Порочные связи

– Полгода назад ты убеждал меня уйти от него к тебе и говорил, что всегда будешь ждать меня. – напомнила Джил.
– Но ты дала мне понять, что не собираешься возобновлять наши отношения. Рано или поздно Дин поймет, что ты обманула его. Нам обоим не поздоровиться. Как ты, вообще, себе все представляешь?
– Мы притворимся. Я буду жить здесь, с тобой, пока не получу развод, а потом уеду. Прости меня, но у меня не было времени, чтобы найти кого – то еще на эту роль. И ты единственный, кому я могу доверять. Ты никогда не обманывал и не предавал.
  
– И поэтому ты не хочешь, чтобы наш фиктивный роман был настоящим? – повернув ее лицо, он посмотрел в заплаканные глаза. – Будет тяжело жить с тобой под одной крышей, и не сметь дотронуться. Понимаешь это?
– Да. Сто раз прости. Но по – другому мне не избавиться от Даниэля. Он всегда боялся, что я все еще люблю тебя. И ревновал. Он ничего не говорил, но я чувствовала это. Видела в его глазах, когда уезжала к тебе. Дин будет уверен, что у него нет шансов, если я воссоединюсь со своей единственной любовью.
– А это не так? Ты больше не любишь меня? – спросил Майкл. Джил отвернулась. Глаза ее снова наполнились слезами.
– Меньше всего я хочу причинить тебе боль. Ты не заслужил, в отличие от Даниэля. Господи, почему я была такой глупой.
– Ты плачешь из – за него или уязвленной гордости, Джи?
– А какое это имеет значение?
– Большое, Джил. Посмотри на меня…. Джил, я действительно люблю тебя. И я хочу, чтобы ты была счастлива. С ним или без него, со мной, или с кем – то другим. Важно, чтобы ты сама поняла, чего хочешь. По – другому никак. Ты можешь убежать, соврать, но от себя не убежишь. Нельзя всю жизнь прятаться. Ты хотела заставить Дина страдать, уничтожить его гордость, наказать. Ты это сделала. Я уверен, что он прошел через все круги ада с тех пор, как ты убежала от него. Но если ты любишь его, то этого достаточно. Поверь, такой урок Даниэль запомнит навсегда. И как бы не тяжело мне было это говорить, но я знаю, что Дин любит тебя. Пусть не так, как ты этого хочешь. Он не умет иначе и никогда не научится. И тебе не нужно бежать и продолжать фарс, если все дело в обиде и злости.
– Я так устала, Майкл. Наша связь с Даниэлем разрушительна. Эти отношения лишают меня сил и самоуважения. Я теряю себя, когда мы вместе. Я так больше не хочу. Не могу и дальше ходить по лезвию ножа. Всегда в напряжении, в ожидании удара, словно танец на краю крыши. Неверный шаг и падение в бездну. Я была там, на самом краю. Больше не хочу. Все, что мне нужно – это спокойные отношения, пронизанные доверием и взаимопониманием. А с Дином таких отношений не получиться. Мы постоянно мучаем друг друга, и никогда не говорим о причинах. Мы, вообще, не говорим. Говорим, конечно, но не как искренние открытые друг другу супруги. Я всегда одна. Даже рядом с ним. Это невыносимо. И мучительно.
– И я думаю, Джил, что дело не в Даниэле. Дело в тебе. Ты слишком хорошо знала его прошлое, и оно стояло между вами. Ты видела его не в самых лучших ситуациях. Вы долго были друзьями, и он ничего не скрывал. Вечеринки, наркотики, девушки, пьяные оргии, азартные игры. Став любовниками, вы перестали быть друзьями. Но ты не забыла его пьяных похождений и ироничных откровений о беспутной жизни. И ты не верила, что он может быть другим. Именно ты не могла себе позволить простить ему ту часть его жизни, которая была до тебя, без тебя. И именно ты не была искренней, Джил. Ты не пустила его в свое сердце, а он, видимо, устал стучаться. И ты знаешь, все правильно. Пора вам обоим начать все сначала. Вы оба достойны нормальных человеческих отношений. Кто – то другой полюбит его таким, какой он есть.
– Майкл. Прошу, не говори со мной так. – Джил, прижалась лицом к его животу и беззвучно заплакала.
Она ехала в Майами, уверенная, что одержала вверх над Даниэлем Фонтейном…. Но все оказалось не так. И она не сказала Майклу все правды. А правда заключалась в том, что она любила своего мужа. Любила сумасшедшей всепоглощающей любовью, которую он так часто предавал. И она умирала от чудовищной боли, вспоминая его пальцы на рыжих волосах Вилар. И не могла понять, как он мог так поступить с ними, с их любовью, с их браком…. Ради нескольких минут удовольствия перечеркнуть все, что было между ними.
 
Глава 6
 
– Пошла вон, – не поднимая головы, рявкнул Фонтейн, узнав стук каблучков Дейзи Вилар, за дверью офиса.
Но наглая девица не остановилась и открыла дверь. Стук каблуков раздался совсем близко. Даниэль уныло смотрел на опустевший стакан в руке. Бутылка, которая стояла рядом, была так же пуста.
– Вы только посмотрите, наш несгибаемый магнат напивается в одиночку, спрятавшись от мира в своем кабинете. – насмешливо проговорила журналистка, присаживаясь на край стола. – Тебе не кажется, что траур по распавшемуся браку несколько затянулся? Выглядишь ужасно и пахнешь так же.
– Я тебя не приглашал. Проваливай, Дейзи.
– Я никуда не уйду. Ты же знаешь, что я настойчивая и беспринципная, когда дело касается тебя.
– Ты уже все сделала, что могла. – Дин поднял на Вилар мутный опустошенный взгляд. – Ты разрушила мою семью.
– Поверь, это сделала не я. Мне неприятно видеть тебя таким, Даниэль. Ты всегда казался сильным, несокрушимым и толстокожим бессердечным ублюдком. Что же случилось? Кто это слюнтяй и размазня, проливающий слезы за бутылкой и тоскующей по сбежавшей к брату женушке? Где твое самоуважение, Дин? Мужская гордость, черт возьми.
– Мне плевать на гордость. – зарычал Даниэль, презрительно скривив губы. – Что ты можешь знать? Я простил бы ей самого Сатану, дай мне она хотя бы один шанс. Но она любит его. Ты можешь пускать в печать свою бомбу. Мне уже все равно. Давай, Дейзи, добей меня. Я больше не собираюсь идти у тебя на поводу. Это точка.
– Что ж, Даниэль. Ты прав. Пора миру узнать правду и лживом благополучии и фальшивых семейных ценностях Фонтейнов.
Майкл рассеяно скользил взглядом по случайным лицам прохожих, неспешно возвращаясь в квартиру, которую снял на прошлой неделе. Джил заявила, что больше не хочет жить в особняке, где все напоминало ей о прошлом, и он, как всегда, не смог устоять.
Последние три месяца он только и делал, что потакал всем капризам своей липовой любовницы. Когда месяц назад Даниэль Фонтейн подписал бумаги на развод, девушка стала совсем невыносимой. Нет, она не выглядела несчастной, не плакала, не говорила о Даниэле, не была подавленной или грустной. Но ее буйная активность и чрезмерная наигранная жизнерадостность действовали на нервы Майкла. Он понимал, что за всей этой бравадой, скрывается неуверенность и боль, и старался терпеть. Ждал, что пройдет время, и Джил придет в себя, но этого не происходило. И Майкл не знал, как ей помочь справиться и вернуться в нормальное русло.
Он преодолел почти половину пути, когда вдруг заметил, что прохожие как – то странно себя ведут. Совершенно незнакомые ему люди останавливаются перед ним, и провожают долгими взглядами, когда он проходит мимо. Нахмурившись, Майкл посмотрелся в витрину магазина. Может, он не смыл краску с лица, когда закончил работу в мастерской? Но нет, все в порядке. Натолкнувшись на знакомого бармена из бара, в котором он частенько любил пропустить стаканчик, Майкл не удержался и спросил.
– Привет, Бред. Скажи, что со мной не так?
– Ты о чем? – не понял парень, удивленно остановившись.
– На меня все пялятся, словно я чертовски неотразим сегодня. – пояснил Фонтейн. Бармен неожиданно смутился, оглядевшись по сторонам.
– Слушай, а ты не в курсе? – тихо спросил он.
– Не в курсе чего?
– Ваши с братом имена во всех газетах. Купи любую в ближайшем киоске и все поймешь.
Майкл растерянно кивнул, глядя вслед удаляющемуся бармену. Что за ерунда? Неужели Даниэль снова влип в какой – то скандал? Теряясь в догадках, Майкл быстро пересек улицу в поисках газетного лотка, и когда нашел…. У него помутилось в глазах.