Сплошные радости

— Вовсе нет. — Эйбел выразительно промолчала. — Ну, может быть, немного, — согласилась Сандра.
— Хорошо, одевайся. Мы должны достать его из машины. Но если тебе не понравится...
— Понравится, понравится!
Собака лежала на сиденье, но как только Эйбел открыла дверцу, выпрыгнула, подбежала к дому, затем вернулась к Эйбел и Сандре. Она села, виляя хвостом, и уставилась на них своими добрыми, понимающими глазами.
Сандра была поражена до глубины души.
— Ты купила мне собаку? А как ее зовут?
— Джорджи.
— Джорджи, Джорджи, — позвала Сандра, но собака стояла на месте. — Она меня боится.
— Надо, чтобы она привыкла. Ну-ка, возьми ее на поводок и погуляй, а я пока внесу в дом пакеты.
— Пойдем, Джорджи. — Сандра пристегнула поводок и потянула за него. Но собака не сдвинулась. Тогда Сандра уселась перед ней прямо на землю, подняла Джорджи за передние лапы и потянулась своим носом к собачьему. Это сработало. Хвост Джорджи закрутился словно вентилятор, а красный язычок лизнул девочку в щеку. Сандра расхохоталась. — А теперь давай наперегонки, — услышала Эйбел звонкий детский голос.
Через некоторое время Сандра и Джорджи возникли на пороге.
Эйбел, памятуя наставления Брадемасов, открыла банку с самыми любимыми консервами Джорджи. Она предложила девочке покормить собаку и дать ей попить.
Пока Сандра возилась в кухне с кормежкой, Эйбел, сидя у камина, размышляла о том, что до Рождества осталось три дня, что за такое время она не найдет нового подарка для Батла. С другой стороны, не могла же она не помочь Сандре. Девочка должна кого-то любить, получая взамен бескорыстную преданность. Эйбел была уверена, что поступила правильно.
Сандра сидела в гостиной на полу, а Джорджи лежала рядом на спине, позволяя девочке почесывать ей живот.
— По-моему, она уже меня любит.
— Иначе и быть не могло. Она ведь умная.
— Да... У нее глаза, как у человека. — И тут Сандра неожиданно добавила: — Я всегда знала, что мама не приедет.
Эйбел села в кресло, откинула голову назад, закрыла глаза и немного помолчала, прежде чем ответить:
— Твоя мама не замечает никого, кроме себя, Сандра. Моя мама такая же. Она никогда не научится думать о других людях.
— Поэтому ты подарила мне Джорджи? Чтобы я думала о других?
— Нет, мне просто хотелось, чтобы у тебя появился настоящий друг.
— Это лучший рождественский подарок, который я когда-либо получала.
— И это лучший рождественский подарок, который я когда-нибудь дарила.
— Собака — только моя? Без Тетти?
— Только твоя.
— Ох, мы забыли о Стиве. Как ты думаешь, он разрешит мне держать собаку?
— Без сомнения, — уверенно заявила Эйбел, но, заметив на лице Сандры тревожное выражение, забеспокоилась: — Что случилось, заинька? Мне кажется, дело не только в собаке, не правда ли?
— Мы с Джорджи останемся жить у тебя?
— Было бы замечательно, но боюсь, Стиву это не понравится. Иди, посиди у меня на коленях. Ты что, снова с кем-то поругалась в школе?
— Хуже.
Эйбел обхватила руками тоненькую фигурку. Джорджи перевернулась и, приподняв мордочку, посмотрела на них.
— Иногда все не так плохо, как кажется. Расскажи, что случилось.
— Ну, ты знаешь, ребята меня дразнили. Они называли меня лгуньей, потому что не верили, что дядя Стив нашел золото и алмазы и охотился на тигров и слонов.
— Это действительно трудно представить. Стив вел себя как настоящий любитель приключений, делал то, о чем другие люди только мечтают. Мне тоже многое кажется невероятным.
— Но я сказала им, что могу доказать.
— Поэтому ты хотела, чтобы он посетил собрание вашего класса?
Сандра кивнула.
— Но он не пошел. Тогда они потребовали, чтобы я представила доказательства. Особенно старался один мальчишка, Томми Флетчер. Только я его называю Томми-сопляк.
— Похоже, ты разобралась со своими обидчиками.
Сандра нахмурилась и застыла на несколько секунд.
— Я потеряла алмазы дяди Стива, — тихо сказала Сандра, — и большой золотой самородок.
Эйбел похолодела. Она вспомнила резную шкатулку, на которую наткнулась, когда искала лекарства. Там еще был мешочек с разноцветными камешками. Так вот какие там были камешки. Боже мой!
 
— Я не хотела, — заплакала Сандра. — Я взяла их, только чтобы показать ребятам и мисс Алиссон. А когда пришла домой, их в портфеле не было. Они стоят тысячи и тысячи долларов. Может быть, даже миллион. — Она подняла залитое слезами лицо и посмотрела на Эйбел. — Ты ему не расскажешь?
Эйбел не могла разрушить то хрупкое чувство доверия, которое лишь недавно появилось у Сандры к ней.
— Я не обязана ничего говорить. Но если он увидит, что камни исчезли, ты сама ему все расскажешь.
— Я боюсь.
— Давай позвоним мисс Тимонс и послушаем, что она скажет. Может быть, их уже нашла уборщица в школе.
— А вдруг кто-то из детей их украл? Дядя Стив собирался продать камни, чтобы купить лошадей.
Эйбел решила не думать о худшем, пока не поговорит с Речел Тимонс.
 13 
— Боже мой? — воскликнула мисс Тимонс, когда Эйбел объяснила ей ситуацию. — Я постараюсь сейчас же связаться с мисс Алиссон и школьной администрацией. Что же заставило Сандру вести себя так глупо?
— Гордость.
— Понятно. К сожалению, может потребоваться уйма времени, чтобы найти мисс Алиссон в этой предрождественской суете.
— Думаю, день-другой ничего не изменят.
— Будем надеяться, что камни просто потерялись и сейчас ждут, когда мы их найдем.
Поговорив с мисс Тимонс, Эйбел не почувствовала облегчения. Она разрывалась между необходимостью оправдать доверие Сандры к ней и сознанием того, что Стив имеет право знать о пропаже драгоценностей.
— Ну? — поинтересовалась Сандра.
— Мисс Тимонс заедет завтра в школу. Она собирается поговорить с мисс Алиссон. Но если камни не будут найдены, ты должна будешь сама все рассказать своему дяде.
Сандра отошла от нее и устроилась на полу рядом с Джорджи.
— Я знаю, он убьет меня.
— Он этого не сделает, но будет очень сильно расстроен.
Сандра положила голову на лохматый живот Джорджи.
— Если ты не разрешишь мне жить с тобой, он скорее всего отдаст меня в приют для сирот.
— Не думаю, что он позволит тебе так дешево отделаться, — чтобы хоть как-то развлечь девочку, пошутила Эйбел.
Сандра зарылась лицом в собачий мех и снова заплакала.
Эйбел почувствовала, как у нее заныло сердце. Ну почему все идет так плохо? Потеря камней будет последней каплей для Стива.
Все еще всхлипывая, Сандра вдруг резко села.
— У Джорджи два сердца! Послушай сама!
Чтобы не обижать девочку, Эйбел наклонилась и опустила ладонь на грудь собаки.
— Только одно сердце.
— Нет, ниже, ниже.
Эйбел легонько провела рукой вниз. Явно наслаждаясь всеобщим вниманием, собачка послушно подставила свой животик. Неожиданно Эйбел ощутила под ладонью слабенькое движение.
— Ой!
— Что? — встревожилась Сандра. — Она больна?
— У нее будут щенки, — растерянно сказала Эйбел. Но почему Брадемасы не предупредили меня? Или они не знали? Она вопросительно посмотрела на Сандру, на лице которой появилось блаженное выражение.
— А когда?..
— Не знаю. Подозреваю, что скоро. Поэтому-то она такая вялая. Я как-то сразу обратила внимание. Но думала, что она скучает по своим хозяевам.
Хвост Джорджи как молоток застучал по полу.
— Смотри, — вскричала Сандра, — она подтверждает твои слова. Она все понимает. Маленькая моя! — Сандра прижала к себе собаку и завопила: — Я стану матерью! Нет, владелицей матери. — Девочка подхватила Джорджи на руки и вместе с ней прижалась к удивленной ее восторгом Эйбел. — Это по-настоящему самый лучший рождественский подарок!
Эйбел погладила их обоих, ласково улыбаясь, сказала:
— Рада, что тебе понравилось. Теперь я приготовлю какао. Мы выпьем по чашечке, потом я отведу вас домой. Мне надо поговорить со Стивом.