Проклятые М2 (СИ)

Все изменилось внезапно, мы решившие вопреки логике стоять насмерть за замок еще пару лет назад бывшим набором формул, числовых значений констант и переменных, не сразу поняли, что волна взявшая было разбег, начала приостанавливаться. Минотавры сильно оторвались от остальных своих товарищей и теряя клочья желтой пены рвали последнею стометровку, наплевав на легкие осколки ВОГ-25ПМ вызывавших сильные и критические ранения с кровопотерей, грозя втоптать в чернозем, и ощерившихся волков под предводительством оборотня, и строй из ополченцев с разбойниками по флангам, лучников да и всех остальных. Девяносто пятые уровни, что шли позади молодых, это очень серьезно, для нас фатально. Ломовой кулак армии вторгшихся, обещал растереть нас в кровь на земле. Урон по ним был заметно ниже, чем по их более низкоуровневым собратьям, да и доспехи с секирами у них много лучше. И вдруг, эти бешеные морды, все как одна скривились в недоумении, презрении и растерянности. Сверху, происходившее в глубоком тылу нападавших более всего напоминало взрыв на томатной фабрике. Там где по моим прикидкам должен был быть штаб, лежали изуродованные тела, слабо поддающиеся опознанию. А неуловимый смерч лишь на короткие мгновения оборачивался Бейкрушем. В основном это происходило когда орк, залитый с головы до ног кровью, поднимал очередную жертву горлохвата в воздух перед собой. Да и то только для того чтобы с силой разбить жертву о землю. Минотавры явно не знали что им делать дальше, то ли продолжать наступление, то ли спешно возвращаться назад. Их заминка и расхождение во мнении нам была только на руку. Те кто повернул назад, в тщетной попытке исправить неизбежное, протянули чуточку дольше чем те, кто после замешательства продолжил атаку замка.
По неволе оглядываясь на происходящее в тылы у напавших, все больше понимал, мы победили. Пускай вступившие в схватку с орком горгульи были из камня, а двое самых живучих или удачливых минотавров уже ополовинили своими секирами каре Стержня, это уже ничего не меняло. То что давило на нас, мешая использовать магию, рассеялось, Настена вместе с Мастером Огненных Рун принялись испепелять противника, и весьма успешно. Огненные шары, стены пламени, водовороты алого цветка, взрывающиеся бардовые знаки на земле, все это уменьшало численность уже порядком деморализованного противника. Мой ли талант, гибель командиров, резня в тылу устроенная орком, или быть может все сразу, но страх переходящий в животный ужас поселился в сердцах напавших, все чаще заставляя отдельных разумных искать спасения в бегстве.
Выпущенная в затылок короткая очередь зеленого луча, буквально взорвала рогатую голову человека быка. Второй минотавр уже перестал истошно вопить и теперь неподвижно лежал догорая на земле. Что надежнее пуля калибром сем шестьдесят два или испепеляющий луч за полторы сотни единиц манны в секунду? Сложно сказать, у Настены пул манны очень вместительный, она может себе это позволить. Вот копья ополченцев и кинжалы разбойников точно не эффективны против такого противника, точнее не эффективны такого маленького уровня. Из первого ряда выжил только Стержень, за счет спасительного таланта последний в строю. Но это не могло не радовать, вид старого копейщика встающего опираясь на свое оружие, грел душу, успел ведь, уберег от смертельного удара, который вот-вот должен был нанести минотавр.
Ополченцы же почти все полегли, не спасли их награды за простенькие городские задания, ни добавочные уровни, всего этого было недостаточно. Самые смелые, отважные и безрассудные, погибли, не отступив перед грозным противником. Рядом с ними пало немало разбойников попытавшихся атаковать с боков или в лоб. Эти тоже достойны уважения, не ожидал от них, если честно. Лучники все выжили, двоих зацепило, случайно и не сильно, сами оклемаются. Трусов среди них не было, видел, как они метали стрелу за стрелой не нарушая строй. Сейчас им уже ничего не угрожает, ранения не мешают дальше вести обстрел спешно отступающих минотавров. Пускай урон от одной стрелы редко больше десяти, с миру по нитке, голому рубаха. Да армия напавших лишилась своих командиров, да Бейкруши перемещался со скоростью недоступной для обычного разумного, его удары в большинстве случаев смертельны, но это не повод опускать рук. Еще слишком много красных точек сливающихся в одну красную амебу на мини карте. Такого же мнения была Настена, Мастер Огненных Рун, Стержень, молодой оборотень и все остальные выжившие члены клана Ловцы Душ. Единым целом мы не стали, многие недолюбливали друг друга, но лояльность лидеру, практически у всех была на высоком уровне.
 
Цифры, в очередной раз цифры, значения, переменные константы, они определяют отношения к лидеру или лишь отображают чувства в привычной, чего уж там, мне форме? Первичны ли они или вторичны? Это мне неизвестно, но вот что точно знаю, в спину урон от выстрела увеличивается в полтора раза, минотавру девяносто пятого уровня требуется шесть прямых попаданий зеленого луча, с критом три. ВОГ-25ПМ гарантированно убивает кентавров в радиусе девяти метров, в таком же радиусе смертельно ранит горгулий, они умирают через один тик дебафа накладываемого осколками. Каждая убитая мною цель, снижает моральный дух в радиусе тридцати метров от места гибели, и повышает в пятнадцати метровом радиусе от меня, неприятное открытие, в описании про это ограничение ничего нету. Практика по-прежнему лучший учитель на свете. Кентавры уже практически готовы бросить все и бежать, куда глаза глядят. Минотавры напротив, не теряют надежды умереть в лучах славы на поле боя. Каменные горгульи где то посередине. Серые фигуры в плащах и масках, которые не успели подойти на дистанцию боя, уже не представляли особой угрозы. Большая их часть отступала к обозу с некомбатантами. Их куда больше беспокоила судьба тех, кто был в тылу, чем товарищи пытавшиеся совладать с разбушевавшимся орком. Гидры, которых даже не учитывал при подсчете шансов, уже исходили в агонии. Отрубленные огромные змеиные головы отказывались верить в гибель исполинского тела, извиваясь в безумной злобе множили потери атакуя своих бывших товарищей. Ужасающие сто пятидесятые уровни были опасны даже после своей гибели.
Опыт, драгоценные очки развития, нескончаемым потоком заполняли копилку, повышая уровни обоих классов. Впрочем, рыцарский остановился после второго повышения, есть еще незыблемые ограничения в этом мире. Ограничения, касавшиеся всего того, что этот мир даровал мне… нам, по приходу в него.
Когда мы приблизились достаточно близко к эпицентру кровавых взрывов устраивымых орком, Бейкруши внезапно применил один из своих приемов, героический прыжок. Его смазанная фигура оставляющая позади призрачные голубые фантомы устремилась к нам. Мы не успели даже испугаться, не то что среагировать, когда его туша приземлилась в наш небольшой отряд, раскидав ударной волной моих товарищей, а меня, вмяв в землю. Стальные обжигающие пальцы сомкнулись на моей шее, не помог даже защитный ворот нагрудника. Оскаленная пасть казалось, была пропастью в саму смерть, Борис весь светился ядовито зеленым призрачным светом изнутри. Глаза его пылали злобой и ненавистью ко всему живому. Друг-враг, вряд ли он сейчас различал, это очень страшно чувствовать настроения такого чудовища. Минотавры малые дети перед ним, горгулью милые птички, гидры не более чем домашние змейки, его взгляд обещал не просто убить. Нет, мне грозила участь куда более страшная. Наш клан носил название 'ловцы душ' оказывается не из-за любви к пафосным названиям, отнюдь. Орк готовился поглотить, точнее, сожрать мою душу. Знание что это вполне даже возможно, пришло мгновенно, не нашлось у трусливого разума аргументов против, просто понял, через мгновение я перестану существовать. Не просто умру, что тоже не очень приятная перспектива, хотя в этом случае есть крохотная, но надежда на воскрешение, а произойдет полное развоплощение моей сущности, придет ничто, забвение. Весь выбор что оставила мне судьба, это встретить свой конец, зажмурив глаза в страхе, или смело глядеть в лицо того, что страшнее самой смерти.