Бывшие. Лада с «прицепом» (СИ)

Тот период я вспоминаю как самую большую ошибку в своей жизни.
Отец готовился заранее и в нужный момент начал убеждать меня, что Илья — лучшая партия для брака.
Илья приезжал каждый день и говорил, что его любви хватит на двоих.
Ну а я, будучи ребёнком до этого, выращенным в вечном подчинении отцу, наивно верила и полагала, что отец прав и всё, что они говорят — возможно.
  
И я сдалась.
Поддалась на уговоры Ильи, твёрдо веря, что, выйдя за него замуж, забуду того, кто был для меня целым миром.
Первый три года брака мы жили вполне неплохо, но потом всё полетело кувырком, когда мой отец доверил Илье управлением филиалом, и его стало постепенно уносить в неверном направлении.
Он вдруг решил, что поскольку он руководитель, у него всё должно быть «по статусу».
Дорогие часы, дорогие костюмы, дорогой телефон, ну, и, конечно, презентабельный автомобиль. Только это теперь стало важным.
А жена… жена, как и дочь, они есть, и никуда не денутся.
  
Глава 3
 
Этот день я не забуду никогда.
Именно он изменил наши жизни.
Выйдя из подъезда, неожиданный сигнал машины возле меня заставил вздрогнуть.
— Илья, — выдохнула, с удивлением, замечая, что мой муж сидит в очень дорогом автомобиле.
Резкими движениями Зотов вышел из машины и громко захлопнул дверью.
Музыка орала на весь двор. Люди, проходящие мимо нас, пристально смотрели в нашу сторону, а мне почему-то было перед ними очень неудобно за то, что мой муж привлекал к себе сколько внимания.
Только его, казалось, ничего не напрягает, наоборот, только радует.
— Посмотри, — кивнул взглядом на машину. — Красотка, да?
— Смотрю. Выключи музыку, ты пугаешь ребёнка!
— Наша! — Гордо приподнял голову и ухмыльнулся, но музыку всё-таки убавил.
— В смысле, наша? — не сразу поняла, что он имел в виду.
— Ты не понимаешь, что означает слово «наша»?! Я купил её для нашей семьи!
— Подожди, зачем? На какие деньги?
Я даже не смотрела в сторону автомобиля, а смотрела только на него.
— Ну как зачем... Ездить. Кататься. Наслаждаться. Кайфовать. Получать удовольствие. Понятно же для чего! Плюс, ты забыла кто я теперь? Меня должность обязывает не на развалюхе же ездить. Кстати, мне повезло! — гордится собой. — Увидел на днях в рекламе, что в салоне как раз распродажа на ту модель, о которой я всегда мечтал!
— Такие решения мы должны были принимать вместе.
Первые несколько месяцев я особенно прочувствовала нехватку денег, когда появилась обязанность платить кредит, но изменить ничего не могла.
Я только — только начала приучать дочь к садику, и выйти в ближайшее время на работу, чтобы было полегче в плане денег, для меня было нерешаемой задачей.
Не знаю, на что рассчитывал мой муж, когда он брал такой кредит, но предложить было несложно.
Илья надеялся, что мой отец поддержит его и оплатит хотя бы часть этой покупки, но этого не случилось.
Что-что, а холодный расчёт по всём был приоритетом для отца, и он не собирался платить за «хотелки» зятя.
Илья намекал мне на то, что мои родители могли бы и помочь нам, но я категорически не желала к ним обращаться на эту тему.
Быть обязанной моему отцу, это как про историю, где вход рубль, выход два.
Вспоминаю последние годы нашей совместной жизни, не замечаю, как возле меня останавливается молодой человек.
— Здравствуйте, — обращается ко мне, глядя в свой телефон.
Поднимаю на него глаза и застываю.
Это лицо, как мне кажется, я узнаю из тысячи.
Алиска играет в детском городке, увлёкшись общением с ребятами.
— Простите, не подскажете, это улица Первомайская, дом 1?
— Здесь… — еле слышно выдавливаю из себя и опускаю лицо, в надежде, что этот человек меня не узнает.
— Прекрасно. Подскажите, пожалуйста, а квартира семьдесят в каком подъезде? — всё-таки поднимает на меня глаза.
Он называет мой адрес.
Ничего не успеваю сказать, замечая, как Егор смотрит пристально, понимает, кто перед ним сидит и хмурится.
— Вот так встреча...
— Согласна... Неожиданно…
Он не стесняется рассматривать меня, и я в ответ поступаю точно так же.
Сколько мы не виделись... Около шести, семи лет, а может быть чуть больше.
Я давно перестала считать.
Я запретила себе считать.
Я заставила себя его забыть.
У меня просто не было выбора, потому что он меня это выбора лишил сам.
Знакомое, родное лицо, только выглядит он старше.
Те же самые тёмные волосы, карие глаза, лёгкая щетина на лице, которой, когда мы встречались не было.
Единственное, что взгляд совершенно другой.
Глаза того, кто был со мной тогда, в мои девятнадцать светились теплотой и нежностью, когда он смотрел на меня, а у этого взгляд жёсткий и высокомерный.
— Сколько мы с тобой не виделись? — словно это имеет для него значение, буднично бросает мне вопрос, а я хочу общаться, желая как можно быстрее уйти.
— Долго, — выдавливаю из себя, встаю и шагаю в сторону дочери. — В квартире семьдесят никто сейчас не живёт, — вру в надежде, что он поверит и уедет.
— А когда хозяева вернутся? Не знаешь, случайно? — спрашивает меня вслед, и я отрицательно кручу головой.
Подхожу к Алисе, мысленно собираю себя в кучку, тихонько говорю, что нам пора домой, отряхиваю её ручки от песка и быстрым шагом шагаю к подъезду.
— Погоди, куда спешишь? Остановись, поболтаем пару минут.
Странный тип. Зачем пустое, дежурное общение?
Ему всё равно, а я потом опять себя по кусочкам собирай.
Пусть едет откуда приехал.
— Мне некогда, — обрываю его речь в ответ и бегу от него как будто ошпаренная. — Дочь спать укладывать. Тихий час у неё.
Я понимаю, что поведение у меня словно у школьницы, но ничего не могу с собой поделать. Меньше всего мне хочется сейчас, чтобы он почувствовал моё волнение.
У Смирнова начинает звонить телефон, и я пользуюсь моментом, скрываюсь за дверью нашего подъезда.
В детском городке остались игрушки дочери, но мне плевать, заберу их потом.
Бегу к лифту как можно быстрее.
Уверена, что ещё пару минут, и Смирнов окажется рядом, поняв, что я обманула.
Чуть отдышавшись, жму кнопку лифта и оглядываюсь на входную подъездную дверь.
Лифт, как назло, тащится слишком медленно.
Залетаю в квартиру, закрываю дверь сразу на пару замков, перевожу всё внимание на дочь и начинаю её раздевать, желая таким образом занять свои мысли и руки.
Пальцы не слушаются, сердце лупит в груди.
Она что-то щебечет, говорит быстро, но я не понимаю.
— Пить хочешь?
— Нет.
— Кушать? — перебираю возможные варианты, чего может хотеть ребёнок.
— Нет, — крутит отрицательно.
Гадаю, а в голове крутится только один вопрос: зачем Егору нужен мой муж.
Пару звонков во входную дверь, и я понуро принимаю участь повторной встречи, открываю дверь.
Глаз поднять не решаюсь, но чувствую удивлённый взгляд Смирнова.
— Интересно… — единственное слово, но сколько в нём эмоций. — Значит, не живёт никто, говоришь, в квартире семьдесят? И как надолго съехал Илья Зотов? — снова оценивает меня взглядом с прищуром. — Сбежала-то чего? Могли бы и на улице поговорить. Сказала бы сразу, что это номер твоей квартиры и твой муж.
  
Глава 4
 
— Чего надо? — я обычно не грублю людям, а ему неожиданно хочется.
— Ну как маленькая, — усмехается, а я сквозь землю готова провалиться. — А ты не очень приветлива со старым знакомым. Позволишь зайти? — смотрит выжидающе.
Не знаю, как мне реагировать, и как поступить.
В квартире Алиса, оставить её одну и выйти, чтобы поговорить не могу, но и впустить его в наш дом у меня нет никакого желания.
  
— Нет, не позволю. Уходи, жди того, кто тебе нужен внизу, — мне очень хочется спросить, зачем ему мой муж, но шестое чувство даже без вопросов подсказывает, что, Илья вляпался во что-то и это «что-то» как-то связано со Смирновым.