Разводимся! Моя на тридцать дней

Взволнованно оглядываюсь на столик, за которым друг напротив друга сидят Ксюша и мама. На удивление спокойно и мирно общаются. Хотя чего я ожидал? Драки прямо в ресторане с вырыванием волос и метанием еды? Моя жена не такая. Она нежная, приличная, добрая и чуточку наивная. А в том, что не может со свекровью контакт наладить, нет ее вины. У матери невыносимый характер, я сам часто ее не понимаю.
  
После того, что узнал в машине, я вообще впал в ступор. На хрена было на Ксюшу давить с беременностью? Зачем вообще полезла в нашу постель? Валькирия тоже хороша: мне мозг чайной ложечкой ковыряет, а о серьезных вещах молчит. Неужели думает, что в таком щепетильном вопросе я приму сторону матери? За три года я не дал Ксюше ни единого повода усомниться во мне. Всегда выбирал ее.
Разведемся, если не родит мне? Идиотизм. Из любой, самой глубокой задницы должен быть выход. И мы его найдем. Даже если нет, жена никуда от меня не денется.
– Я что-то лишнее ляпнул? – жужжит над ухом Глеб, щедро заливая маслом костер моего раздражения. – Не надо было при Ксю о твоем отсутствии говорить? Я же не знал, что это тайна. Предупреждай, если что-то скрываешь от нее. Я же охотно поддержу, как мужик мужика, организую тебе алиби, – многозначительно ведет бровями.
Терпеть не могу, когда он пересекает мои личные границы. А эта тема писец какая личная. Разумеется, жена не в курсе. Не надо ей переживать лишний раз – и так дерганая до невозможности.
– По своим делам ездил, не суй нос, – грубо обрываю его словесный понос. – И вообще, какая на хрен «Ксю»? – взрываюсь без особого повода, но мне просто необходимо выплеснуть на кого-то скопившийся негатив. – Для тебя она Ксения. Оксана. Оксана Артемовна, в конце концов, – незаметно для себя повышаю голос, однако осекаюсь, когда в поле зрения мельтешит Света, наш администратор. – Еще раз увижу, как ты глаза моей жене строишь, уволю к черту, – цежу гораздо тише. – Мне без тебя триггеров хватает. С ее-то работой.
– Ты чего? Я без задней мысли. Просто поздоровался, пошутил слегка. Она выглядела нервной и напряженной. Наверное, мать твою боится. Я, если честно, тоже, – шипит заговорщически.
– Не твоя забота – мою жену расслаблять, – выпаливаю зло и кривлюсь от собственной формулировки.
– Я и не претендую, – Глеб поднимает руки в знак капитуляции и делает шаг в сторону, подальше от меня. – А ты загоняешься. Проблемы у вас?
Простреливаю его яростным взглядом. Ловлю непонимающее выражение лица – и выдыхаю. Перегнул палку, кажется.
Не могу не ревновать жену. Красивая, спортивная, умная, страстная, чистая. Моя только, и я ни с кем ее делить не намерен… Когда мы познакомились, у ее ног мужики штабелями укладывались, а она зачем-то меня выбрала, рядового повара без бабла, в долгах и с кучей проблем. Такие шикарные девушки, как Ксюша, созданы для того, чтобы их обеспечивали и потакали любым капризам, а я ей на тот момент ничего дать не мог. Даже нормальное свидание организовать мне было не по карману, да и времени на личную жизнь не хватало. И отпустить ее не смог, и предложить было нечего. Так и болтался вокруг, как говно в проруби. Если бы Ксю ушла тогда, я бы понял. Но она почему-то осталась со мной. Как только я на ноги встал и занялся бизнесом, сразу ей предложение сделал. Думал: все плохое теперь позади. Моя. Женю на себе и не отпущу.
Оказалось, я жестко ошибался. После штампа в паспорте проблемы начали нарастать как снежный ком. На работе аврал. Дома притирки, недомолвки, ссоры. Расслабиться некогда, спрятаться негде. Мы тонем вдвоем. Латаем пробоины в нашем семейном корабле. Вроде бы заткнул одну, так из другой хлещет. Теперь еще и с беременностью ни черта не получается. Ксюша бредит ребенком, а я… Тоже хочу, но не настолько, чтобы жертвовать женой. Признаться, соскучился по ней прежней.
– Выходные возьми, – по-дружески советует Глеб. – Слетайте куда-нибудь вместе. Когда вы вообще вместе отдыхали? Ты ведь за все эти годы на разу в отпуске не был.
– А как иначе? В ресторане надо с персоналом вопрос закрыть, шефа нормального найти. Кроме того, филиал строится. Да и конкуренты не дремлют, – зыркаю на друга. – А кое-кто не может даже в накладных самостоятельно разобраться. Может, реально тебя уволить? – повторяю угрозу, но уже несерьезно.
Глеб прав: я действительно сгущаю краски и срываюсь на каждом шагу. К сожалению, на это есть объективные причины.
– Да кто еще тебя вытерпит, дружище? – смеется, хлопая меня по плечу. – Светик, кабинет открой нам, – подзывает суетящегося вокруг администратора.
Блондинка цокает по коридору на каблуках, виляет бедрами, на ходу доставая ключи из кармана формы. Поравнявшись со мной, случайно роняет связку и, ойкнув, наклоняется за ней, выпячивая зад, обтянутый узкой юбкой.
Глеб мгновенно концентрируется на формах и теряет связь с мозгом, полностью стекая в штаны. Работник года, мать его. Как же легко вывести из строя.
– Животное, – бросаю чуть слышно и бросаю беглый взгляд в сторону балкона. Из зала нас не должно быть видно, так что у Ксюши не появится повода для ревности. Мне это сейчас на хрен не надо.
– Подкаблучник, – парирует друг и, судя по участившемуся дыханию, продолжает облизывать взглядом администратора.
Глеб занимается подбором обслуживающего персонала. И модель Свету предложил на должность именно он. Я одобрил, исходя из ее опыта работы и рекомендаций. Резюме у нее было безупречное. А приятная внешность для сотрудника ресторана – несомненный плюс. У нас все девчонки симпатичные, как на подбор. Статус заведения обязывает следить за этим.
– Извините, – поднимается Света и протискивается мимо нас к двери.
На доли секунды прижимается ко мне, мажет грудью по плечу, обволакивает шлейфом духов. Отступаю, чтобы дать ей пройти. Пока она возится с замком, задерживаю дыхание.
– Спасибо, Светлана, можете быть свободны, – киваю ей в знак благодарности и заталкиваю застывшего Глеба в кабинет. Захожу следом.
– Матвей Андреевич, давайте я вам кофе или чай принесу? – мило щебечет администратор, взмахивая ресницами, и мнется на пороге.
– Ничего не нужно, иди работай, – захлопываю дверь перед ее носом.
Наконец-то делаю глубокий вдох.
– Папки на столе, – отмерев и вернув себе деловой настрой, сообщает Глеб.
– Посмотрим, что тут у нас, – обреченно падаю в кресло напротив стопки бумаг.
Внимательно изучаю каждую страницу, а Глеб комментирует. Приходится вникать в процессе, чтобы не терять времени. Рассчитываю быстро расправиться с делами, поставить подписи и вернуться на семейный ужин, будь он неладен… Но очередная фраза друга обезоруживает меня:
– Матвей, а вызывал я тебя по поводу как раз этих накладных, – подсовывает папку мне под нос. – В них позиции не совпадают с реальными поставками. Суммы и сроки гуляют. Как будто диверсия какая-то, причем топорная. Если бы ты подписал не глядя и нагрянула бы проверка, нам бы не поздоровилось.
– Значит, хорошо, что я был занят сегодня другим, – хмыкаю устало. – Думаешь, конкуренты ведут грязные подковерные игры? Или просто наши внутри ошиблись?
– Черт знает, ты многих бесишь. Развиваешься быстро, клиентов переманиваешь, у сыночка Михайлова место увел из-под носа, где сейчас филиал строишь. За что тебя любить? – усмехается Глеб. Он прямолинеен, как обычно. – Лучше перестраховаться.
– Пока ничего не принимаем, ставим на паузу, – бью ладонью по документам. – Завтра собери в кабинете всех причастных. Вызови поставщика. Будем выяснять, где крыса завелась. В крайнем случае, разгоним штат к чертям.
  
– У тебя такими темпами совсем людей не останется, – укоризненно качает головой.
– Я не потерплю в команде ни бездарей, ни предателей. Это принципиальная позиция, – собираю бумаги и прячу в сейф, доступ к которому есть только у меня. – Слишком многое на кону. Бизнес мне нельзя терять, – чеканю грозно, опять думая о Ксюше. Ради нее это все. Ради нас.
Взвинченный, спускаюсь в зал ресторана. Я не надеюсь расслабиться за ужином – хочу просто пережить его, а после – отвезти мою нервную фурию домой. Но даже таким скромным мечтам не суждено сбыться. На редкость гадский день заканчивается вечерним апокалипсисом.