Правильный лекарь. Том 11 (СИ)

— Ты вроде говорила, что в восемь закончишь, а уже почти половина девятого, — сказал я, чисто констатируя факт, а не с целью обвинить.
— Я вообще-то работаю над доходным домом, который ты хочешь построить возле университета, — немного обиженно произнесла девушка. — Иди вот лучше посмотри, что получается.
— Ух ты! — не удержался я от восклицания, увидев на втором кульмане чертёж общего вида четырёхэтажного здания, состоящего из основного корпуса и двух крыльев.
  
— Повезло, что есть достаточно места для его строительства, — сказала Настя. — Отчасти спасибо твоему Шапошникову, который убедил меня чуть сместить здание университета немного на запад. Он будто знал, что здесь будет строиться что-то ещё.
— Наверно чуйка, — усмехнулся я. — Я ему ничего подобного не говорил, по идее это для него должно быть сюрпризом. Я даже думал, как бы ему это сказать поаккуратнее, чтобы он мне на голову какую-нибудь каменную горгулью не опустил.
— Не думаю, что он расстроится, узнав про дополнение к плану строительства, — покачала головой Настя. — Он всё равно без движения не может. Как тот велосипед, что остановившись упадёт, так и Шапошников без работы, просто загнётся от тоски.
— Уж он-то без работы никогда не останется, — сказал я, улыбаясь. — Пока он в силах, его без работы не оставят, слишком хороший работник.
— Наверно ты прав, — тихо произнесла Настя, прильнув к чертежу и добавляя мелкие элементы. — Ну вот вроде и всё. Сейчас я соберу все чертежи в тубус и можешь везти их в управу.
— Наверно сначала Обухову? — решил я уточнить.
— Нет, — сказала Настя, покачав головой и рассматривая своё творение с целью выявления мелких косяков, сделав пару шагов назад. — Он сам мне звонил и сказал, в какой кабинет в управе это отнести. Так что сразу в управу.
— Я наверно на всякий случай сначала сделаю несколько копий, — возразил я. — А потом уже отвезу.
— Сами сделают, вези завтра утром, — абсолютно серьёзно ответила Настя. — Мне уже сегодня несколько раз звонили, твердили, что сроки поджимают. Я планировала закончить спокойно послезавтра, а в итоге пришлось сегодня даже работу над дипломом в сторону отложить и целый день безвылазно торчать у кульмана.
— Ох, досталось тебе, — посочувствовал я. — Пойдём хоть по парку прогуляемся, тебе надо развеяться.
— Признаться честно, есть хочу настолько сильно, что готова съесть тройную порцию, — улыбнулась Настя, а по её глазам я понял, что не врёт. — Но ты прав, пойдём сначала прогуляемся, пока накроют ужин. Ты же не против поужинать в оранжерее? У меня там магнолии зацвели, запах сногсшибательный! А цветы какие огромные, с тарелку для супа размером!
— Тогда однозначно в оранжерее, — кивнул я. — Без вариантов.
На улице уже стемнело, суетливые скворцы замолчали, ветер стих почти совсем, земля за день немного прогрелась и было не холодно. Прогуливаться неспешным шагом по парку вокруг дворца — одно удовольствие. Болтали о строительстве и последующем обустройстве университета и жилья для преподавателей и студентов. Последние, правда, в подавляющем большинстве должны были проживать в дополнительных крыльях самого университета, но вполне возможно, что все не поместятся.
Я решил с Настей поделиться холодящими кровь рассказами из студенческой жизни в общаге в моём родном мире. От описанных мной условий проживания Настя была в шоке. А вот когда начал рассказывать про похождения и приключения, хохотала до слёз.
— Да уж, вот что значит, почувствуй себя студентом, — продолжая смеяться произнесла она. — Это даже частично компенсирует те лишения, которые ты только что описывал. У меня в уме не укладывается, как можно жить втроём в комнате площадью двадцать квадратных метров.
— Двенадцать, — поправил я её. — А бывало и меньше.
— Размер нормального санузла, — покачала головой Настя.
— Нормальным у нас считался санузел в четыре квадрата, а в большинстве случаев и того меньше.
— Кошмар, — тихо произнесла она, видимо пытаясь себе это представить. — И как так можно жить?
А вот так и жили, вам богатым не понять. Хотя, теперь и я уже слабо представляю, как я сейчас жил бы в таких стеснённых условиях, к хорошему быстро привыкаешь. Скромный санузел в моём кабинете был минимум в два раза больше того, который я в прошлой жизни считал шикарным.
Настины слуги организовали нам в оранжерее ужин при свечах. Красиво, уютно, загадочно. В такой приятной атмосфере надо рассказывать сказки, что я и продолжил делать во время ужина. Правда мои сказки по большей части казались Насте страшными, но это не помешало ей уснуть прямо в кресле.
Я укрыл девушку пледом, задул свечи от греха подальше и включил ночник в дальнем углу оранжереи, чтобы она не заблудилась, когда проснётся. Всё это делал тихо и осторожно, чтобы не потревожить сон. Уже и самому хотелось заснуть в кресле рядом с ней, но мне обязательно надо попасть домой.
— Опять что ли с этим непутёвым Андреем по ресторанам ходить изволите? — недовольно проворчала Маргарита, забирая у меня пальто и шляпу. — Нормальные люди все уже спят давно!
— У вас устаревшая информация, Маргарита, — официально холодным тоном сказал я. — Андрей перестал быть непутёвым и по ночам по ресторанам не шатается. А я приехал от Насти Вишневской, вот тубус с чертежами, поставьте в шкаф пожалуйста.
То ли мои интонации на неё так подействовали, то ли разъяснения, которых раньше никогда не давал, но Маргарита округлила глаза и замолчала. Поставила тубус в шкаф на видное место, развернулась и так же молча ушла. Вот и чудненько. Всегда знал, что интеллигентность может победить грубость и хамство. Хотя ни в том, ни в другом я обвинить её не могу, знаю, что просто у неё такой характер и она именно так проявляет свою привязанность.
В доме было тихо, похоже уже все спят, на часах почти одиннадцать. Я всё же решил рискнуть и тихонько поскрёбся в Катину дверь. Внутри тихо, я уже собрался уходить, как вдруг услышал приближающееся тихое шлёпанье босых ног по полу.
— Саш, это ты? — тихо прошептала она.
— Он самый, — так же тихо ответил я, прижав губы к щели между дверью и косяком.
Дверь медленно беззвучно приоткрылась, и Катя жестом поманила меня внутрь. Я осторожно, на цыпочках, вошёл в её спальню, и она тихо прикрыла дверь.
— Мне надо с тобой поговорить, — всё так же шёпотом сообщил я.
— Мне тоже, — прошептала Катя, — иди сюда.
Она села на кровать и указала на место возле себя. Когда я сел, она накрыла нас обоих одеялом с головой в качестве звукоизоляции. Получился своеобразный шалаш.
— Вот так поговорим, как в детстве, помнишь? — она уже шептала чуть громче или так казалось из-за того, что мы оказались отрезаны от окружающего мира.
— Помню, — ответил я не задумываясь.
— И ничего ты не помнишь, — ответила вдруг она. — Потому что ты не Саша.
У меня всё внутри похолодело. Впрочем, чего я ожидал от талантливого мастера души, который к тому же оказался потенциальным хозяином души? Чтобы попасть в твой мозг и узнать о тебе даже то, что ты сам о себе не знаешь, ей достаточно лишь прикоснуться. Традиционно — руками к вискам, а по идее достаточно и в щёчку поцеловать.
— И давно ты в курсе? — спросил я, чувствуя себя сейчас более, чем неуютно.
Так впервые рядом с ней с момента знакомства. Даже когда она впервые пришла в кабинет в клинике вместе с мамой, мне не было настолько неуютно.
— Практически с самого начала, — после небольшой паузы ответила Катя. — Но я сразу поняла, что ты хороший человек, поэтому не подала вида, но очень переживала.
  
— Да, это я помню, — сказал я. — Тогда я даже начал за тебя переживать.
— Знаю, — прошептала Катя. — Именно поэтому я и продолжала относиться к тебе, как к родному брату. Хотя, ты знаешь, с тобой я себя чувствую более нужной и защищённой, чем с Сашей прежним. Мне очень жаль, что с ним такое случилось, я очень испугалась тогда, когда поняла, что внутри теперь кто-то другой, но я с каждым разом убеждалась, что ты лучше. Да простит меня мой родной брат, царствие ему небесное, но ты как брат стал для меня намного ближе, чем он. Если я буду искать себе мужа, то он должен быть такой, как ты, а раньше я равнялась на папу. Не зря ведь говорят, что девочки невольно ищут себе женихов, похожих на отца. Я буду первым исключением из правила.