Под присягой (ЛП)

Я не была уверена, была ли я в шоке или просто приходила в себя от избытка адреналина от того, что произошло, но все, что я, казалось, была в состоянии сделать, это моргнуть.
Моргнуть и позволить Оуту позаботиться обо мне.
Я устала бороться с влечением после прошлой ночи. Я весь день с нетерпением ждала встречи с ним. Отвлекалась. Чувство вины терзало меня. Возможно, если бы я была внимательнее, того придурка в баре вышвырнули бы раньше. Но я только улыбнулась и кивнула, витая в облаках. Парень продолжал болтать о своей женщине. Своей бывшей. Но в этом не было ничего необычного, когда ты работаешь в баре.
  
Как бармен, вы слышите самые разные вещи от людей из самых разных слоев общества.
Чего я не заметила, так это того, что мужчина, вероятно, пришел уже пьяным. Адди подошла ко мне, чтобы сделать перерыв. Он приблизился к ней как раз в тот момент, когда подошла группа руководителей, и мне пришлось помогать другому бармену с заказом. Когда я возвращалась, увидела парня, его руки лежали на заднице очень напряженной Адди, а другая рука направилась на юг и под ее платье.
Я не подумала.
Я просто отреагировала.
Моя мама всегда говорила, что из-за такой резкой реакции у меня могут возникнуть проблемы. Парень в приступе ярости швырнул барный стул, когда она ударила его коленом, и это случайно задело меня. Но когда он увидел меня на полу, его внимание переключилось на меня.
Я задрожала при мысли о его грубом голосе и грубых руках на моей спине. О том, как его липкие прикосновения ласкали и притягивали меня ближе. Когда я боролась с ним, он ударил меня тыльной стороной ладони.
Шум на кухне привлек мое внимание, и я почувствовала, как у меня поджимаются губы. Оут наливал горячую воду в кружки, когда оглянулся через плечо.
— Как дела у моей девушки? — он спросил.
Мои губы задрожали.
Его девушка.
Боже, как бы я хотела, чтобы это было правдой. Что все может быть так просто. Но я знала, что это не так. Я была у него дома из-за растущего влечения. Что бы ни случилось сегодня вечером, это будет лишь поводом для беспокойства. Я не могла позволить себе отвлекаться.
— Я в порядке, — улыбнулась, не уверенная, честна я или нет. Он принес поднос с коробкой и двумя кружками, прежде чем поставить его на кофейный столик перед диваном. Дом Оута был прекрасен. Все современные, чистые линии. Необычайно чисто. — У тебя есть коробка чая, — заметила я.
— Ты свернулась калачиком.
— Калачиком? — я посмотрела на себя сверху вниз. — Наверное, так оно и есть.
Я поморщилась, прежде чем выпрямиться.
— Лучше? — спросил он, опускаясь передо мной на колени.
— Да.
— Ты уверена? — его взгляд был прикован к моим рукам, лежащим на коленях. Я не заметила, как они задрожали. Я вытянула пальцы и сжала их в кулак.
— Я просто… Кажется, я просто прихожу в себя от избытка адреналина.
— Черт. — Он вытер руки о бедра и сел, прежде чем усадить меня к себе на колени.
— Оут, — прошептала я, но не стала сопротивляться. Я просто устремилась вперед и устроилась поудобнее, когда он обнял меня своими длинными сильными руками.
— Я думал, чай поможет, — пробормотал он. — Это было глупо. Прости.
— Обычно я не любитель чая, — я поджала губы и поморщилась.
— Не делай этого, детка. Тебе больно? — он не отрывал взгляда от моего лица.
Я пожала плечами.
— Немного, — призналась я и приготовилась возненавидеть себя за то, какой уязвимой я была. Но ничего не произошло. В объятиях Оута я чувствовала себя в безопасности.
— Что могло бы помочь?
— Пицца и пиво? — выпалила я, не подумав, ответив слишком честно. И поскольку ничего не могла с собой поделать, я продолжила: — И пончики.
— Не вопрос. — Он подмигнул, но не двинулся с места. Оут просто полез в карман и открыл приложение для доставки еды.
— Любимые начинки?
— Я съем все, что угодно.
— Детка. — Он бросил на меня взгляд, как будто говоря, что одно это слово все объясняет.
— Пепперони с грибами. — Я без особого энтузиазма поддакнула и могла поклясться, что увидела, как его взгляд немного смягчился.
— Хорошая девочка.
Я покраснела от его похвалы.
— Ладно, я тебе половину отдам...
— Фернанда, — предупредил он. Я опустила взгляд на свои руки, борясь с желанием улыбнуться. Почему мне так понравилась его деятельность? — Позволь мне позаботиться о тебе, хорошо?
— Оут...
— Пожалуйста, красавица?
— Хорошо, — прошептала я, слишком легко сдаваясь. Но кто бы на моем месте мог поступить иначе? Я положила голову ему на плечо.
Мои руки поднялись, чтобы коснуться пуговиц на его рубашке, пока он щелкал по экрану. Не прошло и пяти минут, как он отложил свой телефон в сторону и притянул меня еще ближе. Его рука обхватила мое лицо.
— Как ты? Правда?
— Правду? — я уставился на него.
Он кивнул.
 Как у меня дела? 
Мне больно и немного тревожно. Я волновалась, потому что мне было слишком хорошо в его объятиях. Боялась, что мне понравится там находиться, и как только он попробует, он променяет меня на какую-нибудь другую блестящую игрушку. Грустно, что Адди, которая так сильно напомнила мне одну из моих сестер, подверглась нападению.
— Я не понимаю, почему я здесь, — мой голос дрогнул, но Оут не отпустил меня. Он просто смотрел на меня, пока я продолжала извергать слова. — Я хочу знать, почему некоторые парни просто не понимают, когда девушка вдвое моложе их говорит, что ей это неинтересно. Почему мужчинам нравится бить, когда они пьяны, — я наморщила нос.
Мой голос звучал хрипло от переполнявших меня эмоций. Я чувствовала, как все внутри меня сжимается. Дышать было почти невозможно. В голове у меня был полный беспорядок.
Полнейший беспорядок — результат того, что произошло этой ночью.
Густые мужественные брови Оута, озабоченно сдвинутые к переносице, тронули мое сердце. Это смягчило что-то внутри меня, что, как я думала, никогда не могло вызвать нежности.
— Я не это имела в виду, — прошептала я.
— Какую часть? — его рука медленно погладила мои волосы.
Я крепко зажмурилась.
— О том, что я не понимаю, почему нахожусь здесь. Мне нравится, что я здесь. В объятиях. Мне нравится быть здесь с тобой.
— Я знаю, детка.
— Я просто устала и... — и мой голос задрожал, когда тревога и паника охватили меня.
— Отпусти это, малышка, — прошептал Оут у моего виска.
Что-то во мне сломалось. Слезы превратились в тихие всхлипывания. Его руки крепко прижимали меня к себе, впитывая все, пока я держалась за его рубашку. Крепко.
— Ш-ш-ш… Я с тобой. Все в порядке. Ты в безопасности. Адди в безопасности.
— Он просто... — я покачала головой. — Такой грубый и подлый и... — я икнула.
— Я с тобой, Фернанда. Обещаю, ты в безопасности. — Его губы коснулись моих висков. — Я с тобой. Отпусти это, — подбодрил Оут, и я это сделала.
Я не смогла сдержать слез, но если он и был в ужасе, то никак этого не показал.
Он также не отпустил меня.
Оут прижал меня еще крепче. Ближе. Не в мерзком смысле, а в любовном. Тот, который, как я понимала в глубине души, в конечном итоге окажется более опасным. Потому что из-за этого я влюбилась в него еще сильнее.
Я! Единственная женщина в моей семье, которая не верила в любовь.
Как только мои слезы иссякли, я отстранилась. Прежде чем я успела вытереть их, он сделал это для меня. Я растаяла от его прикосновений. Я бы никогда никому не позволила так заботиться обо мне. Ближе всего я была к своим сестрам. И даже тогда я была сильнее всех из нас шестерых. Мой взгляд упал на его грудь, и я ахнула, когда поняла, что его рубашка мокрая от моих слез.
  
— Оут! Прости. Нам нужно промокнуть это...
— Чш-ш-ш, — он прижался своим лбом к моему. — Все хорошо. Ты в порядке.
— Оут… — я открыла и закрыла рот, пытаясь подобрать правильные слова.
— Никто и никогда больше не причинит тебе такой боли. Я обещаю тебе, — поклялся он.