Сердце Отроч монастыря

Еще заинтересовал ее Ильмаринен, персонаж «Калевалы», бог-кузнец. В ранней мифологии он был известен как Илмо. Но главное, согласно легендам, этому божеству очень не везло с женщинами. И после очередной несостоявшейся женитьбы этот небесный кузнец выковал себе золотую деву. Она была прекрасна и даже разумна, но холодна, потому что не имела души.
Эта дева Еву очень заинтересовала. В различных мифологиях встречались разные легенды о големах, искусственно созданных бездушных существах. И всегда эти истории заканчивались печально, потому что големы изначально были смертельно опасны. Они не имели души, значит, не знали морали, не испытывали муки совести. А потому легко могли убивать. Любого. И кстати, в силу своего искусственно-магического происхождения големы часто оказывались непобедимы и бессмертны. Вот если предположить, что золотая дева запечатана под монастырем и кто-то выпустит ее наружу… Такую версию можно было бы и рассмотреть.
  
Также Ева долго читала о Хийси, финно-угорском антагонисте, боге смерти и мертвецов, злом духе, почти Сатане. Вот только ничего не известно было ученым о связанных с ним артефактах. Упоминались лишь сейды – камни-менгиры или сады камней Хийси. И лабиринты. Что-то в этой информации настораживало артефактора, но конкретных зацепок Ева не нашла.
И всего этого было очень мало. А еще… Все это смущало и вызывало сомнения.
Ева сдалась. Ей уже пора было собираться на встречу с Даном, а позже – в гости к Реставратору. Девушка мысленно пообещала себе продолжить изыскания позже.
23 апреля
Тверь, здание бывшей Аваевской богадельни,
полночь
Еве всегда очень нравился дом Реставратора. К сожалению, от взоров смертных его подлинную красоту скрывало маскирующее заклятье. На самом деле очаровательный дом почти в самом центре города, с небольшой башенкой, похожей на украшение знаменитого «Ласточкиного гнезда», выглядел уютно и блестел после полной реконструкции. Ему вернули блестящую, будто чешуя дракона, черепицу, покрасили балясины по краям конической остроугольной крыши-башенки. Реставратор выкупил этот дом еще лет двадцать назад, перевез сюда свою лабораторию, коллекции и библио– теку.
В центральном холле лежали густые ковры, горели свечи в высоких подсвечниках и даже в старинной люстре. Кое-где свет отражали огромные зеркала в золоченых рамах. У камина, самого настоящего, с богатой резной отделкой, стояли глубокие массивные мягкие кресла, а на небольшом круглом столике со стеклянной столешницей гостей ждали закуски и вино.
– Ева Куракина и Даниил Нарышкин! – хозяин дома шел к ним навстречу, чуть расставив руки, будто собирался заключить гостей в объятия. – Какая честь для моего дома!
Даниил, чуть смущенный столь горячей встречей, чинно поклонился, приложив руку к сердцу, как того требовали старые традиции. Ева даже сделала книксен, только не опускала взгляд, как положено, а наоборот, смотрела четко в глаза хозяину с милой озорной улыбкой.
– Я бы сказал, что чрезмерно рад, – подойдя совсем близко к гостям, уже совсем другим, деловым тоном сказал Реставратор, – нашей встрече. Но знаю, какие обстоятельства привели вас ко мне. Перекусим?
Эти смены темы и стиля общения немного выбивали Стража из колеи. Ева же только кивнула, так как сама она хорошо знала манеры Реставратора.
Старому магу было более четырехсот лет. Его грузная фигура была затянута в некий балахон, напоминающий роскошный домашний халат из малинового бархата с меховой отделкой по вороту. Под горлом виднелись кружева кипенно-белой сорочки и скромный черный галстук-бабочка. Седые волосы мага оставались очень густыми, они непослушной гривой падали сзади на воротник, лицо у него было почти круглое, с крупными чертами и массивным подбородком. Все это делало его похожим на льва или на чудовище из диснеевского мультфильма «Красавица и чудовище». Реставратор при этом обладал точно таким же милым очарованием, как тот самый персонаж.
– Итак, у нас еще один труп, – рассудил маг, устраиваясь напротив своих гостей и наливая им вино. – И такое странное место, куда его доставили.
– Верно, – согласилась Ева. – Мальчика выбросило проклятьем прямо в келью митрополита Филиппа. И как я поняла, это первый подобный случай?
– Очень верно, – важно кивнул Реставратор. – Чуть позже я покажу вам точную карту, где обычно находят тела. Они так или иначе располагаются около скрытых входов в подземелье.
– А вы точно знаете, где располагаются эти входы? – тут же заинтересовался Даниил. – И вы, как я понял, ведете всю статистику смертей близ бывшего монастыря. Верно?
– Все так, сынок, – довольно доброжелательно отозвался хозяин дома. – Уверен, наша прекрасная дама, – он тут же послал Еве улыбку, – уже рассказала тебе, что там погиб мой старинный друг. А чуть раньше он передал мне все результаты своих исследований. Только вот честно вам скажу: сколько бы я ни смотрел его записи и чертежи, многое все равно остается непонятным. Особенно с учетом уже моих исследований.
– А можно подробнее? – попросил Страж.
– Конечно! – было видно, что Реставратор доволен, что можно с кем-то поделиться своими мыслями и результатами изысканий. – Вопрос в том, с чего начать? В этом деле так много всего…
– Можно я спрошу для начала, – попросила Ева и, дождавшись кивков от обоих мужчин, задала свой вопрос: – Сколько всего смертей произошло возле монастыря и как давно это продолжается?
– Ты всегда так логична и конкретна, девочка, – обрадовался хозяин дома. – Поешь, а я пока расскажу. Ты очень худенькая… Так вот… попасть в сердце Отроч монастыря и смертные, и Избранные стараются с того самого 1934 года. Первые смерти… А мы говорим не о несчастных случаях или там каких-то человеческих разборках, первые жертвы монастыря были смертными. Это сотрудники… как же тогда это называлось?..
– НКВД? – любезно подсказал Даниил.
– Вот оно! – закивал Реставратор. – Сотрудники НКВД. Пятеро смертных. Они пытались первыми проникнуть в подземелья еще при строительстве Речного вокзала. Так сказать, под шумок.
– Они прошли туда всей группой? – уточнил для себя Даниил. – Все пятеро?
– Да, верно, – снова покивал маг. – И все погибли. Вы слышали о них, Даниил?
– Дан, – машинально поправил его Страж, почему-то не любивший, когда к нему так обращались. – Да. Та операция была спланирована… Скажу честно. Она была инициирована тогдашним Главой Стражи. Он понимал всю опасность проникновения в монастырь и… отправил туда смертных. Не самое красивое решение, но… Тогда были совершенно иные времена. В общем, я читал отчеты. Двое погибли первыми. Причиной смерти была большая потеря крови. А вот трое… похоже, они прошли дальше. Их убила магия.
– Отлично! Все очень точно! – с жаром подтвердил Реставратор. – Скажу, что далее попытки проникнуть в подземелья осуществлялись уже только Избранными. И мой друг стал последним, кто умер там. И вот наша первая странность! С последней попытки проникнуть в монастырь прошло более сорока лет. И вдруг сейчас снова трупы!
– Почему вы говорите во множественном числе? – удивилась Ева. – Пока погиб только один мальчик.
– Разве? – картинно удивился Реставратор. – Ева! У нас городок небольшой, все на виду, новости распространяются быстро. Вы нашли труп сына Главы Гильдии лекарей. А где сам Глава? Продавший спешно свой дом, исчезнувший в неизвестном направлении без единого следа? Вы же сами помните, что именно Глава Гильдии договаривался с церковниками о ночном визите. Значит, он знал! Да и я помню его, – тут маг болезненно поморщился. – Он, конечно, обладал не самым простым характером, но один его несомненный плюс – сына Глава любил до беспамятства. Так что… думаю, вскоре мы узнаем и о втором трупе. Всплывет где-то ниже по течению. Как тогда…
  
Ева грустно кивнула. В прошлый раз труп второго участника экспедиции в Отроч монастырь нашли также позже, выловили из Волги.
– Не факт, – заметил Дан. – Вы сами сказали, этот случай не похож на предыдущие. Я склонен согласиться, что любящий отец мог быть с сыном в подземельях. Это логично. Но вот… Не уверен, что труп опять попадет в реку. Ведь тело мальчика вынесло проклятьем. Кто знает, не было ли подобного кольца и у отца.