Пятая попытка для обреченной вдовы (СИ)

  
Глава 18.
 
– Папенька, позвольте представить мою подругу – госпожу Кристель Фоксгейт. Кристель, это мой папенька – господин Эмиль Бланшар.
– Рад познакомиться со столь очаровательной дамой, – проговорил мужчина, галантно склоняясь над моей рукой. – Моя дочь рассказывала, что вы оказались в тяжёлой ситуации. Примите мои искренние соболезнования касаемо вашего жениха, а также пожелания скорейшего выздоровления для вашего отца. Я встречался с ним несколько раз. Он – выдающийся человек и маг! Но я хотел бы отметить, что восхищён и вами, вы проявили чудеса выдержки и благородства. Это редкий дар – соединить добродетель сострадания с хладнокровной рассудительностью. Это качество, которое я высоко ценю.
  
Он был чрезвычайно хорош. Я готова была поклясться, что за ним шла слава не только крупного дельца, но и любимца женщин.
Мужчине было около пятидесяти, не больше. В иссиня-чёрных волосах скользнула всего одна седая прядь на виске. Высокий, статный, широкоплечий, без единой капли жира. Он умел не только смотреть, но и будто бы видеть собеседника насквозь. При этом на его лице блуждала лёгкая понимающая полуулыбка. Мужчина казался… своим. Ему хотелось доверять. Опасные качества для наивных глупцов.
Оттого я изо всех сил старалась не попасть под флёр его очарования, концентрируясь на том, что на дне его глаз цвета горького шоколада притаился холодный расчёт и профессиональный цинизм. В его голове мелькали цифры, расчёты рисков, а также выстраивались бизнес-модели, в которых он не стеснялся использовать наше знакомство.
Я тоже не оставалась в долгу. Оценив чересчур броский фасад дома и кричащий богатством интерьер, а также – мужчину перед собой, я не отказывала себе в удовольствии точно так же со здоровым цинизмом и женской расчётливостью строить свои планы, вовлекая в них его.
Оттого на наших лицах расцвели зеркально-довольные улыбки. Мы оба нашли, как воспользоваться этим знакомством.
– Это честь для меня, – благосклонно кивнула я, позволяя предложить мне локоть и опереться на него. – Ваша дочь – великодушная женщина, она пришла мне на помощь, когда я уже не ждала, и я ей искренне признательна. Вы воспитали редкий цветок, не только красивый снаружи, но и чистый внутри! Она успела много о вас рассказать, и я рада лично с вами познакомиться!
Взгляд Бланшара сверкнул. Моя лесть касаемо его не дошла до цели, а вот о дочери… попала в яблочко.
– А это мой супруг – господин Фредерик де Бельмонт, – голос Жанны стал мягче, она с нежностью смотрела на невысокого щуплого парня, что зачарованно смотрел на неё в ответ.
Они были влюблены. Это мог увидеть каждый. От их неприкрытых чувств становилось неуютно, они смущали, ведь им никто больше не был нужен. Они тонули в глазах друг друга, сладко улыбаясь.
Мужчина кивнул в мою сторону, попытался сделать шаг, чтобы склониться над протянутой рукой, но самым глупым образом поскользнулся и начал падать. Господин Бланшар ловко притянул меня к себе, позволяя своему зятю проскользнуть мимо. Его тяжёлый обречённый вздох сказал многое. Фредерик не отличался ловкостью.
– О, мой дорогой! – кинулась к нему на помощь Жанна. И тоже поскользнулась, уцепившись за супруга, только поймавшего равновесие. Теперь они оба, смеясь, сцепились, начиная падать.
Я поражённо смотрела на них вместе с Ру, что под напором моего взгляда сделала шаг к молодой паре и, схватив одновременно под локти, заставила их выровняться.
– Ох, благодарю! – Жанна с улыбкой взглянула на мою телохранительницу, а после повисла на локте Фредерика. – Мы такие неуклюжие…
– Пройдёмте в гостиную, – господин Бланшар повёл рукой в сторону предложенной комнаты, а после повёл меня туда, периодически оглядываясь. – Там менее травмоопасно, – тихо буркнул он, вызывая моё искреннее удивление.
– Думаете, вновь упадут? – усмехнулась я, не удержавшись.
– Поверьте, они могут, – устало вздохнул мужчина, отчего и я поражённо оглянулась. – Любовь застит глаза.
Жанна сейчас казалась растерянной, она смотрела на мужа и ничего не замечала, собственно, как и Фредерик – на неё.
– Наверное, это чудесно…
– Думаете?! – усмехнулся мужчина. – Сомневаюсь! Они же ничего вокруг не видят и не хотят видеть! Глупцы! – взвился он, но тут же успокоился. Видно, эта тема его давно беспокоила, и он даже уже успел отчасти смириться.
– Я искренне считаю, что встретить человека, который так будет смотреть – это прекрасно! Господин де Бельмонт любит вашу дочь, как и она его. Это чудо!
– Я знаю. Собственно, поэтому он и стал моим зятем, – подмигнул он мне. – Вермут или, может, кир?
– Вермут, пожалуйста.
Мужчина тут же подал сигнал слуге, у которого на подносе было три вида аперитива. Тот с лёгким поклоном предложил мне выбранный напиток, в то время как господин Бланшар предпочёл бокал с портвейном. Мой желудок жалобно заурчал, отчего я криво улыбнулась. Мне бы кусочек мяса, а не вот это всё…
– Долгий день, не смогла найти время ни на завтрак, ни на обед…
– Так может, мы сразу пройдём к столу? – усмехнулся он, отставляя стакан.
Услышав это предложение, мой желудок ещё громче проворчал, отчего уже даже влюблённая парочка обернулась.
– А у вас мясо подают? – решила идти ва-банк и не скрывать свои истинные желания.
– Наш повар сегодня расстарался. Будет и оленина, и перепёлки, а ещё какой-то ужасно модный десерт. Видите ли, моя дочь не часто приводит в дом новых подруг, тем более такого полёта.
– Вы преувеличиваете, я – подбитая птичка.
– Вас стоит немного подлечить, и вы вновь будете высоко летать. Такие, как вы, так не погибают.
Его слова заставили меня улыбнуться и воспрянуть духом. Мы с ним точно поладим.
А когда же я увидела накрытый стол, то и вовсе была готова его расцеловать. Он ломился от яств. Здесь были и изысканные закуски, такие как террин и фуа-гра, и сытные понятные блюда наподобие жаркого и запечённых перепёлок. Еда пахла умопомрачительно. Запахи специй и мясных блюд смешивались с ярким ароматов цветов, украшавших стол. Нежно-розовые пионы в белой фарфоровой вазе, расписанной умелой рукой художника, сладко пахли солнцем и летним рассветом.
Меня привечали с размахом, и я с радостью отдавала должное. Если Жанна с её супругом ели с изяществом и аристократической немощью, то я с удовольствием уминала самые аппетитные кусочки мяса, собственно, как и Бланшар. Он ел, наслаждаясь. Мужчина не ходил кругами, прямо выбирая то, что примечал его взгляд. Точно так же после ужина он уверенно пригласил меня в кабинет.
– Вы просили мою дочь нас познакомить, не думаю, что только для того, чтобы отведать кухню моего шеф-повара.
– Вы его недооцениваете! – искренне возразила ему. – Я бы многое отдала, чтобы наслаждаться такой едой каждый день! У него золотые руки!
– Мне лестна ваша похвала. Я передам Густаво, – Бланшар довольно улыбнулся, словно это его я только что похвалила, аккуратно направляя меня к центру комнаты. – Но всё же, думаю, вам нужно это… – он подвёл меня ко второму столу. На нём стоял бумажный макет здания, а также были разложены бумаги, на которых был изображён очередной эскиз.
Я озадаченно посмотрела на замершего Бланшара, довольно рассматривающего наброски, после чего перевела взгляд на притаившуюся Ру. Она, словно тень, весь вечер следовала за мной и казалась ещё менее заметной, чем вышколенная прислуга.
Мужчина не спешил разъяснять свои слова, и я была вынуждена сама догадываться. Взяв один из листов, на котором карандашом было набросано здание, я замерла. Инициалы моей семьи украшали его барельеф.
  
– Это же… – возбуждённо выдохнула я, перебирая листы и убеждаясь в своих догадках. – На это же нужно время… а я только сегодня в обед попросила о нашем знакомстве… Вы знали! Вы это планировали, как только узнали, что Жанна поедет ко мне… Хотя нет, думаю, это вы предложили ей эту идею! – восхищённо проговорила я. – Но почему?