В объятии Зверя. Том 2 (СИ)

Рейван сжал челюсти, новость потрясла его.
— Риссами правит ван Эйнар, сын Ингвара! — продолжил царь. — А значит, наш Зверь может и должен свергнуть его и занять своё место по праву. Они сами избрали его — сами и будут виноваты в своей погибели.
Рейван не понимал, кто же мог назваться его именем. Ему захотелось поглядеть в глаза самозванцу, а затем наказать его.
— Зверь знает о том, кто он? — спросил Вигг у Циндера.
Гегемон тревожно взглянул на Рейвана.
— Ты сын Ингвара — Верховного рисского вана, — вымученно произнёс он. — Теперь знает, — ответил Циндер царю.
Вигг улыбнулся.
— Зверь, — сказал Владыка, — ты пойдёшь к риссам и займёшь своё законное место Верховного вана! А потом передашь рисские земли мне.
Рейван опёрся обеими руками о край стола, чтобы не рухнуть от придавившей его тяжести. Он поглядел на карту, где чёрными рунами был обозначен Нордхейм, а потом поднял взгляд на царя, торжествующего от ещё не одержанной победы.
«Нет, на этот раз я не пойду на риссов, ведь там моя сестра. Скорее умру!» — подумал Рейван.
Обретя внутреннюю уверенность, он выпрямился, и взгляд его гордо заблестел. Царь ухмыльнулся, и тогда Рейван понял, какую огромную ошибку совершил, показав эмоции и небезразличие.
— Если ты не сдашь мне север, — произнёс с ухмылкой Вигг, — я причиню большие страдания Владычице Маррей.
Угрозы обожгли Рейвана, взгляд его сделался беззащитным. «Я пропал», — подумал он.
Глядя на загнанного в ловушку кзорга, царь расплылся в улыбке триумфа, довольный своей хитростью.
— Теперь уйдите все! — приказал царь. — Кроме тебя, Зверь. К тебе у меня ещё и личный разговор.
Комната зашуршала шагами и шелестом богатых плащей на ещё более богатых доспехах. Рейван ожесточился, и первое, о чём он подумал: сейчас же, решительно и неотложно убить царя! Пусть его потом немедленно зарежут на месте, но ни Маррей, ни Ингрид не будет угрожать столь великая опасность.
Рейван спешно сообразил: как только все военные вожди покинут зал и двери закроются, он отдаст приказ телохранителям Вигга расступиться. Ведь они кзорги, они обязаны ему подчиниться. Затем он бросится на Вигга и свернёт ему шею. Сделает всё это очень быстро, за пару ударов сердца — царь не успеет даже выхватить меч.
Но охранники обступили Вигга, и Рейван увидел, что под плащами на них доспехи гвардейцев — Вигг заменил всех кзоргов в охране на обычных солдат! Они не подчинялись Харон-Сидису! Рейвана обдало жаром — его план оказался невыполним, царь был неприступен.
***
Когда все ушли, в зале остались лишь телохранители и Циндер. Рейван бросил ошалевший взгляд на гегемона, стоявшего подле, и ему показалось, что наставник считал весь его порыв: от решимости и до раздосадованности.
— Значит, ты сблизился с моей женой, — произнёс Вигг. Царю не терпелось отчитать кзорга за преступление. — Ты держался за её юбку!
Рейван принял мрачный вид, поглядев на царя, но сердце его гордо билось от подаренной ему Владычицей любви.
— Владыка, — проговорил Циндер, — Зверь никогда не заставлял в себе сомневаться. Он добыл себе славу в Эскелле, убив предателей. Он нашёл и убил Лютого в рисских землях! Это подлая игра твоей жены, кзорг не виноват.
— Циндер, да успокойся, — усмехнулся Вигг. — Эй, Маркус, плесни вина, — кивнул он старшему над своими телохранителями и опустился в кресло.
Гвардеец наполнил кубок и подал Владыке.
— Уж я знаю, что такой грязной жрицы ещё не видывал свет, — проговорил Вигг, глотнув вина. — Конечно, я и не думал, что моя жена может увлечься эскеллийским Зверем. Она знает, что он ценен для меня, вот и решила позабавиться. Только кишка у неё оказалась тонка — до смертельного исхода она не довела, вовремя одумалась. И за это тебе стоит благодарить Великую Мать, Рейван.
Циндер принял расслабленную позу и похлопал кзорга по плечу.
— Царь простил тебя. Но впредь будь умнее, — буркнул он в ухо Зверю.
— Но тем не менее перед нами не просто кзорг, но и рисский ван, — с улыбкой сказал царь. — А ты так недостойно с ним обращаешься, Циндер. — Вигг перевёл взгляд с гегемона на Рейвана: — Ты преклонишь передо мной риссов, Верховный ван?
 
В этот раз Рейван сумел удержаться и не показал своего отчаяния. Он вдохнул сырой воздух зала и принял вид полной покорности.
— Преклоню, Владыка, — произнёс он.
Вигг довольно откинулся на спинку.
— Хорошо. Теперь ступай.
Рейван с предательским скрипом доспеха поклонился и направился к выходу.
— Постой, Зверь, — произнёс царь, провожая его взглядом. — Ты рисс по рождению, но вырос в Харон-Сидисе. Говоришь ли ты на их языке?
Рейван обернулся.
— Чтобы убить, надо ли говорить? — ответил он. — На мечах один разговор.
— После того, как убьёшь самозванца и займёшь место вождя, тебе придётся отдавать приказы, — поглядел Вигг исподлобья. — Тебе нужно выучиться говорить с ними не только мечом.
Рейван почти озверел: его ярость рвалась найти выход в какой-нибудь стычке — подраться с кем-нибудь, но никак не вести разговоры. Но он опустил взгляд и смиренно кивнул.
— Владычица Корда скоро отправляется в Рону, — продолжил Вигг. — Ступай в её распоряжение, возглавь эскорт из воинов, который будет сопровождать её, а она за время пути даст тебе необходимые знания.
Рейван стиснул зубы, горло у него дрожало от нежелания покориться. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоить себя, поклонился и вышел. Любое оттягивание времени до рокового часа казалось ему в нынешнем положении спасительным.
— Прикажу отцу Сетту опоить его зельями для путешествия в мир. Он может возжелать женщину и причинить зло кому не надо, — произнёс гегемон, уже развернувшись к слуге, чтобы отдать распоряжение.
— Не стоит, — поднял руку Вигг, останавливая Циндера. — Если Богиня такая мудрая, то пусть она властвует над ним.
— Но с Кордой поедет и твоя жена? — недоумевал гегемон.
— Именно, — кивнул царь. — Маррей так досаждает мне, что я буду рад, если избавлюсь от неё. Пусть будет на всё воля Великой Матери.
***
— Владычица Корда? — Рейван постучался в тяжёлую деревянную дверь покоев. — Это Рейван, меня прислал царь Вигг.
Корда открыла. Рейван увидел перед собой невысокую женщину в светлом одеянии жрицы. Она выглядела ещё довольно молодо, однако волосы её были уже посыпаны пеплом и собраны в косу вокруг головы, сообщая о том, что она больше не берёт мужей. Корда была старшей жрицей Великой Матери — вдовой царя Годарда.
— Здравствуй, Рейван, — произнесла Владычица сильным голосом, который показался кзоргу уже знакомым.
Рейван не ответил на приветствие: его сердце замерло в тот миг, когда он увидел за плечом Владычицы лежавшую на постели фигуру с выбивавшейся из-под покрывала копной тёмных волос.
Презрев приличия и церемонности, кзорг стремительно вошёл в комнату. Он не дышал, делая шаги, приближавшие его к Маррей. Подойдя, он опустился на колени перед ложем любимой женщины и увидел разбитые губы и синяки. Она была ещё более бледна и худа, чем обычно.
— Маррей, — прошептал Рейван. — Что с тобой?
Опущенные ресницы Маррей затрепетали, но она не подняла на него глаз.
Рейван взял руку молодой Владычицы в свою, обтянутую чёрной кожей и защищённую сверху металлическими пластинами. Рядом с его грозной ладонью бледная, почти прозрачная ручка Маррей показалась ему хрупкой, словно стекло.
— Маррей, — требовательно произнёс кзорг.
Владычица не ответила, губы её скривились, она отняла руку и отвернулась.
— Не прикасайся к ней, — сказала Корда, приблизившись. — Ты для неё опасен. Уходи. Мы поговорим с тобой позже.
Рейван поглядел на старшую жрицу, которая возвышалась над ним белой скалой, и растерялся от её величия.
— Это Вигг сделал с ней? Из-за меня?
— Царь сделал это с ней. Из-за ревности к её мужчинам, которых он настигнуть не смог, — произнесла Владычица.
— Как же он мог? — тяжело задышал Рейван, сжимая кулаки. — Даже зверь такого не сделает!