Агент тёмных чар (ЛП)

— Побудь в сознании ещё несколько минут, — прошептал он.
Он явно понятия не имел, насколько я устала. Я просто отдохну минутку, может, две, а потом мы продолжим идти… туда, куда мы идём. Я уже не знала точно, куда именно.
Я услышала скрип, затем хлопок. Он преодолел ещё какое-то расстояние, его шаги звучали странно, отдавались громким эхом. Прямо перед тем, как погрузиться в глубокий сон, я осознала, что дождь прекратился.
И когда я спала, мне снился голос моей матери, кричащий «Хорас! Не надо!»
Не уверена, сколько я пробыла в отключке перед тем, как ощутила лёгкое прикосновение к своей щеке и будоражащий разряд электричества.
— Эй, — прошептал низкий голос. — Просыпайся.
Я ещё крепче свернулась калачиком, желая просто поспать.
Прикосновение превратилось в нежную ласку, такую приятную, что мне хотелось замурлыкать.
— Кассандра, — голос смягчился. — Проснись.
Мои глаза распахнулись, и я осознала, что дрожу. Странный постукивающий звук эхом отдавался в моём черепе. Я осознала, что это мои безумно стучащие зубы. Что-то согревало меня, но я была уверена, что это не проникнет сквозь лёд в моей крови.
Я лежала в маленькой комнатке, недалеко потрескивал огонь в очаге. Роан наклонялся надо мной, его дыхание тепло ощущалось на моей щеке.
— Хорошо, — в его глазах мелькнуло облегчение. — Ты очнулась.
Я тяжело сглотнула, во рту пересохло.
— Я не такая, как он.
— Как кто?
— Неважно.
Он нахмурил брови.
— Ладно. Устраивайся поближе к огню. Я сейчас вернусь, — он скрылся из моего поля зрения.
Я приподнялась на локтях, окидывая комнату взглядом. Я лежала на ковре возле огня, ревущего в каменном камине. В центре деревянной комнаты рос дуб, на его мелких веточках помигивали светильники, а крупные извилистые ветви образовывали потолок. Изогнутая лестница вела вверх, к второму этажу с кроватью, а под ним Роан копался в сундуке.
На белых стенах висели оленьи рога и изделия резьбы по дереву, за круглыми окнами виднелся тёмный лес, розовеющий от лучей восходящего солнца. Вдоль стен тянулись полки с книгами, огонь в камине отбрасывал мерцающие отсветы на диван цвета мха справа от меня. Каждая поверхность в этом месте была изогнутой и кривой, точно дом состоял из самого леса.
У камина лежал сияющий меч, а над очагом имелся геральдический герб с оленем. Я прищурилась. Я не видела такого герба у Лероя.
Дрожа, я подобралась поближе к огню, ощущая его тепло на своей коже. Я вытянула руки, и тепло начало постепенно просачиваться внутрь. Было адски больно. Я медленно сжимала и разжимала кулаки, смотря на пламя сквозь пальцы. На мне всё ещё был надет пропитанный дождём плащ, и моё тело казалось оледеневшим. На этом этапе от застывшего плаща было больше вреда, чем пользы, и я сняла его, расстегнув. Сумочку я тоже скинула с плеча, положив рядом.
Роан выпрямился, держа два пушистых одеяла.
— Это согреет нас, пока наша одежда будет сохнуть.
— Пока наша одежда будет сохнуть? — повторила я, сбитая с толку.
Он подошёл ко мне и бросил одеяла на пол.
— Снимай одежду.
Я уставилась, наблюдая, как он стягивает промокшую белую рубашку, обнажая свою мощную грудь, и отсветы пламени пляшут на его смертоносных с виду татуировках. Я невольно бродила взглядом по его рукам, жилистым и крепким мышцам. Я пыталась быть готовой убить любого, кто мне встретится, но мне не хотелось бы оказаться на стороне его противника в драке.
— Мы высушим наши вещи, — сказал Роан.
Мои щёки залило жаром.
— Я не стану здесь переодеваться. На мне даже нижнего белья нет, потому что ты заставил меня снять его во дворце.
— Сама решай, — он пожал плечами и снял ремень, затем брюки. Он был одет лишь в мокрые чёрные шорты.
Когда Роан повернулся в другую сторону, мою грудь сдавило. Сеть ужасных шрамов покрывала кожу на его спине. Кто-то причинил ему боль… очень сильную боль. Я смотрела, как он подходит к медной чаше в углу комнаты. Он скрутил рубашку над чашей, выжимая из неё воду, затем проделал то же самое с брюками. Его тело источало чистую силу, и моё дыхание сделалось прерывистым. Казалось, ему было абсолютно комфортно в одних трусах.
 
А потом он и их снял.
Моё сердце бешено застучало, и я отвернулась.
Через несколько секунд Роан вернулся, закутавшись в одеяло. Несмотря на его рост, ткань покрывала большую часть его тела. Удерживая шерстяной материал одной рукой, другой он развесил свою одежду на крючках над камином.
— Завтра вещи будут пахнуть дымом, но тут уж ничего не поделаешь, — он пересёк комнату и пригнулся, переступая поросший листьями порог, который вёл в тёмный коридор. Через несколько мгновений он вернулся с тарелкой хлеба и сушёного мяса.
Роан уселся напротив меня перед огнём и подвинул еду ко мне.
— Ешь. Я больше не хочу слушать твой желудок, — на мгновение его взгляд скользнул ко мне, и я увидела, как его кулаки стиснули одеяло до побеления костяшек. — Тебе стоит прикрыться.
— Кто бы говорил, — я схватила кусок хлеба, вгрызаясь в него. — У тебя знатные двойные стандарты, ты в курсе? Сам расхаживаешь передо мной голым, а я должна носить платье, которое прозрачное, но не слишком прозрачное.
Посмотрев на своё тело и увидев затвердевшие соски, задевавшие мокрую ткань, я осознала, что в его словах есть смысл. Может, я цепляюсь за последний кусочек приличия, который я уже утратила.
— Ладно, — я села перед ним, повернувшись спиной. — Мне надо, чтобы ты расстегнул пуговки.
— Мммм, — отозвался он.
В следующую секунду я ощутила его пальцы, проворно спускавшиеся по моему позвоночнику, пока Роан расстёгивал моё платье сзади, обнажая всё больше кожи. Каждый раз, когда его пальцы задевали моё тело, я ощущала странную дрожь удовольствия, и моя спина начала выгибаться. А когда он закончил, мне показалось, будто он прерывисто выдохнул.
— Вот, — хрипло сказа Роан. — Готово.
— Спасибо.
Я схватила другое одеяло и закуталась в него. Затем, стараясь изо всех сил оставаться прикрытой, я позволила платью упасть на пол. Процесс был неуклюжим, и в какой-то момент одеяло свалилось, открывая часть моего обнажённого тела. Я панически уцепилась за него. Роан смотрел на меня с откровенно развратным выражением на лице.
Наконец он отвёл взгляд и низко зарычал.
— Тебе надо поесть.
Я сумела полностью освободиться от платья и повесила его на свободный крючок над камином, чувствуя себя чрезвычайно обнажённой под одеялом.
Я была уверена в одном. Роан, может, и не испытывал никаких проблем с собственным телом, но что-то в моём теле нервировало его до глубины души.
  
Глава 22
 
Я лежала на диване, устроившись под тёплым шерстяным одеялом. Не могу сказать, что когда-либо лежала на шкуре животного, и мне немного странно было чувствовать, как шерсть щекочет спину и бёдра. Но хотя бы мне тепло.
Моё тело расслабилось в тепле, живот был набит хлебом и мясом, которые принёс мне Роан. Если бы меня не мучила нехватка сна, я бы всю ночь бодрствовала и смотрела на Роана, чтобы он не убил меня во сне. А в свободные от наблюдения за Роаном моменты я бы как одержимая думала о своём отце, фейри-убийце, и всех тех причинах, по которым я не такая как он.
А так сон быстро завладел моим разумом.
И засыпая, я очутилась в лесу возвышавшихся дубов, которые царапали ночное небо, и свет звёзд струился сквозь их ветви. Странно, но я чувствовала, будто здесь мне самое место, словно я должна находиться среди этих древних деревьев. Их мощные стволы как будто дышали в тёмном лесу.
 
Одетая в шёлковое красное платье, которое скользило по моим бёдрам, я шагала по замшелой тропе, и мои босые ноги ступали по самой земле. В лесу, где пахло свежим дождём, волоски на моей шее сзади встали дыбом. Кто-то охотился на меня. Он охотился на меня, и всё же я не боялась. Я была готова для него. Я хотела его. Кончики моих пальцев медленно скользнули по телу спереди, между грудей, по животу… я хотела ощутить на себе его руки. Сердце застучало быстрее, тело потеплело, словно набухая и натягивая ткань платья.