Под присягой (ЛП)

— Я знаю. Ты мне говорила, — напомнил я ей, делая еще один шаг вперед.
— Ты окружной прокурор, и у твоего отца на тебя планы. Серьезные. Я имею в виду... — она дерзко рассмеялась. — Он сенатор, Оут. Моя мама работает ассистентом врача в больнице. И работает в кафетерии в другой больнице.
— Ну и что? — спросил я, хотя знал, к чему она клонит.
— Ну и что?
— Детка, иди сюда, — приказал я, загибая палец, испытывая удачу.
  
— Нет! Я оказываюсь рядом с тобой, и у меня в голове все переворачивается.
— Ладно. — Я вздохнул и двинулся. Быстро. В ту же секунду, как я оказался перед ней, я поднял Фернанду и перекинул через плечо.
— Оут! Отпусти меня.
— Нет. — Я легонько шлепнул ее. Она затихла. Я отнес ее на диван в гостиной и посадил к себе на колени. — В чем проблема, Фернанда?
— Они хотят с тобой познакомиться!
— Твоя семья? — предположил я, и она кивнула. — Хорошо. — Я пожал плечами. Она нахмурилась и уставилась на меня, как на сумасшедшего.
— Хорошо? Вот так просто?
— Что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? Я хочу встретиться с ними, — честно ответил я.
— Я тебя прошу! Ты хочешь познакомиться с шестью женщинами, которые составляют мою семью?
— Да. Да, — уверенно подтвердил я. — И я также хочу познакомиться с мужчинами твоих сестер.
— Почему?
— Почему? — я рассмеялся, покачав головой: — Как ты думаешь, Фернанда, что я делал здесь с тобой все это время?
— Я не знаю! — закричала она.
Я видел тревогу в ее глазах и чувствовал, как паника исходит из каждой клеточки ее тела.
— Дыши ради меня, детка, — попросил я, прижимая ее руку к своему сердцу. — Ты чувствуешь его? Оно твое.
— Твое сердце? — прошептала она. Ее губы дрогнули, и вид ее уязвимости и открытости, когда она призналась, что любит меня, заставил меня влюбиться еще сильнее.
— С каждым ударом.
— Малыш...
— Я люблю тебя, Фернанда Мартинес. Однажды, когда ты закончишь учебу и мы откроем любой бар или ресторан, который ты захочешь, и я женюсь на тебе.
— После?
— Раньше, если ты мне позволишь.
— Я бы не возражала.
— Хорошо. Мы можем подождать с детьми после, — добавил я, испытывая удачу, потому что был жадным ублюдком.
— Детьми? — ее глаза округлились. Она выглядела чертовски очаровательно.
— Я хочу всего этого с тобой, красавица.
— А что, если я не хочу детей? — она сделала усталое и настороженное лицо. — Я просто… Я никогда не думала, что это случится, ты и я, и мы... неужели я только что… Я не знаю.
— Все, что мне нужно, это ты. Все остальное — это бонус. В упор.
— Действительно? — она смягчилась.
— Правда, детка, я обещаю, — поклялся я.
Прежде чем я смог сказать что-нибудь еще, ее губы нашли мои. В ту ночь мы долго показывали друг другу, как сильно любим друг друга.
Сладко.
Нежно.
В ту ночь мы занимались любовью.
 Глава 14 
 Ферни 
— Я вызываю Фернанду Мартинес для дачи показаний, — прозвучал низкий голос Касси, и мое сердце забилось быстрее. Я взглянула на свою близняшку, сидевшую рядом со мной, и Фабиола сжала мою левую руку.
— Все будет хорошо, — прошептала она.
Моя улыбка дрогнула. Оут встретился со мной взглядом, сидя рядом с помощником окружного прокурора, который вел это дело.
Я была удивлена тем, как быстро все сдвинулось с мертвой точки, чтобы дело о нападении дошло до суда.
Приятно удивлена.
Я была готова оставить все это позади. Последние две недели, пока Оут с Касси готовились, мы были в напряжении. Я не могла его винить. Он тоже хотел увидеть парня за решеткой.
Я встала и направилась в переднюю часть зала суда, мельком взглянув на Оута по пути к трибуне. Боже, почему он так хорошо выглядит? На нем был мой любимый темно-синий костюм, черный галстук и белая рубашка. Наши взгляды встретились на долю секунды, прежде чем он ободряюще посмотрел на меня.
Я смотрела прямо перед собой, пока не добралась до места для дачи показаний. Судебный пристав остановился перед местом для дачи показаний и попросил меня положить правую руку на Библию.
— Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего, кроме правды?
— Клянусь, — кивнула я, и здоровяк отступил в сторону. А я села и уставилась на свои руки, лежащие на коленях.
— Мисс Мартинес, вы узнаете мужчину, сидящего рядом со стороной защиты? —раздался голос Касси.
Я подняла глаза туда, где сидел парень, напавший на меня. Он казался меньше, чем я помнила. В моих воспоминаниях о той ночи он был огромным. Но когда он сидел напротив меня в плохо сидящем костюме, он казался просто... жалким.
— Да, — прохрипела я, прочищая горло.
— Не могли бы вы, пожалуйста, рассказать суду, что произошло в ночь нападения? — мягко попросила она, и я кивнула.
Рассказывая обо всем, что произошло ночью, в хронологическом порядке. С того момента, как я заметила, как он подошел к бару, до того, как детектив Морено, который случайно оказался там и тоже стал свидетелем, арестовал его в тот момент, когда Рэнсом и вышибалы остановили его попытку напасть на меня, и всего, что было между ними.
К тому времени, как я закончила, я была совершенно измотана.
— Спасибо, мисс Мартинес. — Она ободряюще кивнула мне, прежде чем сесть рядом с Оутом.
Двери в зал суда открылись, и мое внимание переключилось на вошедших женщин. Моя мама и четыре другие сестры. Все они подошли и сели рядом с Фабиолой.
Я не знала, что они приедут, но решила, что они прислали Фабиолу убедиться, что со мной все в порядке. Мне следовало быть осмотрительнее. Может, у каждой из нас и были свои дела, но это не делало нас менее близкими.
Подлый адвокат этого мудака встал и начал задавать мне вопросы.
— Мисс Мартинес, вы сказали, что мистер Джонс схватил вас за задницу после того, как ударил барным стулом?
— Да.
— Во что вы были одеты? — он спросил.
Я застыла на своем стуле. Я перевела взгляд на мужчину, которому принадлежало мое сердце, и увидела огонь в его глазах. Он был зол.
— Протестую, ваша честь, — прорычал Оут, и Касси что-то прошипела ему.
— Протестую, ваша честь, — повторила она.
— Ваша честь, я просто пытаюсь показать, что мисс Мартинес, а также мисс Аддисон Коллинз были одеты вызывающе и напрашивались на то, чтобы их...
— Протест принимается, — объявил судья постарше и пристально посмотрел на адвоката защиты. — И я предупреждаю вас прямо сейчас, мистер Деверо, суд не потерпит такого рода допросов.
— Да, ваша честь, — пробормотал он, прежде чем снова обратить свое внимание на меня. Он подверг сомнению все, что я рассказал ранее, практически вынудив меня повторить все это испытание.
— О, и, мисс Мартинес, последний вопрос, — крикнул он, направляясь к своему месту. Из-за похотливой ухмылки его темные глаза-бусинки казались почти злыми. — С кем вы пошли домой после этого предполагаемого нападения?
— Возражаю, ваша честь. Какая разница, с кем мисс Мартинес ушла домой? — вмешалась Касси и спросила.
Седовласый судья, казалось, был недоволен, когда его взгляд переместился на Оута, и он слегка покачал головой, прежде чем взглянуть на мистера Деверо.
— Я просто пытаюсь показать, что суд должен прекратить это разбирательство, потому что обвинение не может быть беспристрастным.
Судья долго смотрел на адвоката защиты, прежде чем покачать головой.
— Протест принимается.
Мистер Деверо сердито посмотрел на него и сел.
— У защиты нет вопросов, — пробормотал он.
Я уже собиралась повернуться, чтобы спросить судью, могу ли я уйти, когда услышала, как Оут прочистил горло.
  
— Ваша честь, обвинение просит провести перекрестный допрос свидетеля в частном порядке. — Я села по просьбе Оута. Он не должен был ничего говорить. Никогда, ни разу за все время, что мы практиковались в допросах, такого не случалось.