мне с фирменной харизмой Уитморов.
— Теперь понимаю, откуда у вас двоих столько шарма, — говорю я, бросая взгляд на Блейка и невеселого Деклана.
— Эта мне нравится.
— Эта? Сколько же их тут было? — шутливо спрашиваю я, искоса поглядывая на Деклана.
Блейк фыркает и старается прикрыть это кашлем, когда натыкается на убийственный взгляд Деклана.
Кажется, их отец в полном восторге.
— Она мне правда нравится, — произносит он. Поправив подушки позади себя, он жестом указывает на место рядом с кроватью. — Присядь и побудь со мной немного. Скрась день умирающего человека.
Деклан неохотно отпускает мою руку и пододвигает тяжелый стул поближе к кровати отца.
— Спасибо, — бормочу я, присаживаясь. В ответ Деклан слегка сжимает мое плечо, и тело тут же с готовностью откликается.
 
Его отец внимательно наблюдает за нашим безмолвным обменом, и до меня доходит, как странно это должно быть для него.
Последний раз он видел Деклана двенадцатилетним мальчиком, теперь же это взрослый и влюбленный мужчина. Этому предшествовал довольно долгий путь, а он пропустил каждый шаг.
Из-за этого я одновременно ненавидела и жалела его.
— Как тебя зовут, милая?
Хриплый голос отца Деклана прерывает мои мысли, и я поднимаю взгляд.
— Саванна.
— Саванна. — Уголок его рта приподнимается, когда он произносит мое имя. Как же эта тень улыбки напоминает Деклана. Я задаюсь вопросом, замечал ли это сходство сам Деклан.
Бросаю взгляд через плечо и вижу его, стоящим в углу комнаты: руки скрещены на груди, а линия челюсти напряжена.
Он выглядит так, словно готовится к взрыву.
— Прекрасное имя, — продолжает его отец, снова возвращая к себе мое внимание. — Я Джон. — Он пожимает мне руку. — Не такое красивое, как твое, но постарайся не злиться на меня из-за этого.
Я смеюсь и вкладываю руку в его мозолистую ладонь.
— Постараюсь.
Джон хмурится, когда осматривает мою руку.
— Я не вижу кольца на пальце. Это значит, что ты еще не Уитмор?
Я снова бросаю игривый и многозначительный взгляд на Деклана.
— Не совсем.
Деклан решил, к большому своему удовольствию и моему разочарованию, сделать из предложения игру. Поскольку я знаю, что это произойдет, и элемент неожиданности исчез, этот подлый ублюдок сумел найти способ держать меня в напряжении.
Например, однажды вечером, когда я готовила ужин и не могла найти большую миску, Деклан сказал:
— Я думаю, что это здесь, внизу. Я перестала рыться в шкафах и, повернувшись к нему лицом, обнаружила его на одном колене — явно не с целью искать миску вместе со мной. Прямо как в песне Boyz II Men «On Bended Knee».
Сердце резко остановилось, когда он взял мою левую руку в свою, и от той радости, с которой он на меня смотрел, у меня перехватило дыхание.
Он провел большим пальцем по моей руке и произнес:
— Саванна, детка…
Я утратила способность дышать.
Вот оно! Он наконец-то собирается…
— Ты мне мешаешь, — закончил он, потянув за руку, чтобы открыть шкафчик позади меня.
Деклан хихикнул, когда я выдернула ладонь и отскочила.
— Если продолжишь так делать, я буду вынуждена сказать «нет», когда ты, наконец, сделаешь предложение. И это послужит тебе хорошим уроком, придурок.
Все закончилось тем, что мы заказали готовую еду, потому что Деклан не доверил мне готовку после своей выходки. Может, он и зараза, но умная. Я бы точно ему назло испортила еду.
Джон отпускает мою руку, что возвращает меня в настоящее.
— А тебе не кажется, что мы должны это исправить? — спрашивает он, переводя взгляд с меня на Деклана. — Раз мой сын оказался достаточно умным, чтобы заполучить тебя, тогда ему должно хватить ума и удержать.
Когда я снова смотрю на Деклана, не могу не почувствовать укол злости. Это действительно было свинством.
— Можно подумать и так, — бормочу я.
— И на этой ноте… — Блейк надувает щеки, при этом выглядит совершенно нелепо. — Я собираюсь спуститься в кафетерий и взять что-нибудь поесть. Вам что-нибудь принести?
Я хватаю сумочку и вскакиваю с места.
— Я пойду с тобой. Возьму попить.
— Прекрасно. А вы можете обсудить все свадебные планы, — обращается Блейк к Деклану и Джону. — Как вернемся, хочу знать дату и цветовую гамму. — Он указывает на брата и добавляет со всей серьезностью: — И, Деклан, никакого черного.
Я смеюсь и следую за Блейком из палаты, когда Деклан хватает меня за руку. Он наклоняется и шепчет мне на ухо:
 
— Вы предатели, — а потом целует в щеку.
— Прости, — шепчу я и киваю на освободившийся стул. — Поговори с ним, — одними губами произношу я, изо всех сил стараясь копировать строгость Блейка.