Проклятые М2 (СИ)

— Но на землю я не собираюсь, мне тут понравилось. Там мне никто не ждет, а здесь… а здесь у меня перспективы, аж дух захватывает.
— Это какие такие перспективы? Завести сотню другую сов, или там кошек, построить избушку в какой-нибудь глухомани, да трахать до потери пульса случайных постояльцев?
— Ну почему, можно ведь и путешествовать еще, найти себе занятие по душе, и быть своообоооодноооой! — Последнее она радостно закричала на весь лес. Её неожиданный приступ радости не остался незамеченным, уже знакомые мне дендроиды угрожающе скрипя, стали пробуждаться. До этого они были в спячке, и не отличались от простых деревьев.
Мгновенно проступивший пот градом полился по спине. Мы были окружены, до ближайшего солдата Урфин Джуса всего три метра, а полоумная девчонка всё хохочет. Нет, вот так нелепо погибнуть, на ровном месте, это насколько же мне везёт? Сорвав с плеча АКМ, тут же открыл огонь по хранителям рощи. Промахнуться с трех метров невозможно, но проблема в том, что ожившему дереву нужно не одно и не два попадания. Пули против них не очень эффективны, почти три четверти урона поглощается в никуда, спасает только умение стихийный выстрел, да высокий базовый урон АКМ.
Крутясь как уж на сковородке, безуспешно пытался разорвать дистанцию, или найти брешь, безостановочно ведя огонь по приближающемуся противнику. Три рухнувших хранителя рощи не меняли положения, порядка еще четырех десятков хранителей поскрипывая, взяли нас в кольцо. Четвертый дендроид пал, когда до нас оставалось не больше метра, пятый успел нанести хлесткий удар, прежде чем обратиться в новую груду дров. Но остальные, пускай и не спеша, но сорвали дистанцию и теперь изготовились превратить нас в окровавленные куски мяса.
— Ложись! — секунду назад хохотавшая ведьма теперь была сама серьезность. Зачем нужно ложиться раздумывать не стал, рухнул на сырую землю, одновременно закрывая голову руками. И очень правильно сделал, волна огня опалила волосы и раскрасила волдырями открытые участки тела, малая цена за практически мгновенную победу над таким, в общем — то, сложным противником. Да еще и с наградой в виде целого уровня, 32тридцать второго, принесшего единицу выносливостиивосполнивший, пошатнувшегося здоровье. Кожаная с позволения сказать броня, выдержала, хотя и потеряла почти две трети прочности, АКМ тоже уверенно перенес испытание пламенем. Это не могло не радовать, впрочем, повторно испытывать на себе силу Насти очень не хотелось.
— Настя, спасибо тебе родная, но может в следующий, раз мы просто пройдем мимо, без криков и воплей? — морщась от боли, попросил ведьму.
— Можно, все равно откат четыре часа. Но зато уровень, наконец — то взяла. — Она впрямь получила семьдесят восьмой, пропасть по времени между нами если подумать. Хотя на вид, пожалуй, выгляжу старше по возрасту.
— Поздравляю тебя с этим, я кстати тоже, но пожалуйста, очень тебя прошу… НЕ ДЕЛАЙ БОЛЬШЕ ТАК! — Злость и раздражение никудане делись, да и вообще промелькнула мысль, а не грохнуть ли напарницу? Впрочем, мысль была мимолетной, да и Настя скромно потупив глазки, стала милой пай девочкой, на которую совершенно невозможно злится.
Возможно я такой отходчивый, а возможно Настена успела перенять кое — какие приемы воздействия у Катбэрины. В любом случае остыл на удивление быстро, занявшись самолечением на ходу и мародёркой. Дымящиеся головешки, щедро делились со мной разнообразным алхимическим и садоводческим лутом. Семена, ростки, кора и веточки, все это использовалось как минимум в двух трех крафтовых профессиях. Но кое, что было и впрямь интересным и полезным одновременно.
Например, горстка зеленого порошка красителя в пузатой баночке. Подходящего как для рунописцев, так и для швейного дела мастеров. Порошок не только менял цвет, но еще и добавлял небольшое количество выносливости поделке. В описании отсутствовало точное значение, а понятие 'небольшое количество', довольно расплывчатое понятие. Впрочем, пока не попробую лично, все равно не пойму. Помимо баночки порошка, нашлись еще и две катушки ниток, серого и красного цветов. Расходники, с префиксом необычное, мои старые запасы катушек, разнились от обычного качества до отличного. Нитки, одолженные у Катбэрины, имели префикс превосходное, тоже надо будет выбрать момент и опробовать их в деле. Бьюсь об заклад качество материалов, как и собственно самих иголок, напрямую влияет на качество и характеристики нашивки, ну и личный навык естественно, без него никак. Сейчас численно он равен стадевяноста семи единицам, при максимальном значении в четыреста десять. Надо исправлять это упущение, ведь нашивки более чем доказали свою полезность. Алхимия же освоенная Настей, сулила если не легкую жизнь, то, во всяком случае, уменьшение количества разных проблем. Обирали головешки мы вместе, в основном для ускорения процесса, но была еще одна причина. Неловкое молчание повисшие после инцидента, и желание немного привести нервы в порядок. Такими темпами мы не то, что каганата не дойдем, из долины то не выберемся. А посему, нам надо как то притереться друг к другу, по — настоящему.
 
Позицию, занятую Настей я понял, не одобрял, но и не спешил осуждать. Здешний мир влиял на нее самым прямым образом, меняя как тело, так и характер. Правда, если изменения тела радовали глаз, то характер становился еще более непростым. И вот это то и пугало, что ей взбредет в голову через минуту или через день, угадывать не возьмусь. Пока она намеренно мне помогать, нам по пути, но очень уж много в ее высказывании от игрунской веры. И прежде всего, она уже наплевала на землю, словно до этого и не защищала ее верой и правдой.
Сбор трофеев и впрямь возымел положительный эффект в деле приведение нервов в порядок. Да и успокоившаяся Настя, словно провинившаяся собачка, пыталась быть дружелюбной и заботливой. Когда передал лишние алхимические ингредиенты, заметила- таки, волдыри от ожогов, впрочем, уже заметно спавших. Ускоренная регенерация в цифровых мирах, как и было, написано в теоретических наставлениях, явление обыденное. Был даже выведен коэффициент фактора излечения, скорей всего тоже предположительный. До недавнего времени все данные о таких вещах основывались только на показаниях возвращенцев, а им до конца никто не верил. Теперь же есть возможность, лично ощутить всю правоту на собственной шкуре.
Желтая мазь, несомненно, та же самая которой лечила Катбэрина, сняла зуд и раздражение, а индивидуальный перевязочный, хранившейся в недрах пространственного кармана, закрепил успех. Но на всякий пожарный употребил еще и мензурку с розовой жидкостью, чуть сладковатой на вкус и имевшей приятный цветочный запах. Как объяснила Настя, Сильварийскаяроза была основным ингредиентом для долго играющего регенерирующего снадобья. Боевые раны оно вряд ли сможет оперативно залечить, а вот в деле устранения мелких неприятных порезов или как сейчас ожогов, оно будет как раз.
Перебинтованный, покрытый мазью и благоухающий цветами, и весь черный сзади от копоти, представлял то еще зрелище. Как только надо мной пол леса не ржало ума, не приложу. Во всяком случае, во время короткой остановки у чистого лесного озера, на свое отражение и одежду броню, без слез взглянуть не мог. Наспех почистившись, сняв бинты и искупавшись, почувствовал себя куда лучше. Что до Насти, та тоже умылась, набирая воду в ладошки и старательно делая вид, что не смотрит на меня без одежды. Хотя уже видела все сто раз, в той же баньке у Катбэрины, да и лишней скромностью она отнюдь не страдает, однако спектакль продолжает играть. Но что с неё взять, женщина.
После водных процедур и короткого отдыха, мы вновь продолжили путь, постепенно приближаясь к деревне Санфилд. Следы присутствия человека по мере пути стали попадаться все чаще. Лесные тропки, проложенные незнамо кем, какое то время удачно шли в нужном нам направлении, но постепенно отклоняясь, вновь убегали в лесной массив. Охотничий домик, ненадолго привлекший наше внимание, остов телеги, наполовину ушедшей в землю, свежие могилы с простыми деревянными крестами, и как эпилог два неказистых домика оккупированных хмурыми мужиками в потрепанных кожанках, с разнокалиберным холодным оружием. Разглядывая из кустов открывшуюся полянку с домишками, решал, как наилучшим образом поступить. Напасть или обойти от греха подальше по широкой дуге.