Баскетбольный ритм
– Лапкина, ты больная?! – с криком вылетел Леон, врезавшись в мою спину. Лишь чудом мне удалось остаться на ногах, но я не упустила момента ткнуть локтем в ребро Змеевскому.
Его тренер продолжал молча смотреть уже на нас двоих. И я заметила, что Леон не старался вернуть себе образ собранного и строгого капитана, каким был каждый раз в спортивном зале. Он стоял легко и непринужденно. Щеки краснющие, рубашка вытянута из джинсов, а на лице тошнотворно-слащавая улыбка, словно он не перед тренером стоит, а перед дружбаном.
– Никита Сергеевич, мы просто… – начала было оправдываться я, и дыхание сперло. В потную ладошку проскользнула огромная лапа Змеевского и крепко сжала ее. Я не торопилась сжимать в ответ, а только стояла, открывая и закрывая рот, как рыба, которую выбросило на берег. Леон принялся поглаживать большим пальцем тыльную сторону моей ладони, как бы намекая довериться ему. Взгляд тренера упал на наши сцепленные руки, и на его лице расцвела улыбка, не надменная, а милая, будто он радовался за нас. Подмигнув Леону, он молча ретировался, оставляя нас одних.
– Мне было больно вообще-то, – продолжая поглаживать кожу руки, прорычал Леон.
– Я старалась. – Повернувшись, я одарила его хищной улыбкой. – Может, отпустишь?
– Нет, – ответил он снова без какой-либо интонации, максимально просто и сухо.
Придурок высокомерный! Да пошел он к черту. Лада была права, лучше бы я не подходила к нему, и все было бы спокойно. Богдан и так все решил, но нет же, мне всегда необходимо правосудие. И что теперь? Я прогуляла урок, предстала не в лучшем свете перед своим вторым тренером, и бог знает, что еще меня ожидает сегодня. Я дернула руку, но безуспешно. Леон продолжал меня держать, и тогда я взвыла. Громко, на весь коридор.
– Я предупреждал, – с этими словами Леон накрыл своими губами мои. Глаза настолько расширились, что норовили выкатиться из орбит. Леон же стоял расслабленным, будто ожидал, что я поддамся его чарам. Но я не собиралась отвечать на поцелуй. Почувствовав свободу в запястье, я уперла ладони в его грудь, снова оттолкнула и, не оглядываясь, убежала.
Глава 5
Женя
Сегодня утром я сказала себе, что все смогу. Поправочка, не все. Видеть Змеевского сегодня больше не могла. Написав друзьям эсэмэс, я ушла из университета в ближайшую кофейню. Мне была необходима доза кофеина, а мозгу – доза свежего воздуха.
Оплатив заказ и забрав долгожданный напиток, я вышла на летнюю веранду, которую облагородили совсем недавно, в начале этой недели. Выбрала себе самый далекий и неприметный стол, чтобы, не дай бог, вдруг никто меня не заметил. А то именно сегодня жизнь мне подкидывает приколы, испытывая меня на прочность.
– Тук-тук, если кто-то наверху меня слышит, я на грани психоза, – постучав по деревянному столу, пробубнила я себе под нос, смотря на небо.
– Снеж, ситуация SOS. Она начала болтать сама с собой, – донесся голос из-за спины.
Запрокинув голову, я увидела друзей. И в этот самый момент Снежа дала подзатыльник Богдану. Я усмехнулась, и слюна изо рта вылетела на ладонь другу.
– Ну спасибо, – скривился он и вытер руку о футболку.
Друзья разместились напротив меня, взяв пирожные. Я рассказала все, не упуская ни одной детали.
– Мозг твердил: дай ему пощечину, а остальные части тела меня подставили. Ноги становились ватными, в животе – горячее цунами, а сердце начало выбивать чечетку.
На лице Снежинки заиграла хитрая улыбочка, которая не предвещала ничего хорошего.
– Так, может, у вас взаимная симпатия? – выдала она. И на этой фразе я подавилась. Кофе полился из носа, спровоцировав приступ дикого кашля.
– С ума сошла?! – охрипшим голосом прикрикнула я на нее.
– Ну а что? Сама посуди. Он околачивается вокруг тебя, ни с того ни с сего целует, дружить предлагает. А твое тело ответно реагирует на него.
– Жаль, не блевотой, – в очередной раз пробубнила я. – Хорошо. Давайте говорить фактами. Он не урод. – Подруга скорчила рожу, на что в ответ я закатила глаза. – Ладно. Он весьма хорош собой. Он достойно играет в баскетбол. И…
– И? – переспросил Богдан.
– И все. Хорошее закончилось. Противовес этому то, что он несносный кретин с манией величия и раздутым эго размером с две, нет, три баскетбольные площадки. – Я загибала пальцы. – У него бесячая улыбка, здоровые лапы, как у медведя, дебильные шутки. А еще я не удивлюсь, если он каждый день смотрится на себя в зеркало и говорит как минимум три комплимента.
– Вообще-то пять, – прозвучал голос за спиной, и я бросила взгляд на друзей.
– СКАЖИТЕ, ЧТО ОН НЕ ТАМ, – только губами попросила я друзей. На что эти двое предателей улыбнулись, будто все это было подстроено.
Я медленно развернулась, и мои глаза уперлись в торс Змеевского. Надо будет добавить к минусам его страусиный рост. Он присел на корточки, поравнявшись со мной. В его глазах играли чертики под стать его дьявольской улыбке. Даже зубы были идеальны. Дурацкие, блин, зубы.
– Тебя мама не учила, что подслушивать нехорошо, Змеевский? [2]
– У-у-у, а ты фанатка Гарри Поттера. Наши вкусы очень схожи.
Я кое-как смогла подавить в себе рвотный рефлекс. Женя, спокойно. Он не стоит твоих нервных клеток. Я впилась в него взглядом, напоминая, что он не ответил на вопрос.
– Я не подслушивал вас, Ведьмочка. – Леон повертел в пальцах локон моей выбившейся челки и завел его за ухо.
Благо я успела придержать челюсть, чтобы она не отвисла, и быстрым шлепком ударила его по руке, убирая от себя подальше медвежью руку.
– А, да, точно. У меня же лапы как у медведя, – словно прочитав мысли, усмехнулся Леон.
Щеки покраснели от стыда. Это не могло быть правдой. Я легонечко, так, чтобы никто не видел, ущипнула себя, втайне надеясь, что я сплю. Увы. Жизнь просто издевалась надо мной. А я ведь чувствовала, что надо было остаться дома. Инстинкты никогда не подводят. Леон снова заговорил, возвращая меня в реальность:
– Вообще-то мы с ребятами сюда часто заглядываем. Нашли эту кафешку еще на первом курсе.
– Нашли, – усмехнулась я. – Она прямо напротив корпуса.
– Говорю, наши вкусы очень схожи. – Он наклонился ближе. Его губы оказались в паре сантиметров от моего уха. – Мы как магниты, ты от меня не отделаешься.
Я развернула голову так, что наши губы оказались на опасно близком расстоянии, и прошипела, как настоящая змея:
– Это мы еще посмотрим.
Раздавшийся кашель позади Леона привлек внимание. Я успела забыть, что здесь был кто-то еще, помимо нас. За его спиной стояла высокая брюнетка. Она была красивой, с модельной фигурой. Отличная пара для такого же псевдоидеального, как он сам. Леон поднялся, возвращая разницу в росте. Хоть я была не сильно ниже его, просто я сидела, а он стоял. Эта картина так и кричала: «Я всегда буду выше тебя!» Высокомерный гад. Подмигнув на прощание, Змеевский приобнял свою спутницу, и они зашли в кафе.
– Ну и дурдом, ребятки, – сказал Богдан.
Настоящий, и я в нем, похоже, прописалась.
Глава 6
Леон
Я пришел в универ к первой паре. Такого, блин, не было даже на первом курсе, когда я еще горел желанием получить красный диплом. А все из-за этой Лапкиной. Дерзкая Ведьма, блин. Плечо до сих пор поднывает из-за одной мысли о ней. С виду хрупкая, а как руку скрутила, я чуть не сдох от боли. Подумаешь, пошутить хотел, а она обидчивой оказалась. Она дерзостью свалила меня наповал. Признаться честно, в тот момент я хотел ее придушить. И я был рад, что нарисовался какой-то их дружок. Я не поверил, что он ее парень. Такой паинька не для такой, как она. Хотя и подружка ее с перчиком. Рус до сих пор ноет, что у него яйца болят. В общем, хорошо, что этот недохахаль появился, меня как водой холодной облили, и я пришел в себя.
Вчера еще так гордо заявилась перед нами. Упрекала, что я ее фотку выставил. А я даже ни слуху ни духу про эту фотографию. Поступок реально детский. Я, конечно, хотел ей отомстить за руку, но как-то оригинальнее. Она же вцепилась в меня сразу, будто я враг народа. Еще так важно заявила: «Прикол пятиклассника, хотя тебя в этом возрасте и выгнали из школы». Даже Рома заржал над этим, а он у нас грозная скала. Правда, он получил потом от своей девушки, но не суть.