Шпионский маршрут

 
Александр Тамоников
 
Шпионский маршрут
 
СМЕРШ – спецназ Сталина
© Тамоников А.А., 2025
  
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
В тот момент Ватагина словно по спине кто-то хлопнул. Он поднял взгляд от письма именно тогда, когда в кустах впереди полыхнуло. В тот же миг он пригнулся и выпрыгнул из кабины.
Он плюхнулся на обочину, сильно ударившись плечом. Прокатился по пыли и камням, распластался лицом вниз и, повинуясь инстинкту самосохранения, пополз к спасительному кювету.
Впереди стреляли. ЗИС застыл, накренившись на левой обочине, угодив передним колесом с выбоину. В кузове никого видно не было. Только из кустов бессильно и нервно огрызался ППШ.
Достав ТТ, Ватагин начал пробираться по подлеску. Там, меж деревьев, замелькали серые фигурки. Немцы обосновались на холмике, с которого хорошо просматривалась дорога, а вот сам холм с дороги был почти не виден. Вот они, пригнувшись, двинулись к машине, а Ватагин перебежками стал заходить немцам в тыл.
«Поторопились, гады», – сам себе сказал Ватагин, прижимаясь к стволу сосны позади холма. Там оставался только один немец, он чуть привстал и, вытянув тощую шею, смотрел на происходящее из укрытия.
«Любопытной Варваре в дверях нос оторвали», – снова самому себе сказал Ватагин и выстрелил.
Немец повалился словно марионетка, у которой разом обрезали все нитки. Ватагин осмотрел дорогу, трое оставшихся были уже там. Скрюченные, как серые пауки, они подбирались к машине, охватывая ее полукольцом.
Еще в детстве отработанное умение мгновенно просчитывать порядок действий и их последствия включилось. Сначала упал правый, он первым обернулся на выстрел. Затем средний, который замешкался, ища укрытие, и не нашел его. Так и повалился, упершись затылком в заднее колесо. Третий, уже падая от удара пули, успел выпустить длинную очередь по кустам, но слишком высоко, чтобы кого-то задеть.
– Эй! Кто там стреляет? – послышался из-за машины голос Тяпова. – Лейтенант, ты, что ли?
– Не стреляй, я выхожу. Подожди, только осмотрюсь. Тут еще один.
Ватагин перевернул мертвого немца и ощупал его карманы. Вынул их содержимое, сложил в свалившуюся с головы немца каску. Забрал автомат и подсумок с магазинами.
У машины Тяпов перевязывал предплечье шоферу, тот всхлипывал и утирался.
– Терпи, терпи, – приговаривал Тяпов.
– Я же не струсил, товарищ лейтенант, – завидев Ватагина, затараторил шофер. – Она зараза в яму угодила, а так бы я проскочил… Это я потом… Когда из кабины выпал… А винтовка она ремнем зацепилась…
– Отставить. Машину вести сможешь?
– Какая тут машина… – вместо шофера ответил Тяпов. – Радиатор пробит и три колеса. И еще Карпов…
– Что Карпов? – вздрогнул Ватагин.
– В кузове, – потупился Тяпов. – Наповал.
Ватагин откинул задний борт, и рука Мишки Карпова плетью свесилась из кузова. Переводчик лежал, вытянувшись во весь рост. Он сидел спиной к кабине, и пули, попав ему в спину, бросили его вперед. Это были те самые пули, от которых уберегся Ватагин.
– Ехать нельзя, товарищ лейтенант, – отвлек его подошедший шофер. – Никак нельзя.
Покалеченная рука теперь была у него на перевязи, и он, как ляльку, баюкал ее здоровой. Теперь он выглядел бодрее и злополучную винтовку держал в положении «на ремень».
– Проедет кто-нибудь, – ответил Ватагин. – Охраняй машину, а мы со старшиной лес проверим. Лейтенанта накрой плащ-палаткой.
– А ловко вы их, товарищ лейтенант, – заметил Тяпов, когда они, осматривая придорожные кусты, спустились в канаву.
– А у нас в Хотьково преступность низкая была, – ответил Ватагин. – Потому мы от скуки часто в тир ходили. Провинция. Видишь, старшина? Еще одна лежка.
Трава здесь была плотно примята. Видно было, что люди лежали здесь долго, возможно, несколько часов. Ватагин пошарил в траве и отыскал место, куда лежавшие прятали следы своего пребывания. Пласт дерна был подрезан с трех сторон и приподнимался. Под ним были вдавленные в суглинок окурки и пустая консервная банка без маркировки.
Ватагин завернул в платок несколько окурков поцелее и осмотрелся. Дорога с лежки не просматривалась, это было странно.
– Товарищ лейтенант, – окликнул его Тяпов. – Вот так вот они на лежку пришли и ушли вон по канавке. Там дальше галька выходит и следов не видно. Но было двое.
– Давно?
– Не позднее сегодняшнего утра. Точнее не скажу. Сухо, следов не оставили.
– Ладно, посмотри тут вокруг и давай к машине. И другую обочину осмотри. Я вернусь к холму, похожу, посмотрю.
От осмотра холма Ватагина отвлек шум на дороге. Подъехавший «Додж» настырно подзывал его гудком.
– Кто такие? – с ходу навалился на него коренастый капитан, выходя из машины.
Ватагин молча вынул из нагрудного кармана удостоверение и протянул капитану.
– Вон оно что, – ответил капитан, решительно возвращая Ватагину удостоверение, видимо, аббревиатуры на обложке ему хватило, чтобы не заглядывать в него. – Засада, значит. Неделя как их отбросили, уже и передовой не слышно, а они все тут лазают.
– Часто здесь такое?
– А черт его знает… – посетовал капитан, вынимая пачку папирос, закуривая одну, а вторую предлагая Ватагину. – Позавчера мост взорвали. Не чаще обычного, да только обидно…
– А раньше что, не так было обидно?
– Раньше они наступали, а теперь наша берет, – ответил капитан, – оттого и обидно, что шастают здесь фрицы.
– Подбросите нас до Ворчуково? – спросил Ватагин. – А то мы без машины остались?
– Подбросим, – кивнул капитан.
– Далеко это?
– Километров пятнадцать.
– Только у нас убитый, – вспомнил Ватагин.
– Потеснимся.
Местечко Ворчуково было небольшое, но, видимо, из-за его положения на перекрестке главных дорог этот населенный пункт и выбрали для размещения оперативного отдела дивизии. Ватагин прибыл к самому разносу.
В единственном каменном здании раньше размещался поселковый совет, при немцах была комендатура, теперь здесь разместились связисты, интенданты, полевая комендатура и прочая тыловая братия.
Часовой у входа указал Ватагину куда двигаться, но в коридоре его остановил дежурный и принялся проверять документы. Пускать прибывшего лейтенанта дальше дежурный совершенно не собирался, но Ватагин и сам не горел желанием лезть на рожон. Он сел на подоконник и стал прислушиваться к шедшему за стенкой совещанию.
– Наведите наконец порядок в тылах дивизии! – гремел поставленный кавалерийский голос. – Мне нужна безопасность тылов, майор. Когда вы покончите со всеми этими немецкими недобитками?! И особенно с полицаями, старостами, бургомистрами?
– Товарищ полковник, – отвечал ему более молодой голос. – В районе практически отсутствуют архивы. Довоенных не осталось вовсе. А немецкие требуют разбора.
– Значит, разбирайте. Значит, сами накапливайте информацию. Проверяйте население, фильтруйте, отсеивайте. Что, мне вас учить? В район вернулась советская власть. Население должно видеть, что немец больше не вернется. Что народ снова – советские граждане. И что власть защитит их от всякой сволочи. А у вас еще мосты взрываются!
  
Мимо окон проехал грузовик, стрельнул глушителем и отвлек Ватагина от звуков из кабинета.
Дверь распахнулась, на пороге появился маленького роста полковник, мельком осмотрев вытянувшихся по стойке смирно дежурного и Ватагина, сорвал с крючка фуражку и зашагал к выходу.
– Товарищ полковник, – следом за ним двинулась группа офицеров во главе с усатым майором. – Людей не хватает.