Не вижу зла (ЛП)

— Ты тупой ублю...
— Хватит! – резко обрывает его Линкольн, привлекая всеобщее внимание. — Она остается, Кольт. Стоун – часть семьи Финна. Смирись.
Я наблюдаю, как кузены меряются взглядами, и понимаю, кому бы отдала предпочтение. Линкольн – словно падший ангел, тогда как Кольт – восставший дьявол. Один источает свет, пусть и помутненный страданиями, другой – чистейшую месть, готовую испепелить мир. Не будь их черты так схожи – никогда бы не подумала, что они родственники.
  
Финн обнимает меня крепче, и я гадаю, кого он больше опасается – дьявола с ангельской внешностью или ангела, сумевшего опутать всех в этой комнате своими сетями.
— К черту все это, – бросает Истон, демонстративно игнорируя конфликт. С сигаретой в уголке рта он подхватывает конверт, вскрывает его ножом и разворачивает черный лист на столешнице.
Перед лицом реальной угрозы, нависшей над всеми нами, мы собираемся вокруг кухонного острова, чтобы прочесть новое послание Общества. По мере того, как пробегаю глазами по строчкам, по моей спине пробегает холодок, который не может унять даже тепло Финна.

Я прикрываю рот ладонями, осознание всей чудовищности ситуации обрушивается на меня, словно тонна кирпичей.
— Сука! – с горечью вырывается у Кольта, и теперь его угрозы кажутся детскими шалостями по сравнению с реальной опасностью. — Эти ублюдки не успокоятся, пока не уничтожат нас всех.
— Держи себя в руках, Кольт, – Линкольн кладет руку на плечо кузена, хотя еще две минуты назад они готовы были разорвать друг друга.
— Как ты можешь быть таким спокойным, Линк? Они же ясно дали понять – это только начало!
— А ты действительно верил, что они остановятся на Финне? – приподнимает бровь Линкольн, похлопывая его по спине.
— Черт, ты прав. Мы все примем участие в их извращенной игре, верно? – Кольт ищет подтверждение в голубых глазах кузена и опускает голову, когда находит его.
— Только если не найдем их первыми, – ободряюще говорит Линкольн, но в его голосе уже нет прежней уверенности.
— У вас есть хоть какие-то зацепки? Что-то конкретное, что могло бы помочь? – спрашиваю я, оглядываю каждого из четверых, но получаю ответ лишь от Истона, который, кажется, единственный, кто сохраняет самообладание.
— Нет. Ноль. Пустота. Пшик. За два месяца – абсолютно ничего. Эти сволочи не оставляют следов. Ни единой зацепки, за которую можно было бы ухватиться, – признается он с досадой.
Я хлопаю себя по лбу, поражаясь этими дураками.
— Неудивительно, что вы вляпались в такую историю. Привет?! Я ваша зацепка! – восклицаю я, будто это что-то очевидное.
— Что ты имеешь в виду, Стоун? – с любопытством спрашивает Линкольн, полностью сосредоточив свое внимание на мне.
— Разве не ясно? Вы хотя бы задумались, почему Общество обратило ваше внимание именно на меня?
Все, что я получаю ответ – лишь недоуменные взгляды.
— Боже правый! Вы серьезно? Парни, я – никто. Вот ваша первая зацепка. Зачем этой элитной секте тратить время на меня, если я не представляю для них никакой угрозы? Это же бессмыслица! – вскидываю я руками, пораженная их непроходимой слепотой. Все трое переглядываются, но успокаивающая улыбка Линкольна не вселяет в меня надежды, как в остальных.
— Все просто, Стоун. Они – элита. Возможно, кого-то из высших кругов раздражало, что девушка "не из их мира" добивается успеха, – уверенно заключает он. — Для таких этого достаточно, чтобы взять тебя на карандаш.
— Это лишь одна из возможных версий. Но что, если ты ошибаешься?
Его взгляд смягчается, и мне ненавистно, что он даже не рассматривает мою догадку.
— Спасибо, что не отвернулась от Финна, узнав правду. Не каждая женщина останется рядом с мужчиной в такой ситуации. Но позволь нам самим разобраться с Обществом, Стоун. Не погружайся глубже, чем уже погружена. Ради Финна.
Услышав свое имя, Финн лишь крепче прижимает меня к себе, словно боится, что Общество ворвется прямо на кухню Линкольна и утащит меня.
— Я ее защищу.
— О, да? А кто защитит тебя? Это моя работа, Финн. Так что уж извини, если я хочу убедиться, что вы делаете все возможное, чтобы уничтожить этих ублюдков, – яростно бросаю я, возмущенная самой мыслью, что кто-то в этой комнате может считать меня беспомощной девицей, нуждающейся в опеке.
— Теперь я понял, почему вы двое вместе. Девчонка остра на язык, – усмехается Кольт, облокотившись на стойку.
Я уже готова тыкнуть в него пальцем и устроить разнос, но Финн мягко отстраняет меня, не дав высказаться.
— Думаю, на сегодня хватит. Я отведу свою девушку поесть нормальной еды, а потом мы вернемся.
Я собираюсь возразить, но тут же вспоминаю, зачем вообще пришла, и, повернувшись в его объятиях, перехожу к главному.
— Подожди. Твоя мама хочет, чтобы ты вернулся домой.
— Ты говорила с моей матерью? – удивленно спрашивает Финн.
Я киваю и снова оглядываю огромный дом. Да, он, может, и стоит миллиарды, но даже трейлер моей мамы кажется куда безопаснее.
— Говорила. И я думаю, она права, Финн.
Лицо моего красавчика омрачается, он качает головой, отказываясь.
— Я не могу вернуться. И прежде чем ты что-то скажешь – дело не в отце. Если я вернусь, Общество решит, что их наказание не сработало, и может отыграться на нас. Я не могу так рисковать. Вообще-то нам даже не стоит появляться вместе, негодница. На случай, если они за нами следят.
Теперь я качаю головой.
— Это не вариант. Не хочешь возвращаться – ладно. Но прятаться от них? Ни за что. Отныне мы с тобой – одна команда, квотербек. Ясно?
Он наклоняется и касается моих губ нежным поцелуем, сдержанным – на нас все еще пялятся трое его друзей.
— Ясно, негодница, – отвечает он мне тем же, и его лицо озаряет широкая улыбка.
Я отступаю на шаг, чтобы посмотреть на других парней в этой комнате, но в основном на хозяина дома.
— Если Финн остается здесь, то будь готов меня терпеть.
— Иного варианта я и не рассматривал, – искренне отвечает Линкольн. — Как я уже сказал, теперь ты член семьи, Стоун.
— Что ж, у каждой семьи есть свои скелеты в шкафу, верно? По крайней мере, мы знаем, с чем имеем дело. Пойдем, красавчик, пора меня покормить.
Кивнув всем на прощание, я хватаю Финна за руку и вытаскиваю его из особняка. Осенний ветер бьет мне в лицо, и я чувствую, что наконец-то могу дышать. Внутри было слишком душно от напряжения, с которым они живут уже давно, задолго до появления Обществ.
Линкольн уверен, что сможет докопаться до истины и вычислить шантажистов, но мне кажется, он ищет не там. Если бы речь шла только о его жизни, я бы не волновалась. Но на кону жизнь Финна. В отличие от него, у меня нет никаких обязательств перед этими людьми, и я вижу ситуацию куда яснее со стороны. Меня волнует только мой красавчик. Больше для меня ничто не имеет значения.
— Для тебя это было слишком? – спрашивает Финн по пути к моей машине. — Ты выглядишь напряженной и необычно тихой.
— Нет. Все в порядке, – бормочу я, играя с пирсингом в языке и обдумывая наш следующий шаг.
Финн останавливается на полпути, притягивает меня к себе и мягко приподнимает мой подбородок костяшками пальцев.
— Тогда почему мне кажется, что в этой красивой голове сейчас крутятся какие-то очень сложные мысли?
  
— Ты правда веришь, что Линкольн прав? Что Общество выбрало меня случайно?
— Хм. Честно говоря, не знаю, – пожимает он плечами.
— А тебе не хочется это выяснить?
— И подвергать тебя еще большему риску? Нет. Я не смогу этого допустить.
— Но они все еще шантажируют вас. Для них это еще не конец.
— Пусть шантажируют. Пока ты вне их прицела, мне плевать, что будет дальше.
— Финн, они пытались разрушить твою жизнь, – возражаю я, надеясь достучаться до его разума.