Рюмка студеного счастья (СИ)

— Пихуй? — озадаченно пискнул Бурбон и сел на задницу.
— На охоту поедешь… — хмыкнул Тим. — Модный будешь, все девки твои.
Одежка пришлась медоеду впору, хотя штанцы пришлось подвернуть. Сам костюм у Бурбона тоже никакого отторжения не вызывал.
— Оружие и все остальное на месте получите… — на прощание заявил Григоренко.
— Минуточку… — неожиданно влез Питер. — Я приехал со своим. Из чужого оружия принципиально не охочусь.
— И я, — улыбнулся Тимофей. — Кстати, госпожа Тереза тоже. А еще мы привезли подарок генеральному секретарю, это тоже оружейный комплект. Как раз и подарим.
— А где это все? — у генерала на лоб глаза полезли. — Здесь, в доме? К-как… — он даже заикнулся.
— В самолете, — успокоил его Тимофей. — Давайте сделаем так, сейчас вместе со мной заберем все и оружие останется у вас. А на охоте выдадите по необходимости. Или не выдадите, если не разрешат. Но я скажу Леониду Ильичу, что вы не дали подарить ему ружья для охоты на африканскую пятерку.
Григоренко долго смотрел на Тима, а потом сухо сказал:
— Собирайтесь, поедем прямо сейчас.
Тим быстро переоделся и уже в машине показал генералу пакет с форменным камуфляжем.
— Есть просьба, когда мы были в школе на экскурсии, я пообещал мальчику, Коле Соболеву, что подарю ему камуфляж. Передадите?
Об обещании, на фоне последних событий Тим совсем забыл и сейчас решил исправить положение. Хотя побаивался, что мальчик Коля не увидит подарка как своих ушей.
Григоренко хохотнул.
— Не беспокойтесь, передам. А то он уже всем рассказывает, что родезийцы фуфлыжники, обещаний не выполняют…
Тиму стало немного стыдно. Впрочем, стыдился он недолго.
По пути, заодно, Тимофей наведался к экипажу самолета и стюардессам, проживавшим отдельно, в гостинице в аэропорту. Все оказалось в полном порядке, парни и девушки тоже наслаждались жизнью за советский счет. Однако, стало известно, что советская сторона пыталась неоднократно проникнуть в самолет под предлогом техобслуживания. К счастью, в самолете постоянно кто-то дежурил из экипажа. А еще, пилотов пытались споить и подсунуть девок. Но и здесь не сложилось, потому что у них своей выпивки хватало. И женского пола тоже, из числа стюардесс. При полном согласии с обеих сторон.
— Сорвать все хотите, товарищ генерал? — в упор поинтересовался Тимофей. — Я могу. Нахрена, спрашивается? Что вам в самолете-то надо? Наобещать с три короба, а потом мы гробанемся по пути домой? Как с вами дела иметь?
Зампред председателя КГБ даже побледнел.
— Я разберусь… — гневно отчеканил он. — Тимофей Тимофеевич, больше ничего подобного не повторится. Да ети ж твою мать… — не сдержавшись, он выругался.
На этом инцидент исчерпался. У Тимофея слишком велик был соблазн психануть и послать всех нахрен, но слишком большие ставки уже были сделаны.
Оружие передали комитетчикам под опись, но процесс затянулся, по требованию Тимофея описали каждую потертость и даже особенности древесного узора на прикладах и ложах.
Заодно Тим прихватил десять коробок с родезийской выпивкой и деликатесами для подарков, так как понимал, что Брежнев не охотится в одиночку.
Григоренко на месте подарил шикарный охотничий нож в стиле народа масаи, вяленую ногу антилопы гну и пару бутылок вискаря.
Тим думал, что тот будет отказываться, но генерал подарки с благодарностью принял. Видимо решил не осложнять и так накаленную атмосферу. Которая, с каждым днем, каким-то волшебным, пакостным образом становилась все напряженней и напряженней.
Домой вернулись уже поздно. Честно сказать, Тимофей очень нервничал, так как понимал, что если встречи на охоте не сложатся, на затее можно будет поставить крест окончательно. И решил, в таком случае, за сдачу американских агентов, вытребовать «натурой» сполна. То бишь, топливом, оружием и маленькими, но важными для Родезии уступками на международной арене.
Таковых СССР мог сделать играючи очень много, к примеру, закрыть глаза на нарушение санкций.
А потом пришла Аманда с книгой за должком. Тим успел расслабиться и не ожидал никакой ловушки.
 
Ничего не предвещало, длинная ночная рубашка, невинная мордашка и глазенки.
— Ложись, — он как обычно похлопал по постели.
Девчонка быстро юркнула под одеяло и устроилась у Тима на плече.
— Что тут у нас?
Но не успел открыть Тим книгу, как Аманда задрала на себе рубашку до горла, прижалась к Тимофею и впилась поцелуем в губы.
Тимофей на несколько секунд впал в ступор, а когда пришел в себя, одним движением отодрал ее от себя, придержал за шиворот и хлестко влепил ладонью по тощей голой заднице.
— Ах ты зараза…
— Ой, не надо… — взвизгнула девочка, пытаясь закрыть руками объект экзекуции. — Мамочки…
— Мало!
— Ой-ой, я больше не буду…
— Мало…
— И-и-ииии…
Потом забросил в кресло и сухо предупредил:
— Еще раз попробуешь! Задница треснет поперек.
— Клянусь! — торжественно пообещала Аманда. — Больше не буду. Попа болит ведь. Бесчувственный зверь ты а не человек. Только прикидывался. Ой, молчу, молчу…
— Вырастешь, вернемся к вопросу ночных сказок. А пока, вон!
Девченка убежала, но Тиму показалось, что все это раскаяние было насквозь фальшивым. Впрочем, он уже придумал, что с ней дальше делать.
Рано утром за Терезой, Питером и Тимом с Бурбоном приехали.
Генерал уставился на негритянку. Тиму даже показалось, что он вожделенно сглотнул.
Тереза оделась в очень теплую куртку в военном стиле цвета хаки с множеством карманов, обтягивающие ее ноги как вторая кожа шерстяные бриджи и массивные ботинки с толстыми гетрами. Шапка с ушами, тоже в стиле «милитари» с меховой подбивкой и перчатки присутствовали.
Тимофей тоже засмотрелся. Черт… Тереза выглядела… как какая-то военная африканская современная богиня. Не хуже точно.
Придя в себя, Григоренко сообщил.
— Сейчас мы на аэродром, лететь на вертолете недолго, дальше опять на машине, за час с небольшим на месте будем…
По пути Тимофей поинтересовался у генерала.
— Если не секрет, как вы меня так быстро нашли? У меня все-таки закрадывается мысль, что это ваша многоходовочка. Признайтесь.
Григоренко сразу помрачнел и нехотя рассказал:
— Вам повезло, среди сотрудников этого учреждения оказался сознательный человек и он нам оперативно сообщил. Впрочем, на тот момент, мы уже локализовали до минимума все возможные направления поиска. И одно из направлений как раз было верное.
— Спасибо, — тихо поблагодарил Тимофей. — Мне не пришлось никого убивать. А я уже собирался.
Генералу этот ответ тоже не понравился, но Тим никому и не собирался нравиться.
— Разбирательства по факту уже идут, — сухо отрезал комитетчик. — Выводы скоро последуют. Я вас по возможности проинформирую. К слову, возможно, понадобятся показания от вас в письменной форме.
Тим смолчал.
На этом разговор окончился.
Летели на обычном военном Ми-8, летели недолго, а потом, перешли в машины, комфортабельные «двадцатьчетвертые» Волги, явно не заводской комплектации, даже с кожаным салоном.
По пути в охотхозяйство Тим не мог оторваться от окна. По бокам дороги пробегал покрытый снегом величественный и сказочный лес. Было очень красиво и очень ностальгично.
Дальше свернули на асфальтированную дорогу.
— Какая программа, Григорий Федорович? — поинтересовался Тим у генерала.
Григоренко ответил быстро и военному кратко, видимо планировал услышать этот вопрос.
— Заселение, сразу переодевайтесь, следом легкий завтрак на природе и представление друг другу, а дальше охота. Все с места в карьер. Увы, так сложилось. Ну а потом, по обстоятельствам. Отдых, встречи, возможно еще охота. Пребывание в Завидово планируется как минимум на два дня.
— Подарок генеральному секретарю когда вручать?
— Мы этот вопрос обговорим сегодня, но позже… — неохотно ответил генерал.
Тим перестал задавать вопросы и попробовал проанализировать, кто из руководителей Советского Союза будет на охоте.