Ты полюбишь (СИ)

— Деловая и строгая? — рассмеялась Полина: вот как она, оказывается, выглядит со стороны!
— Ну да, — замялась Маша, — видно, что вещи куплены не на распродаже, да и твои вопросы про кухню и рестораны…
— Маш, у меня были отношения с одним человеком, которого никак нельзя было назвать бедным.
— Да ладно? Ты была содержанкой? — спросила Маша, как будто жизнь Полины действительно сериал.
— Нет, Маш, — улыбаясь ответила Полина, чувствуя неприкрытое, но вполне здоровое любопытство без толики зла и презрения, — мы работали вместе, собирались пожениться, но случилось так, что мы расстались, а привычки, образ, вкус — все, что привилось, осталось, только финансы стали проблемой, — созналась Полина. — Поэтому моя юбка от Изабель Маран совсем не мешает мне пойти сейчас в Зару и купить что-то из их гардероба.
— Печально. Не люблю такие истории. Хочется, как в книжке: встретились, полюбили, поженились, нарожали кучу детишек и жили долго и счастливо… — грустно сказала Маша.
— В моем случае, хорошо, что сказка закончилась после второго пункта.
— А почему закончились? — спросила Настя.
Полина конечно же не собиралась делиться ни с кем из своих новоиспеченных коллег событиями своей жизни, которые до сих пор остро ей воспринимаются, а от воспоминаний иногда скручивает живот. Но, как подсказывал ей тот же опыт, если не удовлетворить любопытство таких девушек как Маша и Настя, они найдут способ узнать все до мелочей, только уже не от первого лица.
— Он мне изменил. Да и любовь уже ушла, так, к сожалению, бывает. От этого, конечно, менее больнее не становится, — заключила Полина, надеясь, что не пожалеет о сказанном и наблюдая, как за столом повисло молчание.
— И что? Ты так просто взяла и ушла? — все-таки не унимается Маша.
— Вы лучше расскажите, как давно работаете в этой компании? — ушла от ответа Полина.
— Мы с Настей чуть больше года, пришли в одно время, — ответила Маша. — Оксана вот уже три года.
— И как? Все нравится? — обращается уже к Оксане.
— Да. Я бы так не стала три года в секретарях сидеть.
— Ты просто не можешь свыкнуться с мыслью, что на другом месте работы не будет Багрова, — выдала Маша, которая, как выясняется, язык за зубами держать не умеет.
— Маша! — растерянно произнесла Оксана.
— Ну а что? Можно подумать никто не знает, что ты тайно в него влюблена. Одна Полина только осталась, потому что новенькая. Половина девушек офиса вздыхает по Багрову, а другая половина — по Ярскому. Поэтому коллектив у нас работает годами на одном месте.
Вот так, проработав почти месяц на этой работе, начинает прорисовываться замечательная картина жизни коллектива. И как оказывается важно ходить на совместные обеды, чтобы быть в курсе последних новостей и сплетен.
— И что, они ни к кому не проявляют симпатию? — уже спросила Полина, не скрывая свое любопытство.
— У, Полина, интересно в какой группе окажешься ты? — захихикала Маша. — Роман Евгеньевич наш проявляет симпатию всем, но только в рамках работы. А вот чтобы пробиться к Ярскому, надо не знаю чем обладать. Неприступная крепость. Но такой охрененный, — мечтательно закатила глаза Маша, и сразу стало ясно, к какой группе воздыхательниц она принадлежит.
Хотела бы Полина теперь знать, какое ее орудие пробило стену неприступной крепости по имени Александр Ярский.
Девушки расплатились по счету и отправились в сторону офиса. Вот так непринужденно и плавно Полина влилась в их маленький женский коллектив, к большой радости Полины, ведь приятно иметь на работе знакомых, с которыми классно сходить на обед и по-девчачьи поболтать.
Саша стоял у своего Майбаха, разговаривая с кем-то по телефону: по-деловому сдержанно, слегка нахмурив брови, что на лбу складка становилась чуть жестче. И лишь при взгляде на Полину, которая шла уже чуть замедлив шаг, отставая тем самым от своих новоиспеченных подруг, у него на лице появилось что-то наподобие улыбки, со слегка поднятыми уголками губ и ярко-зеленым блеском в глазах.
— Полина Сергеевна, можно вас на минуту? — официально спросил Саша.
 
— Конечно, — ответила ему Полина, — идите без меня, — сказала уже своим девушкам-коллегам.
Как приятно осознавать, что вот этот привлекательный мужчина — ее. Темно-синий костюм сидит идеально, будто сшит на заказ. Впрочем, может так оно и есть. Немного растрепанные ветром волосы создают небрежность, которая ничуть не портит его официальный образ. Проницательный взгляд его зеленых глаз всецело направлен на Полину, он будто и не замечает, что происходит вокруг, что конечно же это не так, потому что Александр Ярский привык все контролировать.
— Смотрю обзаводишься подружками? — слегка улыбаясь спросил Саша, при этом его взгляд от ее глаз спускается на губы, безмолвно прося о поцелуе.
— Никогда не знала, что значит дружить с коллегами. В прошлый раз меня не сильно жаловали в своей компании.
— Почему?
— Не каждый рад соседству с девушкой босса.
— И опять на те же грабли? — яхидно спросил Саша.
— Надеюсь в этот раз без граблей, — ответила Полина.
— Полин, мне на пару дней нужно будет опять во Владивосток слетать…, - начал Саша, — я обещал тебе твое первое свидание, но его придется отложить.
— Я буду ждать, Александр Николаевич, — кокетливо ответила Полина.
— Все, иди, если не хочешь, чтобы я при всех тебя поцеловал, — опять гляди на ее губы сказал Саша, — И, Полина, твое правило по поводу отсутствия секса на первом свидании придется нарушить, как я нарушил свое о запрете спать с подчиненными, — на ушко добавил более тихим и грудным голосом, отчего по спине поползли мурашки.
Сев в машину, Саша уехал, оставляя Полину одну. Но с легкой улыбкой на лице и теплом внутри.
Зайдя внутрь здания, Полина увидела, что ее все еще ждут в вестибюле. Очевидно, женское любопытство безгранично. А когда предмет этого любопытства — всеобщая любовь женской половины коллектива, то любопытство усиливается троекратно.
— И что наш Александр Николаевич? Загрузил работой? — задала наводящие вопросы Маша.
— Да, как обычно. Уезжает в командировку и надавал заданий, — закончила Полина, не желая продолжать этот допрос, который ни к чему хорошему точно не приведет.
— Все-таки везучая ты, Полина, так близко общаешься с Ярским, часто в кабинете у него бываешь… Эх, к нам он в маркетинг почти не заглядывает, — грустно заключила Маша.
Девушки молча разошлись по своим рабочим местам. И только закрыв за собой дверь в свой маленький уютный офис, Полина вздохнула: общаться на отстраненные темы с коллегами здорово, но напряжение, которое она испытывает, как только кто-нибудь произносит фамилию Ярского, и внутри сжимается комок страха. Вот только чего она боиться? Боиться, что все узнают об отношениях? Или боиться повторения истории?
— Можно? — тихо постучав и приоткрыв дверь, спросил Рома. Роман Евгеньевич.
— Конечно, заходи…те.
— Можно на ты. Но я не по работе, — начал Рома, у которого в голосе можно уловить стальные нотки.
Роман никогда не отличался строгостью и холодностью, даже на работе. Да, к ней он относился серьезно, что и требовал от своих работников. Но с ними он был скорее как наставник, по-дружески направляя и поправляя. Если такой подход к делу кого-то не устраивал, и он видел лишь панибратское отношение, то такое сотрудничество просто прекращалось. Сейчас же, в кабинете Полины, перед ней стоял не тот веселый парень из клуба, который с легкостью мог примирить четверо девушек, который без проблем становился душой компании, который ответственно и без лени подходил к своей работе и должности. От него исходил лед. От каждого его движения, от каждого взгляда. Лед, Холод и расчет. Как будто он сам стал цифрой: бездушной и неживой.
— Какие у тебя отношения с Ярским? — устремляя взгляд вдаль спросил Рома.
— Рома, я понимаю, что ты его друг, но даже при таком раскладе — тебя это не касается, — жестко ответила Полина.
— Хорошо. Я перефразирую. Что у тебя к Ярскому?