Бездыханные ІІ (СИ)
Но сейчас Локки сидел на полу весь бледный и в холодном поту лишь оттого что прочел одну страницу какой-то книги. Я насторожилась.
— Что там написано?
Локки взглянул на меня, и уже было хотел что-то сказать, но Крис быстро схватил его за плечо, а другой рукой прикрыл ему рот.
— Тихо, а ни то малышка Лейт посетит тебя во сне!
От его глупой, как по мне, угрозы Локки побледнел еще сильнее. Видно, он прочел что-то, что придает этим словам другой какой-то странный смысл. Увидев, что он молчит, Крис усмехнулся и отпустил парня.
— Придурок, — прошипел Локки и отпихнул от себя Криса рукой от чего тот опять засмеялся.
Я поняла, что мне никто ничего не скажет, поэтому взяла эту книгу и поставила возле себя, чтобы не забыть забрать, и взялась за оставшиеся книги.
Опять тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаги. Никакой стоящей информации в тех шести книгах, которые я пролистала от корки до корки, не было, только легенды и истории почти не относящиеся к тому, что нам было нужно. Этот огромный поток ненужной информации сбился в моей голове в один большой комок и мешал нормально думать. Поэтому я решила немного передохнуть и, закрыв глаза, завалилась назад на твердый пол.
— У меня перерыв, — проинформировала я присутствующих.
— Тогда будь добра — сделай мне кофе, пожалуйста, — сказал Локки не отрывая взгляда от своей книги.
— И мне! — отозвался Крис.
Я возмущенно фыркнула и, приподнявшись на локтях, окинула их недовольным взглядом. Потом встала на ноги и скрестила руки на груди.
— Ну что ж, Локки я сделаю кофе, он ему нужен, а вот вам, мистер Сернари, это без надобности. Поэтому не будем зря переводить продукт.
И, развернувшись на пятках, под возмущенный возглас Криса, вышла из библиотеки.
* * *Кухня в особняке, как ни странно, имелась и вполне исправно работала, не смотря на стиль жизни его обитателей. Это была средних размеров комната, выполненная в теплых тонах, с большими окнами и широкой аркой, которая вела в столовую. Но даже если тут и были современная мощная плита и духовка, микроволновка, разные комбайны и прочая техника, дизайн кухни был выполнен так, что все эти приборы идеально вписывались в старинный стиль комнаты. Вернее, их попросту не было видно. Плиту накрывала такая себе крышка в виде нарезочного стола. Дверца духовки была сделана из двух слоев, внутренний слой был металлическим, а наружный — деревянным, так что на первый взгляд она выглядела как простой шкафчик. В таком же стиле был выполнен и холодильник. А за нормальными шкафчиками, которые увешивали всю дальнюю стену кухни, скрывалась остальная мелкая техника, и прочие приспособления. Посреди кухни размещался большой нарезочный стол. Вся посуда и сервиз находились в большом шкафчике с прозрачными дверцами, возле которого были и маленькие тумбочки для мелких столовых приборов: серебряных вилок, ножей и ложек разной формы и предназначения. Завершали общую картину несколько серебряных канделябров на стенах и кухонная утварь из темного дерева, одиноко стоявшая в углу комнаты возле кадков с цветами.
Я достала из верхнего шкафчика турку, сыпнула туда кофе, налила воды, и поставила на плиту. Готовый напиток я разлила в две небольшие чашки и пошла обратно в библиотеку.
— А Мелори не взбесится из-за того, что вы носите сюда напитки? — спросила я у Криса, отдавая ему и Локки кофе. Я все-таки решила выполнить его просьбу в благодарность за его помощь.
— Спасибо, — сказал он, забирая у меня чашку. — Она и Данте в данный момент отсутствуют, так что никто не узнает…надеюсь. Тем более, теоретически это ты их сюда притащила.
Я закатила глаза и плюхнулась обратно на свое место. Но не успела я взяться за очередную книгу, как нас окликнул Локки.
— Эй, народ, похоже, я что-то нашел.
Мы с Крисом взглянули на него. Сейчас лицо Локки выглядело довольно серьезным, а от усталости не осталось и следа. В его руках лежала довольно большая старая книга в кожаном переплете и пожелтевшими страницами. Он отложил свою чашку вбок и придвинулся ближе к нам так, что мы все трое смогли разглядеть то, что было в его книге.
— Вот тут, — указал он нам на нужную строчку.
Крис проследил за его пальцем и прочел в голос:
— Демоны — от древнегреческого «божество» — в мифологии название сверхъестественных существ, полубогов и духов, занимающих промежуточное место между людьми и богами. В древних источниках разницы между «богами» и «демонами» как таковой почти не наблюдается. Только спустя некоторое время в христианской традиции, как и иудаизме, произошла дальнейшая эволюция термина, после которой демонами стали именоваться все сверхъестественные существа и боги, принадлежащие языческой традиции и противящиеся единому Богу. Спустя недолгое время, понятие «демон» стало синонимом понятию «зло». Вместе с тем христиане верили, что демоны, это существа, которые служат Дьяволу, тому, кто в Библии — священной книги христиан — и есть само Зло.
Тут он замолчал и, пройдясь по нескольким строчкам глазами, недовольно заявил:
— Да это и так известно. Это бесполезная информация.
Я кивнула, соглашаясь с Крисом. На это Локки лишь хмыкнул и указал на строчку, на несколько абзацев ниже того, что Крис прочел.
— Читай дальше.
Крис послушно начал читать с того места, где он показал:
— Смертный грех — так христиане называют грехи, которые, по их мнению, ведут к гибели души. Вопреки распространённому заблуждению, концепция «Семи смертных грехов» не является частью христианского вероучения, но служит одним из возможных способов описания греховности человека. В Новом Завете указывается только один грех, который не будет прощен человеку — это грех на Святого Духа. В Книге Притчей говорится, что Господь ненавидит семь вещей, что Ему противны: гордый взгляд; лживый язык; руки, проливающие невинную кровь; сердце, кующее злые замыслы; ноги, быстро бегущие к злодейству; лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями. Библия не приводит точного списка грехов, но предостерегает от их совершения в десяти заповедях. Список восходит к восьми помыслам Евагрия Понтийского, которые были переведены в католических молитвах следующим образом: Gula; Fornicati; Avaritia; Tristitia; Ira; Vanagloria; Superbia. В 590 году папа Григорий Великий пересмотрел список, сведя отчаяние к унынию, тщеславие к гордыне, добавив похоть и зависть, и убрав блуд. В результате получился такой список: похоть, чревоугодие, жадность, уныние, которое в некоторых источниках заменяется ленью, гнев, зависть и гордыня. Спустя некоторое время семь смертных грехов стали связывать с семью демонами, олицетворявших эти грехи. Информации о демонах имеется недостаточно. На данный момент известны лишь три имени: Вельзевул, Бельфегор и Асмодей. Остальная информация расплывчата, а факты противоречат друг другу. Поэтому точного списка на сегодняшний день не имеется.
Крис замолчал. Пару секунд он над чем-то размышлял, а потом открыл книгу на первой странице и указал на дату, написанную в самом низу.
— 1605 год. Значит, на тот момент о самих демонах семи смертных грехов было известно.
— Но мало, — уточнила я его мысль.
Крис кивнул и, еще немного поразмыслив, подал книгу Локки.
— Еще что-то нашел?
Тот покачал головой.
— К сожалению нет. Это все что можно было взять из этой книги.
— Значит, — тяжело вздохнула я, — будем искать в остальных.
— Согласен, но перед этим…
Локки потянулся к своему рюкзаку, который валялся в двух метрах от него и который парень всегда носил с собой. Из внутреннего кармана он достал средних размеров блокнот и ручку. Открыв блокнот на чистой странице, он начал делать в нем какие-то записи. Закончив писать, Локки заговорил:
— Итак, на данный момент нам известны имена пяти демонов: Лилит, Бельфегор, Люцифер, Вельзевул и Велиар.
— И Асмодей, — подсказала я.
— Нет, Асмодей не в счет. Ведь если верить твоим словам, то Лилит забрала у него титул похоти. Значит, он автоматически выключается из списка.