Месть. Никогда не прощу (СИ)

Сейчас в мире существует только одно лицо с тенью недоумения в глазах, лицо человека, который должен стать моим союзником или... Нет, даже думать об этом страшно.
- Добрый день. Прошу прощения, что прорываю ваш разговор, но, Тимофей. Нам нужно срочно поговорить. Ты не мог бы прерваться? 
- Альбина, привет. Я немного занят. Подожди, пожалуйста, в приемной. У меня сейчас встреча закончится, и мы с тобой поговорим. А еще лучше давай в кафе внизу через час, - он улыбается, но в глазах тревога, словно я могу сорвать ему что-то важное своим появлением.
  
- Нет, я не могу ждать столько времени, Тимофей. Это очень срочный вопрос, - губы дрожат, и я резко закусываю нижнюю, чтобы остановить эту предательскую слабость. Нет, я не позволяю себе дать слабину в надежде на поддержку, которой так не хватает.
- Альбина, если тебя интересует, где Марк, то он на выездной встрече. По остальным вопросам, повторюсь, у меня сейчас у самого встреча. Давай позже, - Тимофей вздыхает, его пальцы сжимают ручку так, что костяшки белеют. 
Он не хочет этого разговора, но у него нет выбора. Как и у меня.
- Тимофей, тебе стоит прервать свою деловую встречу. То, что я хочу с тобой обсудить, намного важнее, и в том числе важно для всех твоих будущих деловых встреч. Прервитесь ненадолго, - каждое слово дается с трудом, будто я выдавливаю их сквозь ком в горле.
Незнакомец фыркает, и его губы растягиваются в ухмылке. Он откидывается на спинку кресла, скрещивает руки на груди. Его взгляд тяжелый, оценивающий, медленно ползет по мне, от каблуков до растрепанных волос. Мне хочется закричать, чтобы он перестал, но вместо этого я лишь сильнее расправляю плечи, чувствуя, как внутри все сильнее пульсирует ярость.
- Дамир Артурович, простите, но сами понимаете… Женщины. Бывает, проще уделить им время, чем объяснять, почему не можешь этого сделать, - Тимофей разводит руками, обращаясь к незнакомцу, его улыбка фальшива, как и этот тон, будто он извиняется за капризного ребенка. Плевать, лишь бы мы поговорили.
- Когда женщина красива, ей можно многое простить. Я все понимаю. Подожду, - голос незнакомца низкий, бархатистый, но в нем слышится насмешка, будто он знает какую-то тайну, которая мне недоступна, но это уже просто накрутка самой себя.
Я резко отворачиваюсь к окну, где за стеклом город, такой далекий и безразличный. Река внизу прекрасна, но сегодня ее красота не трогает. Все внутри сжалось в тугой узел, каждый вдох дается с трудом. Мне не до радостей жизни, увы.
- Благодарю. Уверяю, это не займет много времени. Можем продолжить позже или перенести. Например, завтра совместить обеды. Мы все равно обсудили с вами основные моменты и нужно их доработать.
- Хорошо. Я посмотрю, что у меня завтра на это время. Сориентируемся. Через секретаря передам ответ. До встречи, Тимофей.
Незнакомец встает, и его тень на мгновение падает на меня. Когда он проходит мимо, в нос ударяет терпкий аромат древесины и цитрусов, дорогой, уверенный, как и он сам. Его рука на мгновение задерживается на моем плече, будто проверяя, дрогну ли я, но я застываю, как статуя, не давая ему этого удовольствия. А потом он убирает руку, сделав вид, что убрал соринку.
Дверь закрывается с тихим щелчком, и только теперь я понимаю, что вся дрожу. Но это не страх. Это ярость, которая клокочет внутри, как лава, готовая вырваться в любую секунду.
- Альбина, ты что творишь? Какого черта ты так врываешься? - Тимофей резко поднимается из-за стола, опрокидывая стакан с водой. Холодные капли растекаются по полу, но он даже не замечает. Его глаза, обычно спокойные, теперь горят праведным гневом. - Вы что там с Марком поругались? И ты пришла мне на него жаловаться?
- Нет, не поругались, - отвечаю, подходя к столу и сажусь туда, где только что сидел, кажется, Дамир. - Он просто мне изменяет, хочет кинуть тебя, а я решила ему отомстить и пришла предложить тебе... Поучаствовать в этом увлекательном проекте.
Тимофей замирает. В кабинете вдруг становится тихо, только тикают дорогие часы на стене, отсчитывая секунды моего позора. Его взгляд скользит к телефону, наверное, хочет позвонить Марку, спросить, не сошла ли я с ума. Но я уже достаю папку. Мои руки не дрожат. Удивительно.
- Альбин, мне сейчас не до твоих шуток, - он нервно проводит рукой по лицу. - У нас сейчас с Марком конфликт, и он хочет ввязаться в одну авантюрную схему. Я не знаю, говорил он тебе или нет, но это такие риски, что можно просто остаться без ничего и потерять компанию. Мне бы с этим разобраться, а не с вашей драмой. Мне не до твоей ревности.
Я молча кладу папку перед ним. Она глухо шлепается о полированную столешницу. В ней лежат распечатки переписок, выписки со счетов, фотографии. Все, что собирала по крупицам все эти недели. Каждая бумажка обжигает пальцы, будто пропитана ядом.
- Поверь, это не ревность, - голос звучит как ни странно спокойно. - Я точно знаю, что у него есть другая женщина и ребенок. А также... У меня есть кое-что интересное, - подталкиваю папку к нему.
- Что это? - удивленно спрашивает он, прикасаясь к документам.
- Посмотри. Там все написано.
Тимофей устало вздыхает, и все же открывает и начинает бегло просматривать страницы. А там - документы по разорению. Схема разорения, последовательность действий, а также договор купли-продажи доли фирмы, в котором такие смешные суммы… С каждой страницей глаза Тимофея становятся все больше.
Он в шоке, не может поверить, что видит это. Я была в таком же шоке, когда узнала, что у него другая.
- И что ты хочешь сделать со всей этой информацией? - он вдруг хрипит, будто пробежал марафон. - Почему ты пришла ко мне? - в его глазах читается то же, что я чувствовала месяц назад - предательство, боль и ярость. Чистую, незамутненную ярость.
- Я хочу отомстить, Тимофей, - губы растягиваются в улыбке, которую я не узнала бы в зеркале. - Я хочу развестись. Я хочу оставить его без всего. Но мне нужна твоя помощь.
Делаю короткую паузу, чтобы до него все дошло, и снова продолжаю.
- Ты согласен со мной отомстить?
  
Глава 15
 
Глава 15
Альбина 
- Нет, ну подожди, Альбин. Какая месть? Я... Не могу в это поверить. Вот правда, - в его голосе непонимание. - Ну ладно он изменяет, ладно он хочет развестись, у него другая женщина, черт его знает на кой ляд она ему нужна, это сейчас не так важно, - голос Тимофея срывается на хрип. - Ну ладно, завел себе вторую семью, решил с ними жить. Могу понять, правда, могу понять. Не принимаю, осуждаю, но черт с ним. Но в бизнесе меня кинуть? Он не может. Ну не может он, Альбин. 
Его пальцы нервно перебирают края документов, мнут и рвут дорогую бумагу. 
- Может, ты не так поняла все? Может быть, это какая-то ошибка.
Тимофей пытается отрицать то, что видит, но увы. Это так не работает. Я наблюдаю, как его лицо постепенно бледнеет, как капли пота выступают на лбу, несмотря на прохладу воздуха благодаря кондиционеру. 
Можно сколько угодно закрывать глаза на очевидное, но факты - вещь упрямая, особенно когда они подписаны собственноручно тем, кому верил, как брату. Розовые очки бьются больно, по себе знаю.
- Тимофей, нет никакой разницы, кого кинуть, меня или тебя. Понимаешь? - за окном солнце прячется за тучами и больше не пригревает, похоже скоро будет дождь. - Он обманывает меня много лет, решил разорить, оставить, как его любовница сказала, «с голой жопой», лишь бы только быть с ней. Он предает меня. Мы с ним тоже через многое прошли. 
  
В горле стоит предательский ком, но я заставляю себя говорить дальше.
- Так что ему мешает кинуть и тебя в бизнесе? Человек, который хоть раз предал, он предаст в любом случае. Это уже в нем сидит, с этим ему комфортно. У него сейчас перед глазами любовница, и она дергает им, как марионеткой. Если мы ничего не сделаем, то мы оба все потеряем. Я смогу воевать за себя, но воевать еще за тебя мне будет сложно. А вдвоем у нас точно все получится.