Рюмка студеного счастья (СИ)

Рукоятка Кольта с глухим стуком влепилась в покрытый пушистыми светлыми волосами висок.
Агнесса слабо охнула и обмякла.
— Сраные обезьяны! — зарычал Тимофей и грубо вырвал ее из пилотского кресла…
  
Глава 18
 
Глава 18
Устроившись в пилотском кресле, Тимофей быстро осмотрелся. В кабине сильно воняло горелой изоляцией, панель приборов искрить перестала, но ни один индикатор на ней не работал. Самолет держался в воздухе, но летел с незначительным, но устойчивым снижением. Двигатель троил, а из-под капота выбивались тонкие струйки дыма.
Сара пробовала учить летать настоящего Тима Бергера на своей личной «Цессне», но тот никаким особым желанием и талантами к обучению летному делу не обладал. Пожалуй, он смог бы взлететь, но вот с посадкой все обстояло очень скверно — самостоятельно садится ему еще не приходилось. А сам Тимофей даже близко не умел управлять самолетом.
— Твою мать… — Тим взялся за штурвал, попытался осторожно выровнять самолет и заорал от радости, когда это получилось. Немного осмелев, он сверился с компасом и взял примерный курс на аэродром в Умтали, откуда они вылетели на встречу. О том, как будет сажать самолет, старался не думать.
От переживаний дико захотелось курить. Тим достал сигарету, подкурил, с наслаждением затянулся и бросил взгляд на Агнессу. Секретарша лежала как сломанная кукла, сквозняк трепал ее пушистые локоны.
— Сучка крашеная… — поморщился Тимофей. — А могла и достать…
В том, что она работала на южноафриканские спецслужбы, он даже не сомневался.
Пилот и Питер банально спали, министр даже похрапывал. Тим прикинул расстояние до Умтали, а потом начал искать знакомые ориентиры на местности.
Искать долго не пришлось. Справа в легких облаках терялась вершина огромной горы Бинга. Тимофей обрадовался и попробовал слегка скорректировать курс.
При этом чуть не свалил самолет на крыло, но справился и довольно улыбнулся. Пилотировать ему даже начинало нравиться.
Дальше расслабился и начал обдумывать свои дальнейшие действия.
В Родезии ускоренными темпами формировалась делегация в Советский Союз, для обсуждения экономических отношений и заключения договора. Для того, чтобы не привлекать внимание, отправлять их решили морским путем, из Бейры. А в Мозамбикском заливе они по плану пересаживались на советское торговое судно. Тимофей тоже отправлялся с ними. Правда, в связи с новыми вводными придется срочно решать вопрос с главой бюро государственной безопасности ЮАР Хендриком ван ден Бергом.
— Иначе следующее покушение можно и не пережить… — буркнул себе под нос Тим и снова посмотрел на Агнессу. — Надо только разговорить эту мерзавку…
Девушка лежала в том же положении. Тима это насторожило, он сначала пошевелил ее ногой, а потом, бросил штурвал, перевернул и перевернул ее.
На виске Агнессы запеклась кровь, никаких признаков жизни она не подавала.
— Твою же мать… — ругнулся Тим и попробовал нащупать пульс у нее на шее.
Но почти сразу получил резкий удар коленом в пах, а потом секретарша со звериной яростью попыталась вырвать у него пистолет.
— Паршивая советская собака… — яростно шипела она. — Ты уже покойник, сраный коммунист. Убью тварь!!!
Тиму удалось отбиться, а потом, рукоятка Вальтера уже второй раз за сегодня встретилась с головой Агнессы.
— Тьфу ты, гребанная Мата Хари… — Тим сплюнул, сорвал с платья секретарши ремешок и крепко связал ей руки.
К счастью, самолет исправно продолжал лететь тем же курсом, но… совершенно неожиданно влетел в большое облако. Вокруг стоял сплошной молочный туман, а по стеклам бежали капельки воды. Видимость сократилась до нуля. Тимофей попытался выбраться из облака, но ничего не получалось, оно никак не хотело заканчиваться, а резко маневрировать он просто боялся. Оставалось только держать курс наобум вперед.
Тело начало потряхивать, Тим попытался расслабиться, но уже не получилось. Любимая фляжка с вискарем была всегда наготове, но терапевтические дозы мало помогали, а потом и вовсе, фляга показала дно.
 
— Маленькие дети, ни за что на свете, не ходите, мать вашу, в сраную Африку, мать ее… — зло бормотал Тимофей себе под нос. — Да что ж такое, как не понос, так золотуха. Сплошное дерьмо вокруг. Хочу на необитаемый остров, море, пляж, пальмы, бухло… и никаких проблем. Дебилушку тоже с собой возьму — ему понравится. Ну… и девок парочку… или две парочки…
Внезапно в кабине стало светло, самолет, наконец, вылетел из облака.
Тим разглядел внизу ленточку реки протекавшей по границе Родезии и Мозамбика и радостно заорал:
— Уррааа!!!
— Какого хрена, — позади раздалось озадаченное ворчание Питера. — Когда я успел так нажраться, три тысячи обосравшихся гиен? Что творится, я спрашиваю?
Тим обернулся и увидел, как тот, сидя на полу, обеими руками держится за голову.
— Ты самолет водить можешь?
— Чего? Какой самолет? Зачем? — министр ошарашено на него уставился. — Ты что там делаешь, сынок? И где… — он перевел взгляд на тело пилота и заткнулся.
— Да тут такое дело… — принялся объяснять Тимофей и тоже замолчал, потому что вдруг понял — его голос звучит необычно громко. Гул двигателя исчез. Совсем.
Перевел взгляд на лобовое стекло и увидел неподвижный винт.
— Твою мать…
— Мать твою!!! — эхом отозвался Питер ван ден Бил. — Это то, что я вижу? Господи! Заведи его, быстро!
— Буди этого мудака! — заорал Тимофей, ощутив, что самолетик начал быстро снижаться. — Буди, мать твою! Делай что хочешь…
Питер разразился матюгами и принялся пинать пилота. Но тот только мычал и в себя приходить не собирался.
Внизу промелькнула Руо, пограничная река. Самолет уже снизился настолько, что Тим разглядел лодки рыбаков задравших голову вверх.
— Дай я попробую! — к штурвалу попытался прорваться министр. — У меня лучше получится! Я хорошо машину вожу…
— Ты умеешь летать?
— Нет, но…
— Иди нахрен!
— Но мы же разобьемся…
— Пихуй! — Тимофей вцепился в штурвал и заорал. — Спокойно Козлодоев!!! Сядем все! Я встретил ва-аас…
— Господи! — взмолился Питер. — Господи… я пить брошу… спаси и сохрани…
Впереди показалась взлетно-посадочная полоса. Каким-то загадочным образом Тим с ювелирной точностью прилетел обратно на военный аэродром Умтали. Правда самолетик заходил наискосок через полосу.
Тим сначала нагло подумывал сесть правильно, но потом плюнул и решил отдаться в руки судьбе.
Он не заметил, что в этот момент, как раз выруливал на взлетку еще один самолет, двухмоторная «Цессна»
Проскочив перед ее самым носом «Дорнье» стукнулся колесами об бетонку, неожиданно подпрыгнул на десяток метров и…
С грохотом, но вполне благополучно приземлился на крышу ангара из гофрированного профиля.
Самолетик накренился и…
Так и остался сверху.
— Бля… — восхищенно выдохнул Тимофей.
— Мы живы? — осторожно поинтересовался Питер.
— Угу…
— Сволочь!!! — взвыла пришедшая в себя Агнесса. — Коммунистическая сволочь!
— Э-ээ?.. — министр озадаченно посмотрел на Тимофея. ­– Ты зачем ее связал?
Тим вздохнул и изложил краткую версию событий. Секретарша ее подтвердила изощренными матюгами.
Питер ван дер Бил опять схватился за голову.
— Мать вашу!!! — внизу раздался злой женский голос. — Я тебя сама расстреляю, ублюдок, мать твою! Кто так садится? Снимите этого мудака! Я приказываю…
— Упс… — Тим неожиданно опознал голос своей жены и осторожно выбрался на крышу ангара.
Он не ошибся, внизу с пистолетом в руке стояла злая как гиена Сара Смит и еще пяток солдат с винтовками, нацеленными на самолет. Возле ее ног стоял на задних лапах Бурбон и подозрительно щуря глазки, смотрел на самолет и хозяина.
— Куда, сын грязной овцы? Куда ты садился? Ты же едва не устроил… — с новыми силами завопила Сара, но потом осеклась и озадаченно уставилась на Тимофея. — Медведь? А как ты тут оказался? Ты же… ты же летать не умеешь…