Правильный лекарь. Том 11 (СИ)

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, которые всё равно сейчас никакой пользы не принесут, я занялся ежедневным вечерним ритуалом прокачки ядра с помощью золотого амулета. Теперь я смело активировал седьмую ступень. Вместо тяжести и дискомфорта, которые непременно почувствовал бы, сделай я это месяц назад, сейчас по телу разлилось приятное тепло и началось покалывание в кончиках пальцев.
  
Ядро на регулярные тренировки отвечало благодарностью в виде планомерно увеличивающегося объёма и вместимости. Про сосуды я тоже не забывал, заставляя циркулировать по ним мощные потоки энергии. Продолжая заниматься в том же темпе, я довольно быстро смогу достигнуть уровня Захарьина или Гааза. Только в отличие от них я не буду зазнаваться от этого факта, а буду щедро делиться информацией со своими учениками, которых планирую воспитать и обучить очень много.
Виктору Сергеевичу о предстоящей в среду поездке в загородное имение Насти я сказал утром, встретившись с ним в коридоре перед манипуляционной, а Валере позвонил часов в десять, чтобы не попасть на какое-нибудь утреннее совещание.
— Привет, Саш, — услышал я в трубке его запыхавшийся голос. — У тебя что-то срочное?
— Умеренно, — сказал я. — Я похоже не вовремя? Ты от кого-то убегаешь? Помощь нужна?
— Да ну, какая помощь? — рассмеялся Валера. — Я просто в цеху сейчас, залез по вертикальной лестнице на эстакаду над внезапно прекратившей работать плавильной печью.
— Ничего себе! — удивился я. — Как-то по-другому представлял себе работу инженера в конструкторском бюро.
— Да вот, Саш, — вздохнул Валера. — Некоторые вещи приходится самому делать, потому что работники не всегда понимают, что я от них хочу. А ты чего хотел?
— Завтра постарайся освободиться пораньше. Желательно часам к четырём, — сказал я.
— Завтра? — удивился он. — А что завтра будет?
— Боевому магу в этом мире исполнится шесть лет.
— Ого! — усмехнулся Валера. — А я уже и забыл. Значит сегодня с этой печью до ночи возиться буду, чтобы завтра она мне точно мозги не выносила. Ровно в четыре буду у тебя!
— Отлично, — улыбаясь сказал я. — Тогда больше не отвлекаю, до завтра. Печке привет.
— Обязательно передам, — хохотнул Валера. — Плюну на раскалённую поверхность, пусть знает наших.
Следующей я позвонил Насте, придержав пытавшегося войти пациента.
— Ну надо же! — воскликнула Настя. — Какие люди! Ты уже как ясно солнышко в сезон дождей! И по какому поводу сегодня прояснилось?
— Виноват, исправлюсь, — улыбнулся я. — Но у меня на то были веские причины, потом расскажу. Хотел тебя предупредить по поводу среды, хотел сразу после работы поехать к Марии, поздравить с днём рождения.
— Ой, а я забегалась и совсем забыла, — честно призналась Настя. — Хорошо, что ты помнишь. Ты подарок уже придумал?
— Не только придумал, но и уже ношу с собой в портфеле, — гордо сказал я.
— Надеюсь это не кружевное нижнее бельё? — нарочито серьёзным голосом спросила Настя.
— Шестилетней девочке? — рассмеялся я.
— Княгине и боевому магу! — тем же тоном возразила Настя, выдержала паузу, потом тоже рассмеялась. — Шучу, конечно. И что там у тебя за подарок?
Я рассказал ей про боевой амулет и защитный медальон, подробно описав их действие.
— Практичный подарок, — сказала Настя. — Но это подарок от одного бойца другому, а она ведь женщина, хоть и в теле ребёнка.
— Предлагаешь купить ей вечернее платье?
— Потом узнаешь, — ответила Настя. — Жду тебя сегодня после работы.
— Ох, у меня после работы сегодня тоже есть планы, надо Поджарскому шляпу купить.
— Вот вместе со всем и разберёмся, — сказала Настя. — И со шляпой и с подарком.
Закончив разговор, я позвал следующего пациента. Я сегодня немного на взводе, зато дело спорится, опрос происходит быстрее, процесс исцеления увереннее, последующее разъяснения чётче и лаконичнее. По идее всегда надо так работать, но не получается.
Зато благодаря небольшому ускорению у меня получилось сбегать на лекцию Евдокии Савельевны. Я тихонько скользнул в открытую дверь и занял свободное место с краю. Девушка нисколько не смутилась моего присутствия и продолжила читать лекцию. Я невольно залюбовался её манерой преподнесения информации, она читает второй день, а я уже понял, что она прирождённый лектор. Однозначно заберу её отсюда в университет, думаю, возражать она не будет.
Вернувшись в манипуляционную, я на мгновение замер. Увидеть там восседающего на манипуляционном столе улыбающегося князя Волконского я никак не ожидал. Медсестры в кабинете не было.
— Здравствуйте, Михаил Игоревич, — сказал я и приветливо улыбнулся. Не помню, чтобы видел его возле двери, когда выходил. — Какими судьбами? Что-то случилось?
— Официальная версия — контрольный осмотр, — ответил он, перестав улыбаться. — А на самом деле, я хотел поговорить, это не долго.
— Тогда слушаю, — сказал я, разведя руками.
— Вы уже съездили по указанному мной адресу, верно? — спросил Волконский.
— Верно, — кивнул я. — Но, если вы уже знаете, то зачем спрашиваете?
— Что Елена Андреевна сказала Екатерине Петровне? — спросил он, проигнорировав мой вопрос, словно куда-то торопится.
— Не могу знать, Михаил Игоревич, — пожал я плечами. — Разговор был наедине, а Катя нам ничего не рассказывала.
— Она как-то странно себя вела со мной в прошлый раз, — сказал Волконский, внимательно следя за моей реакцией, а я решил свои эмоции не скрывать.
— Моя сестра странно себя вела? — я даже не пытался скрыть своё удивление. — Вы её ни с кем не путаете? Это точно была она? Больше к вам никто не приходил?
— Ваш юмор сейчас не совсем уместен, Александр Петрович, — сказал князь, глядя на меня с недоверием. — А вы не заметили, что после беседы с прапрабабушкой она сильно изменилась?
— Если честно, нет, — ответил я серьёзно. Шутить дальше с таким человеком, пожалуй, не стоит. — Единственное что могу сказать, она была грустной, но это мне кажется вполне объяснимо. Она не горит желанием идти на службу, ей нравится работа в госпитале. Кроме того, она научилась исцелять больные души.
— Это я уже понял на примере Зои Матвеевны. Все, кто её знал раньше, удивляются, как я нахожу с ней общий язык, — сказал князь и наконец улыбнулся. — Я вот о чём хотел вас попросить, попробуйте с ней поговорить об этом. Не прошу доносить мне всё дословно, лишь то, что вам не понравится.
— Очень странная просьба, вам не кажется? — ухмыльнулся я.
— Согласен, — кивнул он. — звучит непривычно. Поговорите с ней. Я так понял, что из всей семьи она вам больше всего доверяет. Это не только в моих, это в общих интересах.
— Ну хорошо, я попробую, — сказал я, думая, как бы ему прозрачно намекнуть, что мне надо работать. С советником императора надо быть деликатным. — Что-то ещё?
— Нет-нет, больше не буду вас отвлекать, — снова улыбнулся Волконский, пожал мне руку и пошёл на выход. — Маякните тогда, когда будут хоть какие-то новости.
Я молча кивнул, и он вышел из кабинета. Я позвал следующего пациента и до самого обеда мне некогда было думать над странной просьбой Волконского.
  
Глава 23
 
С пациентами я справился раньше положенного, пообедать решил у себя в кабинете, если кто будет спрашивать из своих, скажу, что были срочные дела. Мне не давала покоя мысль о том, что эта загадочная Елена Андреевна могла особенного сказать Кате и что такого Катя сказала Волконскому, что тот даже ко мне в кабинет пришёл поговорить об этом. Если бы Катя согласилась работать в контрразведке, то он сидел бы довольный как кот и ждал бы подходящего момента, чтобы её привлечь к службе.
  
Так-то вроде получается, что для её же безопасности будет лучше, если сестра пойдёт в спецслужбы, её там и обучат обращаться с редким даром и защитят от нежелательных и недобрых элементов. Отрицательный момент в том, что она покинет семью и по опыту прапрабабушки мы её больше не увидим или увидим крайне нескоро. А может у них поменялась политика и поэтому нам удалось встретиться с родственницей? Да, папку добыла Мария, но Волконский-то уже подготовил её для вручения нашей семье. Рой вопросов в голове грозил покинуть улей и улететь в неизвестном направлении, так и не получив ответов.