Бывшие. Лада с «прицепом» (СИ)

— С чего ты так решил?
— Он мне так и сказал! Условием того, что я директор филиала — это брак с тобой. Эллада…
— Не называй меня так, — перебиваю.
— Ладно, не злись! Лада, — замолкает на минуту, смотрит в окно, в лице какая-то обречённость. — Мои предки были банкротами. Я был нужен твоему отцу, как и он нам. У нас с тобой не было выбора тогда, и сейчас, чтобы не лишиться… комфорта, мы должны оставить всё как есть. Всё же есть: квартира прекрасная в центре города, тачка эта, должность у меня, ты к отцу вернёшься из декрета в компанию, тоже будешь в шоколаде.
  
— Ты сам себя в эти рамки загоняешь, что нет выбора. Выбор есть всегда. И теперь я точно это понимаю. Я не готова, как ты говоришь, даже ради комфорта жить с тем, кого я не люблю. Ты мне нравился. Очень! Забота твоя тогда… внимание… спасибо тебе за них. Но мне вдруг стало этого мало теперь. Я сама любить хочу, Илья. Теперь я хочу всё изменить всё.
— Давай останемся в договорном браке? — не слушает меня совсем, находясь в собственном интересе.
— Где? — не понимаю его.
— В договорном браке. А что… мне кажется, что в нашем случае, это прекрасная идея. Сколько людей так живут.
— И что это означает? — я не собираюсь соглашаться, но интересно выслушать.
— Всё вполне просто: я не лезу в твою жизнь, ты не лезешь в мою. Не хочешь… спать со мной как с мужчиной, ок, даже это приму! Тяжело будет, конечно, — оценивающим взглядом проходит по моему телу, а я почему-то ёжусь. — Но я смогу. Комфорт дороже!
— Нет.
— Подумай хорошенько! — настаивает. — О дочери подумай! Маленьким детям очень много нужно в жизни, сама же знаешь! Сколько на неё денег уходит! Как в бездну!
— Я сказала: нет! — рявкаю. — Про дочь вообще молчи лучше. Мы оба совершили ошибку, поддавшись на уговоры родителей вступить в этот брак. Я предлагаю тебе её исправить. Пользуйся возможностью, пока я ещё тебе предлагаю сделать это вместе. Ты переживаешь, что отец тебя с должности снимет… — пытаюсь понять, как поступать лучше, — давай вместе попытаемся убедить его сохранить за тобой эту должность. В конце концов, мне это тоже нужно сейчас…
— Согласен. Иначе как я буду вас содержать.
— Я уверена, если поговорим вместе, он услышит нас. В конце концов, даже если нет, он не будет решать, как мне жить.
— Лада, а на счёт девушки, — снова возвращается к теме о встрече в ресторане зачем-то, — ты поняла, да, что это не измена? Глазами посмотреть на другую женщину, общаться и изменить физически — это не одно и то же. И всё-таки ты подумай насчёт нас. Я не изменю тебе, если мы договоримся на определённые условия, как я тебе предлагал. Ради того, чтобы оставить всё как есть, не изменю.
— Разговор слепого с глухим, — киваю сама себе в подтверждение. — Открой дверь, — выйти хочу из машины.
Как только притрагиваюсь к ручке двери, сразу вспоминаю Егора.
— А, да… Кроме кредита, и вот с этим товарищем не забудь решить вопрос о ДТП, с которого ты по глупости, или трусости уехал, — протягиваю визитку Смирнова, вынимая её из кармана пальто.
— Что это?
— Визитка того, чью машину ты стукнул.
— Смирнов Егор Юрьевич... — вглядывается в текст визитки. — Смирнов Егор Юрьевич..., — зачем-то повторяет. Подожди... — вглядывается в моё лицо, видимо, желая прочитать мои эмоции. — Только не говори мне, что это… тот Егор, который тебя бросил?
— Он самый, — по позвоночнику бежит ручеёк пота от волнения.
— Не может быть. таких случайностей не бывает, — у него столько эмоций на лице.
— Ну, как видишь, бывает, — стараюсь сохранять спокойный тон, хотя сердце из груди выпрыгивает.
— Интересно… интересно.
Замечаю, как меняется лицо моего мужа от удивлённого до агрессивного.
  
Глава 10
 
— Да-а-а…, — протяжно говорит Илья и улыбается, — мир тесен. И в кого я вляпался! В Смирнова! — смеётся теперь в голос, но потом резко замолкает. — Ну теперь всё ясно. А я-то не сразу понял, откуда в Ладе, нежной, терпеливой и спокойной девушке столько страсти и азарта проснулось! Давай разведёмся, поняла ошибку, — передразнивает меня словами, которыми я говорила только что. — Ты потому такая резвая стала… про расставание заговорила, чувства, и прочую херню. Встретились с ним и вспыхнуло то, что, казалось, отболело? К нему вернуться собралась?
— Меня виноватой хочешь выставить и всё переиначил по смыслу, — злюсь.
— Да тут даже виноватых не надо искать. И так всё ясно!
— Думай что хочешь! Ты в дерьмо влез, а теперь сидишь и придумываешь ересь всякую.
Не хочу больше разговаривать, ухожу.
Ночью я легла с дочерью. Общаться больше не хотелось.
На следующий день Илья вызвался отвезти меня с Алисой в поликлинику на плановый приём.
— Адрес говори, — равнодушно бросает.
— Советская 16, детская поликлиника. Ты возил нас уже туда недавно.
— Да, помню.
В машине едем в гробовой тишине.
Каждый из нас относится к ситуации, которая сложилась теперь по-своему, и мы, догадываюсь, не можем найти компромисс.
— Давай сегодня у твоего отца в офисе встретимся? — неожиданно говорит мне.
— Зачем?
— Ну ты же хотела вместе, как команда с ним поговорить. Чтобы должность мне оставить, чтобы развестись… — вглядываюсь в его лицо, желая понять, шутит он или нет. Может опять поиздеваться решил, упрекнуть, намекнуть на возвращение к бывшему.
Хотя какие тут намёки? Он открыто сказал, что думает.
— И ты согласен? — удивляюсь, не замечая никого подвоха в лице и в эмоциях.
— Да. Лада… Я думал всю ночь… Ты права. Давай попробуем вместе разрулить, чтобы с наименьшими потерями было … В свете того, что Смирнов опять появился, скажу так: я не готов делить тебя с другими, — и всё-таки заявляет о нём.
— Ты совсем, что ли, свихнулся?! — в возмущении удивляюсь. — Что ты несёшь? Ты в него въехал на своей тачке, уехал с места аварии, он тебя нашёл по его случайности счастливой, а теперь выворачиваешь, будто я причина развода?
— Ты меня никогда не любила… Его любила, меня нет.
— Ты ничего не знаешь о наших отношениях.
— Я знаю больше, чем ты думаешь!
— Давай потом поговорим о нашем прошлом, раз оно тебя так мучает? — киваю в её сторону уснувшей Алисы, пока мы стоим в пробке, и стараюсь говорить как можно тише. — Одно только скажу: не строй из себя жертву. Вы торговали моей жизнью как товаром, воспользовавшись тем, что я была совершенно разбита!
Замолкаю, не желая, чтобы дочь проснулась и слушала всё это. Вряд ли сейчас лучшее время для конфликта.
Она всегда пугается любого проявления агрессии, и я всеми средствами и силами хочу оградить её от неё.
— Пусть так. Но я был очень влюблён в тебя. У меня не было голого расчёта, как ты думаешь. А о тебе… Думал, что и ты меня полюбишь. Не сразу, но со временем. Так ведь бывает, что любовь приходит с годами. Кроме того, на фоне Смирнова… я вообще тебе рыцарем в доспехах должен был казаться. Нет? — смеётся. — Всё самое лучшее для Лады! Цветы, подарки, внимание. Я давал тебе то, что и половину Смирнов не давал!
— А ты знал, что мне нужно? — не удерживаюсь от этой тихой перепалки.
— Да брось! Всем женщинам нужно одно и то же: деньги, власть мужика, чтобы как за каменной стеной и вся эта лирическая мишура. И я ведь старался, Лада… Только и я не железный. Перегорело и у меня. Именно поэтому искал на тебя похожую. Хотел ли изменять? А кто ж его знает, сам даже себе ответить не смогу! — ухмыляется и признаётся. — Тогда, когда с девкой этой в ресторан шёл, думал, что смогу, а тебя увидел, понял, что нет. Надело всё, нахрен такую жизнь. Деньги есть, а счастья нет.
  
— Богатые тоже плачут. Я не обманывала тебя. Тебе здесь меня упрекнуть не в чем. Я не выклянчивала твоего внимания тогда, ты сам с ним сильно навязывался. Илья, — в этом я согласна с ним. Особенно в первые годы он очень старался для нашего брака, — давай уже не будем мучить друг друга. Ничего не получается, сам же видишь. Мы чужие люди, но никуда нам от этого не деться! Поговорим с отцом, раз ты так хочешь сохранить должность, и мирно разойдёмся. Я уверена, что отец со временем примет ситуацию, и вряд ли будет вредить тебе в работе только из-за того, что мы с тобой развелись. В конце концов, мне хочется верить, что ты назначен был на должность директора не только из-за того, что стал его зятем. Мой отец слишком расчётлив, как показала жизнь… Я уверена, ты надумываешь!