Сердце Отроч монастыря
– Даниил… – девушка посмотрела на него тем же взглядом, потрясенным и в то же время, похоже, радостным. – Максим Грек! Вы! Вы раскрыли тайну монастыря!
Страж облегченно выдохнул, только сейчас поняв, что даже затаил дыхание от беспокойства за Еву.
– Наверное, – сухо и как-то устало заметил он. – Только я так и не понял этой разгадки. А вы меня просто напугали.
– Простите! – она сжала его руку. – Просто… Это потрясающе! Дан! Мы ищем самое знаменитое сокровище России.
– Это пугает, – признался Страж. – Вам лучше?
– Да, еще раз простите, что напугала, – Ева улыбнулась. – Присядьте. Лучше присядьте.
Дан мог бы сказать ей, что его вполне устраивает, что он находится так близко от нее, но снова промолчал. Зато девушка сама встала с кресла, не отпуская его руки, провела своего напарника к дивану, где и уселась рядом с ним. Страж наконец-то нашел в себе смелость переплести свои пальцы с тонкими пальчиками девушки.
– Скажите мне, Даниил, – теперь уже со спокойным привычным задором и немного хитро спросила его маг. – Что вы знаете об Иване Третьем Великом?
– Если честно, практически ничего, – признался Страж, улыбнувшись.
– А о его женах? – вопрос был явно наводя– щим.
– Видимо, их было несколько, – иронично отреагировал Страж.
– Верно, – Ева усмехнулась. – Но нас интересует только одна. Та самая, которая прибыла из Византии и была племянницей последнего императора Византии Константина Одиннадцатого.
– Я пока так и не понял, кто она, – подумав, снова признался Дан. – Но все эти имена явно из нашей истории.
– Ладно, – девушка сдалась. – Вам станет яснее мой намек, если я скажу, что ее звали Софья Палеолог?
Вот теперь изумлен был Страж. Его посетила дикая и совершенно фантастическая догадка. Он с почти благоговейным ужасом посмотрел на свою напарницу и понял, что Ева не шутит.
– Либерия? – все же перепросил он. – Мы говорим о Либерии? Там… Вернее, здесь, под Тверью лежит… та самая библиотека?
– Боюсь, что так, – девушка снова сжала его руку, такая догадка ее саму приводила в возбуждение и азарт. – Либерия – это знаменитая библиотека, подаренная Ивану Третьему в качестве приданого Софьи. Как известно благодаря многочисленным легендам, кроме вполне безобидных томов древнейших классиков литературы смертного мира там еще были такие же древние гримуары и тайные знания. Причем знания Избранных. Обладатель этих свитков обретал мировое могущество.
– Если смог бы их прочесть, – напомнил Дан.
– Конечно, – охотно поддержала его маг. – И в том все дело. Тот, кто получал доступ к Либерии, мог править и миром людей, и Волшебным миром. Помните, как мы с вами работали вместе пять лет назад? Перед свадьбой моего кузена?
Страж кивнул. Конечно, он это помнил. Ведь именно тогда он и познакомился с Евой. В тот раз некий смертный при помощи мага-артефактора собирался провести обряд над камнем бога. В результате человек должен был обрести бессмертие и силу всех четырех каст мира магии.
– То самое заклинание, тот обряд, – уже нахмурившись, продолжала девушка. – В книгах Либерии таких можно найти с десяток. А есть и варианты похуже. С таким багажом знаний… Равновесие бы пало. Но да, их надо еще прочесть. Ведь все эти заклятья и описания ритуалов запрятаны в обычных человеческих свитках. А сделать это и может либо Избранный, либо гений.
– Гений? – Дан тоже нахмурился. – То есть так и не прошедший инициацию Избранный, кто выбрал человеческий путь, но обрел редкий дар в какой-либо науке или виде искусства. Но при чем тут это?
– Да при том, что вы сами назвали мне имя этого гения! – снова усмехнулась Ева. – Известен лишь один человек, кто двадцать лет занимался переводом Либерии. Единственный, известный в истории переводчик Либерии.
– Максим Грек? – немного удивленно назвал Страж имя.
– Да, – просто сказала маг. – А знаете, где провел Грек эти двадцать лет? Здесь, в Отроч монас– тыре!
– О Господи… – Дан был по-настоящему ошарашен и даже немного напуган. – Тогда это поистине страшная тайна монастыря. И… это единственное доказательство?
– Это главное доказательство, – уточнила девушка. – А еще вспомним перестройку монастыря как раз по заказу Ивана Третьего, вспомним, что именно сюда отправляли самых просвещенных людей того времени. И кстати, я, наверное, все-таки сгустила краски. Монастырь не был острогом. Просто он, как и на заре своей истории, остался крепостью. И тут жили воины. Пусть им было предназначено не сражаться с врагами с оружием в руках, но защищать Либерию силой веры и… клирикальной магии. А условия проживания… Такова суровая правда жизни того времени. Но не важно. Могу вспомнить еще два доказательства. Новгородский поход Грозного, разрушение им Твери. Тогда не был затронут лишь монастырь. И… последнее упоминание о Либерии датируется 1571 годом. Тогда ее стражи запечатали ее навсегда, как гласит легенда. А это как раз через год после того похода.
– Похоже, она и правда здесь, – подумав, согласился Дан. – И это многое объясняет. Я думаю, за пятьсот с лишним лет многие пытались проникнуть в подземелье монастыря. И если бы там был просто артефакт, отдельная вещь, то хоть кто-то, но смог бы ее похитить. А вот библиотеку оттуда легко не вынесешь. Зато знание о том, как проникнуть в тайник, стоит дорого.
– И возможно, именно потому Малюта убил митрополита Филиппа, – рассуждала дальше Ева. – Священник отказался раскрыть тайну.
– Причем не тайну Либерии, – уточнил Страж. – А именно тайну безопасного доступа к библиотеке.
– И именно это кто-то ищет и сейчас, – по совершенно не радостному тону девушки легко было понять, как она относится к этому предположению.
– Я думаю, вы правы, – поддержал ее Дан. – Кто-то на самом деле ищет не саму Либерию. Преступник о ней знает. Он ищет возможность добраться до этих книг. И ради него погибают те, кто проникает в подземелья.
– Скорее всего, эту тайну так и не смог узнать Малюта, но откуда-то ее знала Елена, его дочь, – размышляла маг дальше. – И потому Скуратов так был взбешен, когда не мог добраться до Елены. Ведь она просто лишила отца власти, которую Малюта жаждал.
– Власти над миром магии, – Страж кивнул. – Все верно. Елена стала хранительницей Либерии. И… возможно ли такое, что кто-то из ее родных до сих пор хранит эту тайну и убивает молодых, обманутых Избранных, попадающих в подзе– мелье.
– Возможно, – нехотя согласилась Ева. – Только… Все-таки большинство из них погибли в ловушках тоннелей подземного лабиринта. И еще у нас пока вообще нет доказательств, что этих самых молодых Избранных туда кто-то отправ– лял.
– Это знает Реставратор, – напомнил Страж. – И мы сегодня же возьмем у него эти доказательства. Жаль, что он имеет столь странные привычки. Иначе мы бы все знали уже сейчас.
24 апреля
Тверь, бывшая богадельня Аваева
22.30
Замечание было верным, потому что старый маг-артефактор придерживался очень странных привычек. Он вообще никогда не покидал свой дом. А еще он принимал гостей только после наступления темноты. Чаще всего в полночь. Но в этот раз, уступив Еве, согласился на встречу в половине одиннадцатого вечера.
Они снова устроились в гостиной, все так же напоминающей уголок средневекового замка. Реставратор, облаченный в любимый халат, занял самое массивное кресло. Казалось, он увлечен расследованием.
Старый маг наклонился вперед, решительно жестикулировал и вообще очень напоминал стратега, планирующего грандиозную битву.
– Пока мы лишь знаем о том, что под монастырем сохранился лабиринт, – увлеченно рассуждал он. – Причем он располагается как под береговой частью, так и частично под водами реки. Кстати, уникальный случай, но еще два века назад русло Волги было меньше, чем сейчас. Зато течение было более полноводным! Так вот, если вы сможете взять образцы почвы у входов в лабиринт, расположенных ближе всего к воде, я смог бы вычислить протяженность ходов подводной части лабиринта!