И залпы башенных орудий...
— Мам, а, мам? — Страут-старшую подергала за руку Страут-младшая. — А куда мы идем? К папе?
— Мы сейчас в папин дом пойдем, дочечка. Вот пригонит наш папа китов, и мы будем вместе…
— А киты больсые?
— Очень большие!
— А они папу не укусят?
— Нет, дочечка, киты хорошие…
Тропинка вывела их к наезженной дороге. Теперь справа тянулись какие-то длинные белые цистерны, а слева, за рядами кольчатых стволов пальм, блестело мелководье, скаля кроваво-красные рифы, и накатывали волны, вспухая облаками пены. Жесткий, широкий ритм прибоя потихоньку стихал, блуждая по чаще, и неразличимо сливался с шорохом листьев-опахал. В тени пальм, защищенная от падающих орехов пластмассовым тентом, располагалась стоянка. На ней пребывали в неподвижности два белых квадратных джипа — открытых, на пузатых скатах шаровых шасси.
— Быстро садимся! — весело скомандовала Полина и заняла место водителя.
Женя забралась с ногами на переднее сиденье, Асур с кладью поместился сзади. Атомокар засопел, выкатился на дорогу и, мягко покачиваясь, повез троицу на юг. Дорога то шла по берегу океана, то сворачивала к лагуне. В океане были видны многочисленные фонтаны кашалотов, нагуливавших вес на кальмарьих пастбищах, и медленно дрейфующий молочный танкер, а чуть подальше, вздымаясь со дна, задирал к небу обломанный отражатель Д-звездолет, подбитый еще в первый день вторжения. Скоро прибой доконает незваного «гостя», и тот опрокинется, уйдет в глубину… Полина перевела взгляд на лагуну. Там, по гладкой воде, ползали, опираясь на поплавки, уродливые биокомбайны, собирая урожай хлореллы, похожей на густую зеленую ряску. Рядом с комбайном медленно плыл катамаран и принимал на борт отжатые брикеты водоросли.
Атомокар вырулил на открытую травянистую поляну, и впереди открылся поселок — белые домики, разбросанные в нагромождениях зелени.
Дом, отмеченный табличкой «2а», был жилым модулем с энергопристройкой и полным набором хозяйственной автоматики.
— Всё, Женька, вылазь! Асур, занеси вещи в гостиную!
— Приказ понял…
Весь день прошел в домашних хлопотах. В модуле было чисто — киберуборщик постарался, даже легкую мебель расставил в идеальном геометрическом порядке.
Полина достала из чемодана любимые занавески, выгладила их и повесила на окна. Стол в гостиной застелила бабушкиной скатертью, поставила в центре вазу и воткнула в нее букетик алых гибискусов, сорванных по дороге. Появился уют, пустота заполнилась, и помещение стало по-настоящему жилым.
Поужинав в поселковой столовой и уложив Женьку спать, Полина села перед СВ — посмотреть аргентинский сериал «Синие поля». Нашла ли дона Лусия своего ребенка, похищенного роддерами? Бросила ли пить Марсела, неработающая красотка? Удалось ли ей соблазнить того симпатичного арбайтера — Александриньо, кажется? Больше всего в «Синих полях» Полине нравились актеры — молодые, красивые, — и яркие платья актрис. Сюжет — это дело десятое, да и какой у «мыла» сюжет? Сплошная тягомотина, правильно Лешка говорит… Зато успокаивает.
Да и просто так хотелось посидеть, привыкнуть к новой обстановке, психологически утвердиться, освоиться, вжиться. Женьке просто, она всюду на Планете — дома. Об Асуре и речи нет, а вот ей сложновато…
Отследив, как пройдошистый Педро волочится за Эстерситой, Полина переключила СВ на канал новостей и подошла к окну. Спать не хотелось совершенно. Оно и понятно — в Москве сейчас день, а тут ночь и темь.
Полина подняла раму окна и впустила волну теплого воздуха, шелеста пальм и плеска воды. «Искупаться, что ли?» — подумала она и решила, что идея неплоха. Быстро сбросив юбку, трусики и пелеринку, молодая женщина подцепила пальцами ног босоножки, прихватила полотенце и тихонько приоткрыла дверь.
— Вы куда? — строго спросил «Вий».
— Тьфу! Напугал! — сердито сказала Полина и ядовито добавила: — Искупаться можно?
— Я провожу вас, — заявил робот.
Полина только рукой махнула и вышла в ночь и темь. Идти голой было приятно — ласковый ветерок гладил все тело, будто умелый любовник. Взошла Луна, высинив белый песок. Две тени — стройная и угловатая — протянулись черным по синему. От лагуны тянуло влагой, словно из ванной, мелкую волну серебрил лунный свет, а под водой разгорались и гасли морские «светлячки». На глубоком месте тускло горело огромное разлапистое пятно, то расплываясь в огненный цветок, то стягиваясь в китайский фонарик, разожженный кем-то у самого дна.
Полина сбросила босоножки, оглянулась на Асура и вошла в воду по колено.
— Ах, какая теплая!
— Осторожно, — занудил кибер, — там могут быть ямы!
— Да уж как-нибудь выплыву! — фыркнула Страут. Забравшись по пояс, она оттолкнулась ногами и поплыла. Прелесть!
«Вий» на берегу стоял в позе Большой Укоризны, размытым силуэтом выделяясь в отсветах уличных фонарей. Один фонарь постоянно заслоняло листом пальмы и было похоже, что он подмигивает.
Полина окунулась, вынырнула и направилась к берегу. И в этот самый момент ее бедра коснулось что-то скользкое и холодное. Себум?! Полина взвизгнула и рванулась к берегу. Все мысли вылетели из ее головы, а душа полнилась ужасным ощущением — хватательные щупальца жабы трогали спину, обжимали ногу, присасывались и отлипали.
— Асур! — закричала Страут, барахтаясь и оставляя в воде фосфоресцирующие шлейфы.
Робот на берегу вскинул руку, и тонкий зеленый луч лазера проколол темноту, вспарывая шипящую воду и поражая неведомую тварь. Выстрел помог — щупальца. соскользнули с тела женщины, взвились в воздух, мелькая спицами исполинского колеса, и рухнули в воду.
Изнемогая, Полина выбралась на берег. Сердце колотилось, как сумасшедшее, и ее саму колотило, словно в ознобе.
— Нафанаил, не балуй! — донесся с лагуны знакомый голос, и яркий луч фонарика осветил Полину. Страх в ней перешел в ярость.
Прикрыв рукой глаза, она крикнула:
— Ну, всё? Насмотрелись?
Луч фонарика мигом прянул в сторону и краем задел человека в гидрокостюме и с аквастатом за плечами. Человек стащил с себя маску, и Полина узнала Богдана.
— Да это я вам светил! — нашел оправдание зоопсихолог. — Темно же… Вы не пугайтесь, это Нафанаильчик познакомиться хотел! Он очень любит знакомиться!
За спиною Богдана, метрах в двадцати от берега, колыхнулось давешнее световое пятно. Вздыбилось, скатывая с колоссального тела потоки воды, и поднялось холмом блестящей, красноватой плоти. Отражая лунное сияние, глянули два круглых глаза, каждый размером с колесо грузовика.
— Нафанаильчик! — нервно хихикнула Полина. — Привет, зверушка!
Дрожащими руками она нащупала полотенце, обулась, и рукой провела по бедру, опасаясь обнаружить какую-нибудь противную слизь. Нет, чисто. Только руки неприятно пахнут аммиаком.
— Я вас провожу, — смущенно предложил Богдан.
— Спасибо, — сухо сказала Полина, — меня есть кому проводить.
— Извините, ради бога! — покаянно произнес Богдан. — Мы вас просто не предупредили, местные-то в курсе наших купаний…
— Ладно. Пошли, Асур! Ты не ранил малютку Нафанаильчика?
— Нет, — ответил кибер. — Луч лазера был ослаблен водой. Кальмар получил ожог, не опасный для его здоровья.
— Ну и слава богу, а то я так беспокоилась…
Несчастный Богдан остался на берегу, долго и тоскливо вздыхая, Полина неспешно шагала к дому, белея и светясь в ночи, а кальмар Нафанаил распустил гигантские щупальца по воде и задумчиво закатил глаза к Луне.
Глава 22
МОМЕНТ ИСТИНЫ
— …Под командованием флагмана Середы! — ликовал голос диктора, наполняя десантный отсек «пумы».
— Ура! — захлопала в ладоши Варя.
Мтбевари только ухмыльнулся.
— Пяти кораблям ударной группировки себумов удалось выйти в подпространство, — продолжал диктор, — четыре планетарных крейсера сдались — сейчас они переоборудуются под человеческие стандарты, после чего войдут в состав Доброфлота…
— Правильно, — оценил Рам Чаран, — чего зря сбивать?