Посланники Нибиру
Глаза Сыырхада округлились, практически вывалившись из орбит, тонкая струйка крови скопилась в углу рта, потекла на подбородок. Ногти жертвы, уже не надеясь на успешную контратаку, царапали обнаженную кожу Филина, оставляя темные бордовые борозды.
Оттолкнуть! Ослабить хватку! Все тщетно…
В ход пошли кулаки. Удары сыпались на плечи и грудь нападавшего, но были неточными и с каждым мгновением становились все слабее. Лицо Сыырхада покрылось алыми прожилками, посинело, взгляд помутнел и остановился.
Руки безвольно повисли вдоль тела.
Филин, словно тряпичную куклу, приблизил потерявшего опору противника к себе, заглянул в глаза.
– Никто никогда не уходил от Инвара Сабо живым…
Его шепот коснулся угасающего сознания Сыырхада – он это понял по темной тени, мелькнувшей на дне его глаз. И в тот же момент Филин ослабил хватку и отвел руки в стороны, холодно наблюдая за тем, как оседает тело Сыырхада на пол.
Постояв над ним еще мгновение, Филин направился к своему импровизированному рабочему месту. Набрав нужную команду, он использовал динамики внутренней связи как микрофон, склонился к нему.
– Внимание команда, – проговорил. – К вам обращается Филин… Думаю, нет нужды представляться подробнее, наверняка вы обо мне уже наслышаны… Господин Сыырхад ГорГорра скончался мгновением назад. Я успел принять командование фрегатом «Концор» у него. Все, кто готов принять меня в качестве своего нового капитана, прошу оставить на время рабочие места, включить локацию и выйти к рубке. Остальных прошу пройти к шлюпкам, вы будете эвакуированы… Я понимаю, что вас с Сыырхадом связывали общие цели и идеалы. Но, хоть и наши идеалы несколько… кх-кх… разнятся, я придерживаюсь тех же целей. Надеюсь, мы сработаемся. Времени у нас не так много, поэтому прошу поторопиться с выбором.
Он отключился.
Перебросив сигнал на все имеющиеся мониторы, включая те, что были установлены на капсулы гиперсна, он включил камеры и, скрестив руки на груди, наблюдал за тем, как команда приняла новости. Кто-то был шокирован, кто-то возбужденно доказывал что-то коллегам. Его интересовали лишь те, кто встал со своих рабочих мест, активировал локации и направился к рубке. Не слушая возражения, они постарались поскорее покинуть рабочие зоны, технические помещения и зоны отдыха, чтобы оказаться в носовой части корабля. Он видел, как на распахнутой схеме корабля мигают желтые огоньки локаций, как текут они по коридорам, собираясь небольшим озерцом у рубки.
– Что ж, тоже неплохо. – Инвар подсчитал количество примкнувших к нему. Примерно треть команды. Пробежав взглядом отсеки, он проверил, что там не осталось золотых маячков и заблокировал двери.
Главный пульт управления медблоком стал главным пультом управления кораблем и его жизнеобеспечением. Подавленный искин послушно приготовился совершить казнь. Филин усмехнулся:
– Надеюсь, никто из вас в самом деле не надеялся, что я отпущу вас с этой посудины?
Методично, один за другим, он прокручивал джойстики системы жизнеобеспечения, стравливая дыхательную смесь из заблокированных отсеков назад в систему, отключая протоколы защиты. Не подчинившиеся ему члены команды «Концора» даже не сразу сообразили, что происходит. Кто-то еще спорил, кто-то пытался связаться с внешним миром. Сперва они обратили внимание на смолкшие фильтры очистки воздуха, переглянувшись, потянулись к соплам, чтобы проверить. Кто-то побежал к переборкам, обнаружил, что они перекрыты и стал барабанить по ним. Механики пытались вскрыть блок управления – Инвар уже отключил их от питания и удалив из сети искина. Они пытались взломать его силой, чем вызвали улыбку креонидянина – переборки делались так, чтобы обеспечить жизнедеятельность экипажа в случае разгерметизации корабля. В нынешней ситуации они стали очень надежно скроенным гробом.
Когда он активировал откачку воздуха, внутри разразилась настоящая паника. Экипаж бросился за индивидуальными средствами защиты, натягивал маски, подключал баллоны с дыхательной смесью. Филин позволил им это сделать. Чтобы перейти к следующему этапу – он отключил теплообмен и радиационную защиту. Если эти люди не догадаются помочь друг другу и умереть быстро, они будут умирать от нескольких часов до нескольких суток.
Филин неторопливо прошел к боксу, в котором остались его вещи, надел просторную рубашку и обулся. Он бы предпочел свою одежду, но она оказалась испорчена, придется обзавестись новой. А пока – он огляделся – пора принять управление кораблем и сделать первые шаги к своей цели.
* * *За две недели до ареста Хаско Болла, борт фрегата управления сопровождения следственных действий «Тольда»Кабинет начальника криминальной полиции едва вместил всех участников совещания.
За столом сидел хозяин кабинета. Напротив него, у брифинг приставки, положив ногу на ногу и удобно устроившись – начмед «Тольды» Анатолий Духов. Рядом с ним по правую руку – Корсаков. Напротив, едва уместившись за столом, примостились широкоплечий Чайка и Крыж. Чайка был еще бледен, то и дело поворачивал вправо и влево голову, будто разминая затекшую шею и прислушиваясь к пульсирующей в затылке боли. Духов с прищуром поглядывал за этими манипуляциями, но не комментировал, выглядел вполне спокойно.
В углу, на диванчике, почти заняв его целиком мрачно помалкивал Яль Нирих.
– Надеюсь, все со всеми вводными познакомились? – спросил Теон, окинув взглядом присутствующих.
Все кивнули более или менее охотно. Нирих насупился и помрачнел еще сильнее, шрам на щеке побагровел, а взгляд продолжал метать молнии. Теон сделал вид, что ничего не замечает.
– Хорошо. Тогда приступим. Глеб, докладывайте, что вам удалось выяснить.
Корсаков откашлялся, активировал персональный креоник, отправив изображение на общий, закрепленный на стене, монитор.
– По нашему запросу служба экологического мониторинга проверила данные по квадрату, в котором произошло столкновение Влада с Инваром Сабо, известным как Филин. Помимо кораблей управления сопровождения следственных действий в квадрат заходило два судна. Нас привлекло вот это, – он подвел курсор стилуса к нужной точке. – Фрегат конфигурации «Домасск», бортовой номер согласно номенклатуре 23–13. Приписан к порту Флоре́ль, под юрисдикцией Креониды. По оперативным данным этим бортом пользуется некто Бози́лис Тор, более известный как глава мятежников Сыырхад ГорГарра.
Нирих, внимательно слушавший доклад, присвистнул, бросив:
– Я знаю этого парня, он такой же мятежник, как я балерина, он и шагу не ступит без решения Совета галактики.
– Но между тем, он возглавляет переходное правительство Пограничных секторов и представляет интересы свободных колоний.
Нирих презрительно фыркнул, пробормотав презрительное «политикан». Теон грозно посмотрел на него и перевел взгляд на Корсакова:
– Продолжай.
– Пеленг фрегат не зафиксировал, его удалось отследить только по топливному следу и методом расчета траектории от точки дозаправки, где он, естественно, проходил с открытым пеленгом… Иначе бы его никто не опознал и топливо не отгрузил.
– То есть ты считаешь, Филина подобрал ГорГарра? – перешел к главному Теон, опуская технические подробности – все они были в отчете, и представляли интерес только как оперативная информация, в обвинительное заключение такие доводы, увы, не прикрепишь.
Корсаков кивнул, посмотрел на Крыжа, передав ему право продолжить доклад. Тот кивнул, подтверждая доводы Глеба.
– Да. После выхода из сектора, фрегат двигался на марше, затем, судя по изменившемуся топливному следу, включил инерционные двигатели и изменил курс, выйдя в короткий срок в сектор «Фавна», где встретился с послом Креониды Флаксом Топером.
– А вот это интересно, – Теон прищурился. – А эту встречу удалось зафиксировать в полном объеме?
– Это не совсем наша компетенция, но… – Крыж и Корсаков переглянулись и смолкли.
– …Но вы залезли в базу контрразведки. – догадался Теон, делая пометку в креонике, чтобы не забыть и созвониться с шефом внутренней безопасности Суомо Легридом раньше, чем о самоуправстве Крыжа Легриду доложат коллеги из смежного ведомства. – И что обнаружили?