Измена. Вернуть семью (СИ)
Булат подхватил Камиллу на руки и направился к дому, а мое сердце ускорило свой ритм.
За последние дни многое изменилось.
То, что мы узнали друг о друге, словно вернуло нас в начало пути, туда, где всё начиналось.
Я думала, что сумею прожить дальше, отталкивая воспоминания о Булате, но теперь, зная всю правду, стало почти невыносимо находиться рядом с ним, не чувствуя прежнего накала, прежней привязанности. Не чувствуя его рядом…
Я затаилась на верху, на лестнице, слушая, как Ками что-то лепечет отцу.
Даже то, что она безоговорочно его приняла в одно мгновение – поражает! Ни к одному мужчине такого не было, моя дочка совсем не привязчива, но Булат моментально поселился в ее сердце.
Ломаю руки, ожидая их.
Камилла уже успела привязаться к Булату, называть его папой без тени сомнений или страха, что он вдруг уйдёт, как раньше.
И хотя внутри неё всё ещё жили остатки былой обиды, теперь я понимала, как важен Булат для Ками. И для меня….
****
Булат
Она видит новое кресло, которое я купил в салоне сегодня. Утром не успел, но я быстро ретируюсь и очень хочу понравиться Ками, компенсировать то, что за три года упустил…
- Класивое. Лозовое. Мое клеслице, - моя дочка заглядывает в машину, смешно поднявшись на носочках.
Она не хочет уходить, просит его с собой забрать, но я говорю, что дома ее уже ждет детская, а дальше – она сама выберет себе мебель, самую лучшую. Все, что пожелает.
- Плавда? – недоверчиво спрашивает, глядя на меня прямо в упор, точнее в глаз, сидя у меня на руках.
- Да, все для моей принцессы. Утром я не учел, что тебе нужно ездить с комфортом, сначала купил кресло. А мои работники привезли мебель. Но ты можешь сама с мамой выбрать для себя интерьер, - уточняю, помогая ей войти по ступенькам.
- Я зе была вчера здесь с мамой. Тут был мальчик, бееее, - она высовывает язык, морщится, вспоминая встречу видимо с Эмиром.
- Это чужой мальчик. И он больше не придет. Он тебя не обидел?
- Нет, он дал мне кафету, - пожимает плечиками, входя в дом.
Большой холл нравится Ками, она раскрывает глаза и смотрит на все с изумлением.
- А где мама? – заваливает вопросами меня доченька.
И тут сверху слышатся легкие шаги. Моя жена здесь, в моем доме. Сердце переворачивается, глаза непривычно увлажняются.
Одергиваю себя.
Поплыл, Шагаев. Все из-за нее…
- Мама! — Камилла бросилась к Мии и обняла её за шею. — Папа заблал меня из садика! Мы катались на масыне! Он купил мне лозовое клесло! – охает моя Ками и обнимает Мию, так тепло, что душу распирает от нежности.
Мия улыбнулась, чувствуя, как приятно быть обнятой теплыми детскими ручками.
- Да ты что?! – спрашивает у Камиллы, но на меня не смотрит.
Мия все еще в ступоре от переезда, и нужно время, чтобы она привыкла к новой обстановке, к тому, что я снова рядом…
Становлюсь рядом с ними, помогая держать куртку Камиллы, пока Мия помогает ей снять ботинки. Примечаю, что все вещи не новые, но хорошие и очень идут малышке. Мия старалась, жила для дочери, а я… просто мудак.
- У меня не было кресла в машине. Но теперь есть. Для Камиллы. Ты видела детскую? – спрашиваю у жены.
Мия закусывает губу, кивает, так и не удостоив меня взгляда.
Камилла, вырвавшись из ее, хватает меня за полу пиджака и просит показать ей все. Она весело скачет рядом, пока мы идем по дому. Потом я помогаю Ками подняться в детскую. Тут же кляну себя, что дом купил с уродской лестницей. Нет, она красивая, но малышке пока трудно шагать по ней.
- Думаю, что детскую мы сделаем на первом этаже. Чтобы Камилле было проще, - сообщаю Мие.
Комната, которую видит наша дочь, поражает ее не только масштабом, но и детским «девчачьим» розовым интерьером. Камилла любит розовый цвет, и здесь все совпало: в доме была детская комната. Она пустовала и закрыта была, но теперь все иначе.
- Я буду здесь зыть? – переспрашивает, неверяще.
Камилла прижалась ко мне, ожидая ответа. Потом развернулась к Мии. Все-таки, мамино слово для нее важнее…
— Конечно, солнышко, — тихо ответила Мия, глядя на меня. - Как ты, малышка? Что было в садике? – спрашивает Мия, привычно.
- Маина Алесандловна сказала, что папа класивый и умный. Тебе мозно довелить р-ребенка, - многозначительно говорит кроха, подняв свои светлые бровки.
Мия только смотрит на меня.
Глажу ее по светлым хвостикам и улыбаюсь.
- Раз Марина Александровна сказала, значит, так и есть, - выдает Мия сконфужено.
Утром воспитательница дочки смотрела на меня, как на диковинный артефакт, а вечером почему-то губы накрасила и спрашивала в браке мы с Мией или нет…
Женщины, елки палки…
- Ты голоден? Ужинать будешь? – спрашивает моя бывшая жена. Душу вскрывает от нежности, словно не было ничего, и мы снова семья.
- Я голодный как волк, - на этой фразе Ками смеется. - Кухарка знала, что вы приедете. Готовит она неплохо.
- А наша старая экономка уволилась? – Мия включается в беседу.
- Она к сыну уехала, на Алтай. Я ее отпустил. Помог с билетами. Потом я вообще без прислуги жил, только охрана. Прости, что мой бабуин вчера приставал к тебе. Я уволил его. Всех на хер уволю, если только косо на тебя глянут.
Мия снова губки кусает, исподлобья смотрит на меня, поправив светлые пряди шелковых волос, рассыпавшихся по плечам. Она невероятная. Я и не думал, что меня так торкнет только от ее присутствия.
- Нам нужно поговорить после ужина, Булат, - говорит, легко касаясь меня взглядом.
- Конечно. Я хочу тебе много сказать, - тянусь к ее холодной руке.
- А я кусать хоцу! – врывается в беседу Ками....
Глава 46
Глава 46
Мия
После ужина Камилла побежала в свою комнату раскладывать игрушки, а Булат пригласил меня поговорить. Я нарочно избегал тесных пространств, попросила пройти в гостиную, а не в спальню.
Слишком острыми были его взгляды, слишком чувствуется как он хочет меня… Снова томная волна пробивает сквозь тело, когда мы оказываемся рядом.
- Папа. Показы маме, как ты меня фотографиловал! – кричит Ками из комнаты.
- Устроили фотосессию с Камиллой. Она такая фотогеничная, а вот я на фото не очень, - говорит мне.
- Не говори так. Ты всегда хорошо получался. На наших свадебных фото ты выглядел так… невероятно, - говорю с придыханием.
Виновато вино, которое пригубила за ужином или нервы…
Но в груди щемит, непривычно и пугающе.
Булат достает из кармана телефон и показывает фотографии, сделанные в садике: Ками играла на площадке, каталась на качелях. Эти снимки простые, но от них веет теплом и чем-то особенным.
- Я очень ее люблю. Она как мечта. Я очень хотел, чтобы родила мне доченьку, - с теплотой говорит Булат.
Он никогда не был настолько искренним.
— Она так счастлива, когда рядом с тобой, — произношу, чувствуя, как комок в горле мешает дышать ровно.
Булат посмотрел на меня, задержав взгляд дольше, чем обычно.
— Знаешь, Мия… я бы хотел, чтобы это счастье было постоянным. Чтобы мы жили все вместе, без принуждения. Как семья. Чтобы у нас был дом, куда Ками могла бы возвращаться каждый вечер, и где она была бы всегда с нами обоими.
Бывший сказал, что понял: дистанционно в жизни дочки он не сможет участвовать. И хочет, чтобы мы стали семьей, как раньше.
Я ощущаю, как сердце замерло. Всё, что он говорил, звучало как исполнение самых глубоких и заветных желаний. Но одновременно охватывал страх.
— Булат… ты уверен, что это правильно? — тихо спрашиваю. — Мы столько пережили… Я боюсь довериться тебе снова. А теперь ты говоришь о будущем, как будто ничего не случилось.
— Мия, — он наклоняется ближе, его глаза были полны решимости. - То, что случилось, — это обман, ложь. Мы оба стали жертвами обстоятельств и чужих решений. Но сейчас у нас есть шанс всё исправить.