Бездыханные ІІ (СИ)

— Ну? Ты как? — тихо спросил он, почувствовав, что я расслабилась, и немножко отстранился, чтобы взглянуть на мое лицо.
Я попыталась улыбнуться, и это получилось, хоть улыбка и выглядела вымученной.
— Лучше. Спасибо тебе большое.
Грим улыбнулся и встал с корточек. Смахнув с лица челку с красными (а они оказались именно красными) прядками, он протянул мне руку и воодушевленно произнес:
— Вот и отлично. А теперь пошли.
Я удивилась.
— Куда?
— Как куда? Исцелять твое разбитое сердце! Доверься мне, я помогу тебе забыть все печали, что гложут твою душу.
Его слова меня удивили, но я почему-то не могла сказать «нет». Наоборот, мне казалось, что он действительно поможет мне хоть немного унять пульсирующую боль в груди. Тихий отголосок воспоминаний о Крисе на секунду появился в голове и пробудил ощущение измены ему и нашим отношениям. Но это чувство исчезло мгновенно, как только разум вспомнил всего одно слово: «баловство». Как можно изменить парню, для которого ваши отношения были только баловством? Верно — никак.
И равнодушно, в полном эмоциональном опустошении, я подала Гриму свою руку.
— Молодец, — сказал он, улыбнувшись шире. — Не волнуйся, скоро ты забудешь все печали.
— Полагаюсь на тебя, — тихо ответила я, вымучено улыбнувшись.
— Вот и отлично! Итак, подожди тут две минуты, — сказал он и, положив на землю чехол с гитарой, сорвался с места и побежал к выходу из стадиона, оставив меня ошарашено стоять. Вернулся Грим, как и говорил, ровно через две минуты.
— На! — он протянул мне руку, в которой была плитка шоколада. — Для начала, попробуем мой метод поднятия настроения. Съешь ее всю сразу.
— Всю сразу? — неуверенно переспросила я, беря у него из рук шоколад.
— Да, всю сразу, — кивнул он, кидая себе в рот две мармеладки из своего пакетика. — Уже.
Следуя его указанию, я послушно развернула упаковку и откусила кусочек шоколада. На то, чтобы расправится с целой плиткой, у меня ушло не больше трех минут. После этого, отпив сока, который вместе с шоколадом принес Грим, я почувствовала, как этот небольшой перекус странным образом подействовал на меня успокаивающе. Нет, я не почувствовала сытости и вкуса, просто боль из груди ушла и думалось намного легче. Это меня удивило и порадовало одновременно. Все-таки, эффект плацебо никто еще не отменял.
Дальше мы с Гримом вышли из стадиона, и он повел меня в сторону центра города. Было почти шесть и на улице гуляло полно народу. Мы прошлись по главной улице, от начала и до конца, причем шли быстро, будто бы спешили куда-то, при этом я часто отставала.
— Почему мы идем так быстро? — непонимающе спросила я, когда мы почти дошли до конца улицы.
— Движение мешает мышлению, — ответил Грим. — Если ты двигаешься, то вся энергия уходит в мышцы, при этом меньше поступая в мозг, и думать становится сложнее. А в нашем случае лишние мысли только помешают.
Я протянула длинное «а-а-а» и больше вопросов не задавала.
Через двадцать минут я заметила, что мы вернулись к тому месту, откуда начали идти. Неожиданно Грим остановился и резко развернулся ко мне. Я от такой неожиданности чуть было не врезалась в него.
— Конфетка, а у тебя пробиты уши? — внезапно спросил он.
Это было настолько неожиданно, что я даже не сразу поняла, о чем это он.
— Э… нет.
— Отлично, пошли.
И, взяв меня за руку, Грим направился опять вперед по главной улице. Но в отличие от первого круга прогулки, на сей раз мы шли всего пять минут, после чего парень завел меня в какое-то здание. Это оказался пирсинг-салон. Я была настолько удивлена и не поспевала за тем, что происходит, что даже не заметила момента, когда мою правую мочку уха что-то проткнуло. То же самое произошло и с левым ухом. Как только эта процедура была завершена, меня подвели к небольшому настенному зеркалу.
— Видишь, — сказал Грим, став сзади и убрав мне назад волосы, — у той девушки, которая поругалась со своим парнем, и которая сидела на стадионе, уши были не пробиты. Вывод — это была не ты, поэтому и грустить тебе нету смысла.
 
Я пару раз удивлено моргнула, разглядывая серебряные капельки в ушах и первый раз, за время после ссоры с Крисом, засмеялась.
— У тебя странная логика.
Грим улыбнулся.
— Какая есть.
После этого парень повел меня в развлекательный центр, где я всю свою злость выместила на игровом автомате с пистолетиками, расстреливая летающих уток. Спустя полчаса игры на автоматах мы пошли играть в боулинг. Признаюсь, играю в боулинг я паршиво, но Грим заявил, что это не имеет значения и что он тоже не спец в этом деле. Но каким-то чудом на третьем заходе мне удалось выбить чистый страйк.
— Да! — крикнула я и на радостях сжала в объятиях стоящего рядом Грима, от чего тот начал смеяться.
Внезапно его черные очки немного сползли на переносицу, и парень поспешил их поправить. Но я заметила это и решила наконец-то задать давно интересующий меня вопрос.
— Почему ты их вечно носишь?
— Ну, — замялся он, — просто мои глаза немного не такие, как у всех.
Я удивленно приподняла бровь. «Какие это у него могут быть глаза, что нужно обязательно их скрывать, а? Без зрачков, что ли? Или один глаз больше другого? Или красные, как у…». Я мысленно запнулась от неожиданно появившейся догадки. «А вдруг у Грима красные глаза, как у… того Луки? Вдруг Грим демон? Точно, как же я раньше об этом не подумала! Но… он же не похож на демона. Он же хороший, да?»
Собственные мысли заставили меня усомниться в Гриме. Я даже почувствовала, как по телу, от страха, прошлась волна дрожи. Но нельзя на все сто верить догадкам, нужно еще их проверить. И сделать это нужно было прямо сейчас. И если мои опасения подтвердятся, то единственное, что мне останется — это бежать, бежать сломя голову от этого демона.
— Пожалуйста, — неуверенно начала я, — я хочу увидеть твои глаза.
Улыбка слетела с губ парня, и он стал серьезен. Несколько секунд мы оба стояли неподвижно, друг напротив друга. Через полминуты Грим глубоко вздохнул и произнес:
— Хорошо.
Опустив голову, он поднес к лицу правую руку и медленно снял черные солнечные очки. Когда его голова поднялась, я наконец-то смогла разглядеть то, что все это время скрывали затемненные стекла. Первое, что я почувствовала, увидев глаза парня, это огромное облегчение — они были не красными, как у Луки. Второе, что я почувствовала — это такое же огромное удивление. Дело в том, что правый и левый глаз Грима имели одно существенное отличие. Нет, они были одинаковы за размером и формой — просто правый глаз парня был карим, а левый голубым. Я слышала о таких людях, но самолично видела подобное впервые.
— Вау, — выдохнула я восхищенно, — круто.
Грим удивленно приподнял брови.
— Тебя это не отталкивает? — спросил он.
Теперь удивилась я.
— Да нет, вообще-то. Наоборот, мне кажется, что это прикольно.
Услышав мой ответ, парень прыснул от смеха и смахнул с лица пряди челки.
— А я-то думал! Если честно, то я обычно хожу без очков, просто, когда увидел тебя на стадионе, то подумал, что тебе будет легче общаться со мой, когда я в очках, чем так.
— Ну да, разноцветные глаза меня должны были удивить, а солнечные очки ночью — нет. Повторюсь, у тебя странная логика. Незачем было маскироваться. У тебя нормальные, красивые глаза! И вообще, друг, на дворе двадцать первый век! Такими глазами ты можешь даже хвастаться перед другими.
— Спасибо, — улыбнулся Грим. — Зато теперь я тебя могу нормально видеть, а то очки только мешали. И кстати, ты бледнее, чем кажется на первый взгляд. И кожа у тебя вечно холодная, как я раньше заметил. У тебя нормально кровообращение? И еще, ты нормально видишь? Мне кажется, у тебя слишком сухие глаза. Есть специальные капли, которые увлажняют глазное яблоко и защищают от пересыхания. Попробуй, возможно, поможет.
— Да нет, все нормально, — быстро сказала я, отводя взгляд.
Его слова хоть и взволновали меня немного, но зато полностью откинули все мои догадки. Грим был человеком, простым человеком, и это меня успокоило.