Кровь черного мага 4 (СИ)

Золотое свечение между тем окутало весь череп, вслед за этим слабо начал светиться остальной скелет. Он снова содрогнулся и хребет внезапно ушел вниз на метр, ребра уперлись в пол и с жутким скрежетом прочертили на нем глубокие борозды.
А когтистая лапа двинулась дальше прямо ко мне.
— Стой, — произнес я на драконьем.
Когтистая лапа замерла на мгновенье, а потом молниеносно метнулась ко мне.
— Черт, — выругался я, шарашнувшись в бок.
Лапа снесла бочки, пробив их и рассыпав по всему полу чешую.
От резкого движения своды задрожали и вниз посыпались камни. Несколько огромных обломков угодили в хребет и череп, но никакого вреда ожившему скелету не причинили.
Уворачиваясь от падающих камней и вновь метнувшейся ко мне лапы я побежал вдоль каменной стены. Впереди один из огоньков высветил что-то похожее на туннель. Однако оказавшись там, я с разочарованием увидел, что это всего-навсего глубокая вымоина.
Скелет между тем развернулся на девяносто градусов. Разметал хвостом упавшие камни, а ко мне вместо лапы двинулся оскаленный череп.
Непонимание, что от меня хочет мой давно почивший предок, сменилось осознанием, что как минимум он хочет заполучить мою кровь, а в худшем варианте — мою душу.
Еще раз быстро глянув по сторонам и убедившись, что выхода из пещеры по-прежнему не наблюдается, я метнулся вперед, прямиком к черепу, упал перед оскаленной пастью и, прокатившись под массивной нижней челюстью, вскочил на ноги и запрыгнул на ребра. Скелет закружился на месте, словно потеряв меня из вида. С потолка снова посыпались обломки, гора вновь задрожала, но на этот раз уже без моего участия. Не знаю, остались ли какие-то остатки разума у моего предка, но когтистые лапы устремились к грудной клетке, пытаясь дотянуться до меня через ребра. Дракон словно безуспешно пытался разодрать себе грудь, чтобы добраться до меня.
Свечение уже охватило целиком весь скелет.
А потом вдруг произошло странное. Мне словно перестало хватать воздуха и возникло ощущение, что от меня отсекают магию, как это бывало, когда светлые маги накладывали на меня охранные заклинания. В глазах потемнело и я, потеряв сознание, свалился на ребра.
Повторялось то, что случилось недавно в Министерстве: я словно со стороны увидел как от моего тела отделился золотистый туман, который приобрёл форму дракона и остался висеть надо мной. Со скелетом происходило тоже что-то странное, он вдруг задрожал будто в агонии. От костей потянулись тончайшие золотые линии и устремились к золотистому туману. Я вдруг понял, что если хоть одна нить меня коснется, меня захватит этот мёртвый тысячелетний монстр. Но в этот момент все нити одновременно метнулись ко мне, соединяясь с золотым туманом. Золотистый туман разросся до до размеров дракона, заполняя пустоту внутри скелета. Расправились кости крыльев и золотой туман наполнил их — словно парусник расправил поднятые паруса. Я понял, что могу управлять движениями скелета. Одна когтистая лапа осторожно просунулась между ребер, подхватив мое тело. Крылья с силой забили по воздуху, поднимая тучи пыли вперемешку с рассыпавшимися чешуйками, ставшими невесомыми.
Скелет приподнялся на свободных трех лапах, ударяя хребтом в каменные своды.
Гора снова затряслась, заходила ходуном, оживленный мной скелет рушил все вокруг себя, поднимаясь на задних лапах, подминая под себя обломки и устремляясь вверх, в образовавшуюся пустоту. Взлетев, он пробил черепом последнюю преграду и вырвался наружу. Земля мгновенно осталось где-то далеко. Я только успел увидеть огромный черный образовавшийся провал и метнувшиеся от него прочь две крошечные фигурки Карлфрида и Финбарра. Пропоров плотные тучи, скелет дракона вырвался в ослепительно синее небо и солнце. Подо мной расстилалось бесконечное, от горизонта до горизонта, серое море облаков, в которых вспыхивали синие молнии.
Как ни странно, но я почти физически ощутил полет. То ли это была все та же генетическая память, то ли эти ощущения вполне передавались от драконьего скелета. Я посмотрел на свое крошечное, по сравнению с тем чудовищем, которым я теперь управлял, тело. Нет, скелет не зря пытался меня изловить. Даже столь малого количества крови хватило бы, чтобы вдохнуть жизнь в древнего монстра. Только что было бы дальше — я не представлял. Я снова глянул на себя и заметил, что кожа совсем побледнела от мороза, царившего на высоте. Решив, что превращать свое тело в кусок льда однозначно неправильно, я нырнул в туманное море. Вылетев из него, я описал круг вокруг Райнерсберга и приземлился недалеко от провала перед своими перепуганными телохранителями и опустил рядом с ними свое тело.
 
К нему метнулся Финбарр.
— Проклятье, он не дышит и сердце опять не бьется! — сообщил он, обернувшись на миг к Карлфриду, потом обратил совсем озверевший взгляд ко мне и оскалившись прорычал: — Возвращай ему жизнь, чертово чудовище!
Мне стало смешно, но ответить я никак не мог. Но зато я понял, что действительно теперь могу вернуться. Золотой туман уменьшился, нити, связывающие меня со скелетом оборвались и я золотым облаком скользнул обратно в свое тело.
Судорожно вздохнув, я сел и с трудом распахнул глаза — на ресницах до сих пор была изморозь.
— Харди! — белый волк от радости повалил меня обратно в снег его влажный нос уткнулся мне в щеку.
— Барри, черт тебя побери, — я отпихнул его от себя. — Ты бы еще облизывать меня вздумал.
Я поморщился. Кузен, смущенный, сел рядом. К нам подошел Карлфрид, протянул руку и помог подняться. По его лицу было видно, что все произошедшее его чрезвычайно потрясло.
— Ваша Светлость! Вы как⁈
— Домой — и в сауну.
Я почувствовал, как начинаю замерзать.
— А что с этим делать? — Карлфрид показал на скелет.
Видимо, едва я покинул его, как тот сложился грудой костей.
— Из замка позвоним Маделиф, пусть пришлет сюда магов охранять. Проклятье, мне надо отогреваться…
Я чувствовал, как меня начинает колотить озноб и как стучат зубы. К счастью до «Бронко» оставалось чуть больше двух сотен метров. Я плюхнулся совершенно обессиленный на водительское кресло, включил на максимум обогрев, пытаясь справиться с ознобом. Поняв, что это ни черта не помогает, сжав зубы, я развернул внедорожник и погнал его вниз, вычерчивая перемещающее заклинание. На резком повороте серпантина «Бронко» слетел в пропасть, устремляясь прямиком в магический туннель и вынырнул уже около входа в Хоэцоллерн.
Еще через пять минут, пройдя в свои покои, я сбросил промокшую от снега одежду и обувь. Зайдя в ванные комнаты, я открыл дверь в сауну и, обернувшись, глянул на следовавших за мной и все еще обеспокоенных Карлфрида с кузеном.
— Можете присоединиться, если есть желание.
— Я сначала Маделиф позвоню, — сказал Карлфрид.
— А я вроде уже согрелся, — Финбарр остался сидеть на пороге.
— Ты оборачиваться обратно не собираешься, Барри? — поинтересовался я.
— А, ну да… Эй, одежду мне принесите, — приказал он кому-то из кобольдов.
Я кивнул Финбарру и забрался на деревянную, приятно пахнувшую смолой лавку. Добавил немного магии, раскалив камни, чтобы сауна протопилась быстрее.
— Ноткер, что-нибудь покрепче и чай с травами, — позвал я.
Возникший кобольд взглянул на меня и всплеснул руками.
— Вы совсем замерзли, Ваша Светлость!
— Это я и без тебя знаю.
— Да, я сейчас, мигом! — кобольд исчез на несколько мгновений.
Потом появился снова. Протянул мне наполненный стакан с виски, рядом поставил бутылку в ведерке со льдом из под шампанского. Поймав мой удивленный взгляд, пояснил:
— Ну вы же в сауне, он же сейчас нагреется.
Рядом с ведерком поставил крошечную жаровню, на нее — стеклянный чайник, от которого тянуло приятным бодрящим ароматом горных трав. Потом свернул полотенце валиком, положил мне под голову.
— Спасибо.
Я выпил стакан виски, словно воду. Видимо я так замерз, что даже почти не ощутил тепла. Ноткер повторил. Второй стакан уже слегка обжег горло. А после третьего я понял, что чувствительность вернулась окончательно и озноб наконец отступает.