Палач (СИ)

– Нет. Я Дерека в четырнадцать на обе лопатки раскладывал, и никакие плети его не спасали.
– Надеюсь, ты все же шутишь. Ближние бои – это самый плохой вариант боя во всех измерениях.
– Хватит меня полоскать, – он подхватил меня за талию и прижал к себе. – Прыгай, лучше, в четвертое.
– Хорошо.
Прыжок. Айени отпустил меня, огляделся по сторонам и утвердительно кивнул.
– Здесь самое главное – это карманы, – он потянул за край материи и исчез.
– Айени? – позвала я. – Айени!
– Да не кричи ты так, – возникло его лицо. – Мало ли, кто еще тут бродит кроме нас. Иди лучше ко мне, – он откинул полог кармана.
Я подошла к нему, и он укрыл нас обоих. Снова наклонился и поцеловал меня.
– Прыгаем в пятое? – спросил шепотом.
– Я не знаю, как прыгать в пятое, – прошептала в ответ. – Вообще ничего о нем не знаю.
– Ну, напрягись. Вложи все силы с какой-нибудь прыжок.
Я напряглась. Ничего не получилось. Я напряглась еще раз, но вместо того, чтобы прыгнуть куда-то вверх, как мне представлялось, мы с Айени рухнули вниз, сразу в первое. Оказались на кровати в спальне.
В комнате было относительно темно, хотя, когда мы проснулись в одиннадцать утра, из окон бил яркий солнечный свет. Айени даже выругался по поводу того, что в спальне висит тюль, а не нормальные шторы. Я обвинила во всем Мэрил Бижуа, и Айени согласился с тем, что она перед нами виновата.
– Что за пыль? – он попытался отмахнуться от нее, но не получилось.
– Это не пыль, – я села, внимательно разглядывая какие-то мелкие хлопья. – Больше на пепел похоже.
– Мэйю? – позвал Айени.
Голос его звучал обеспокоенно.
– Да, – я все еще разглядывала хлопья.
– Мэйю, я вижу твой Исток.
Я прижала ладонь к груди. Действительно, Исток во мне светился и переливался разными цветами. Я обернулась к Айени. У него был такой же Исток.
– Мы не в первом! – я встала с кровати.
– Это я уже понял, – он тоже встал и подошел к настенным часам. – Часы стоят.
– Думаешь, пятое измерение напрямую связано с первым, но взаимосвязь времени, как во втором?
– Взгляни в зеркало, – он указал на него рукой. – Мы не отражаемся!
– Вижу, – я подошла ближе к зеркалу. – Чувствую себя вампиром.
– Вчера ты уплетала рулетики с чесноком. Так что успокойся.
– А почему ты не ел рулетики? – я открыла дверь и выглянула в коридор.
– Я пил виски. Еще и чеснок в моем дыхании ты могла не пережить.
Я прижала ладонь к губам и проверила собственное дыхание. Ничем не пахло.
– От меня несло чесноком? – я вышла в коридор и заглянула в ванную.
– Конечно, нет! – Айени остановился за моей спиной и обнял меня.
– Конечно, да!
– Ты такая красивая, – он потерся носом о мою щеку.
– Ты отклонился от темы.
– И соблазнительная, – поцеловал.
– Вот растолстею – и тогда посмотрим, что ты скажешь.
– Ты всегда была красивой. И пухленькой нравилась мне больше, чем болезненно худой.
– Ну, приехали! – я игриво хлопнула его по плечу.
– Не переживай, спортивно подтянутой ты радовала глаз не меньше, чем аппетитно воздушной!
– А ты мастер комплементов, как я посмотрю?
– Наслаждайся, – он поцеловал меня в шею и сделал вид, будто хочет укусить.
– Изображаешь вампира?
– А вдруг на нас чеснок не действует?
– Кол в сердце действует на всех, – засмеялась я.
Он прижал ладонь к моему рубцу на груди и погрузил внутрь пальцы.
– О-о-о!
– Больно?
– Нет. Жутко!
Айени коснулся моего Истока.
– Он горячий! Потрогай мой! – он убрал руку и встал передо мной.
Я погрузила пальцы в его грудь и прикоснулась к его Истоку. Он действительно был горячим.
– Ты права! Выглядит жутковато!
Я убрала руку:
– Ну что, выйдем на улицу?
– Давай!
Мы открыли дверь дома и взглянули на небо. Оно было затянуто сплошным слоем серых облаков, через которые едва пробивался солнечный свет. На улице хлопьев было больше, чем в доме. Вдруг все вокруг нас начало светиться. Такой яркий свет, что пришлось прикрыть глаза ладонью.
Мы оказались на пороге дома Мэрил, абсолютно нагие и среди бела дня. Я прикрыла грудь рукой и заскочила в дом. Айени приветливо помахал соседу напротив, который стриг газон и едва не упал, при виде нас.
 
– Теперь он расскажет всему городу, что мы эксгибиционисты! – я пошла в ванную, переступая через валяющиеся на полу вещи.
– Забей ты на него. Мы скажем, что старый Джек совсем из ума выжил. И скорее всего, так подумает и сам Джек!
– Пятое и первое взаимосвязаны. Переместившись в пятом, мы оказались на пороге дома в первом.
– Но на это у нас ушло несколько секунд, – радостно произнес Айени. – А мы пробыли там не меньше пяти минут!
– Я есть хочу! – залезла в ванную.
– Съездим в город, поедим. И потом нужно будет здесь бардак убрать, пока Мэрил не прознала, во что ты превратила ее дом, – он залез ко мне в ванную.
– Как думаешь, Алексис и Одьен были в пятом? – я намыливала ему спину.
– Конечно были! Только молчат! Ну, ничего, мы их на чистую воду выведем.
– А что за родственники у Алексис?
– Ее настоящее имя Алена Евстофова.
Моя рука застыла на его спине.
– Да-да. Но родителей не выбирают, ты же понимаешь? Ее покровитель – Григорий Носов. Когда Гоаре попыталась выяснить ее настоящее имя, дядя Гриша, как называет его Алексис, позвонил моим родителям и объяснил им популярно, что их ждет, если Ригарды не успокоятся.
– А почему он ее защищает? Она же вроде как наследница… Мертвая, правда… Должна быть мертвой…
– Алексис утверждает, что ее бабушка была связана союзом с этим дядей Гришей и потому Носов ей помогает.
– А что думаешь ты?
Айени повернулся ко мне лицом и начал намыливать мою грудь. Я закрыла глаза от удовольствия.
– Я думаю, что есть у дяди Гриши секреты, о которых Алексис не рассказывает нам. Просто так охранять наследницу целой финансовой империи никто не станет, особенно человек, которому эта империя теперь принадлежит. В общем, родственники – это люди Носова. Вроде как они маршалы.
Я открыла глаза.
– Маршалы?
– Да, представь себе. И эти маршалы активно взялись за расследование убийств в округе Т.
– Они обо мне знают?
– Мы не говорили им, что ты палач. Главный среди них – это Алексей.
– Дядя Алексей, – я кивнула.
– Алексис ему, вроде как, доверяет, но, в то же время, всей правды не рассказывает.
– Боится, значит.
– А ты бы не боялась? – Айени намыливал мои ягодицы.
– Я никогда не встречала маршалов. И честно говоря, не горю желанием с ними встречаться.
Мой взгляд заскользил вниз, и я прикусила губу.
– О чем задумалась? – спросил Айени.
– О твоей эрекции.
– О ней не надо думать! Ей надо пользоваться!
– Хочешь, я попробую сделать тебе минет? Он, конечно, будет посредственный, но надо же с чего-то начинать?
Айени закрыл глаза, повернулся к стене и сделал вид, что бьется о нее лбом.
– Да что не так! – возмутилась я. – Я же хочу тебе приятно сделать!
– Господи, женщина, – он прижался лбом к стене, – мне приятно даже от того, что ты об этом думаешь!
– Может, ты дашь мне какие-нибудь подсказки? Например, как тебе нравится больше всего? Есть же что-то в этом процессе, что тебе нравится больше всего?
Айени покосился на меня и прохрипел:
– Никаких подсказок, миз-з-з Мэйю Соммервиль. Практическое занятие будете выполнять самостоятельно!
– Тогда за итоговую оценку по предмету я ответственности не несу, – я опустилась на колени.
– Проходной бал за рвение вы уже заработали, – он застонал в голос.
Меня обдало его Потоком. Так приятно…
– И претендуете на «отлично»! – едва не взвыл он.
– Да я, вообще-то, только начала…
 
– А я сейчас закончу!
Я в ответ на это хмыкнула и продолжила его ласкать.
– Мэйю!!!
– М-м-м?
– Иди ко мне! – он протянула ко мне руки.