Измена. Стоило оно того?

– Нет, Альбина, – отказываюсь я, качая головой. – Извини, но я не готов к таким… Отчаянным поступкам.
– Ну как хотите, – отвечает она разочарованно. – Ваша потеря. Альбина продолжает брызгаться, стоя ко мне спиной. А затем… Она поворачивается передом, и мой взгляд сам по себе
приковывается прямо туда. Два аккуратных, идеально симметричных полушария. Захлебываюсь слюной, как та самая собака, которую сосисками дразнят.
  
– Вы слишком серьезный, Игорь, – томно протягивает она, глядя мне в глаза. – Вам нужно расслабиться. Научиться получать удовольствие от жизни.
– Я… Я стараюсь, – отвечаю я, вздыхая.
Альбина падает в воду и начинает плавать. Ровно, размеренно, грациозно. Лишь яркая луна освещает её профиль.
Смотрю на темную воду, слушая плеск волн. Внутри что-то щемит. Зависть? К беззаботности Альбины? К ее смелости? Не знаю.
Просто… Какое-то неприятное чувство.
– Ой! Помогите! Тону! – вдруг резко кричит вдруг Альбина, барахтаясь в воде.
Что, блять?!
Вот тебе и «Давайте покупаемся!» Знал же, бля, что хреновая эта идея!
Сердце уходит в пятки. Не раздумывая ни секунды, бросаюсь к ней, забыв обо всем на свете. Подхватываю её на руки, тащу к берегу.
– Ха-ха-ха! – разражается Альбина хохотом. – Попались! Я же пошутила!
Твою мать.
Пиздец, приплыли. Пошутила она, видите ли!
Держу ее на руках, чувствуя, как мокрая одежда липнет к телу. Злость захлестывает.
– Ты что, совсем сдурела?! – рычу я. – Я же теперь весь мокрый!
– Зато искупались, – смеется она, глядя на меня своими огромными глазами.
В ее взгляде вспыхивает что-то новое. Что-то страстное. Альбина прижимается ко мне всем телом, ее губы тянутся к моим.
В голове что-то щелкает.
Резко отстраняюсь. Нет. Я не могу. Не с ней. Не так.
Перед глазами тут же образ Женьки появляется. Она и мои девочки.
– Альбина… – устало выдыхаю я, глядя ей в глаза. – Я не могу тебя поцеловать.
У меня жена. Ты же знаешь.
– Простите… – шепчет она, виновато отводя взгляд. – Я сама не понимаю, что на меня нашло.
Вытаскиваю ее из воды, ставлю на ноги.
Альбина тут же хватает платье, прикрывается им. Вся её смелость куда-то улетучилась.
– Пора ехать, – выдаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
Вижу, что она расстроена. Но что поделать. Такова жизнь. Понимаю, что она рассчитывала на большее с моей стороны, но это большее я вряд ли когда-либо смогу дать. Может быть, когда мы с Женькой всё-таки докатимся до развода… Но уж точно не сейчас.
Она если узнает, башку мне открутит. А я жить хочу.
– Игорь… – вновь начинает Альбина. Взгляд как у нашкодившего котенка. Аж не по себе становится.
– Все в порядке, – перебиваю я. – Просто… Забудь об этом. Сам же понимаю, что мог бы…
Мог бы трахнуть ее прямо здесь, в этой чертовой реке. Но… Гребаная совесть. Жена. Дети. Нет. Не могу.
Идем к машине.
Скидываю мокрую одежду, оставаясь в трусах. Складываю все в багажник. Альбина переминается с ноги на ногу.
Паша смотрит на меня с нескрываемым удивлением, но молчит. Тактичность не позволяет что-то сказать.
Садимся в машину. Паша заводит двигатель, трогаемся с места. Первой отвозим домой Альбину.
– Спокойной ночи, Игорь Анатольевич, – голос медовый, тихий. – Спасибо за этот вечер.
Молча киваю. Не знаю, что ответить. Что я скажу? Сижу тут перед ней, как идиот, в одних трусах и не знаю, что мне теперь делать.
Думаю о жене. Как объясниться? Что сказать?
Альбина выходит из авто и движется в сторону своего подъезда. Пашка трогается, а я места себе не нахожу.
Как вдруг в голове вспыхивает одна идея.
– Паш, – разрезаю тишину. – У тебя нет сменной одежды? – Есть, – отвечает он.
– Дай мне, пожалуйста, – прошу я. – А то… Неудобно как-то домой в мокром возвращаться.
Паша останавливает машину у своего дома, спустя минут пять выносит мне брюки и рубашку.
– Спасибо, – благодарю я его, переодеваясь. Уж лучше так, чем в одних трусах или в мокрой одежде домой заявляться.
– Не за что, – отвечает водитель, пожимая плечами.
Домой еду молча. После неудавшегося поцелуя с Альбиной… Странное ощущение. Словно что-то потерял. Или обрел? Не пойму.
Надеюсь, жена ничего не заметит.
Лишь бы спала. Хотя зная нашу неугомонную Аришку, Женька вполне себе может и не спать, а ходить по квартире, пытаясь её укачать, чтобы от криков Мирослава следом не проснулась.
Но все же надеюсь, что повезет. При лучшем раскладе, просто скину вещи в стирку, юркну в постель…
И Женька даже не поймёт, что я в чужой одежде пришел.
Паша привозит меня к дому, я сердечно благодарю его за помощь. Тихонько, словно шпион, крадусь к двери. Вставляю ключ.
Открываю дверь.
– Где ты был?! – раздается разъяренный голос жены из коридора.
Блять. Не повезло.
Глава 5
Женя
– И где тебя носило всю ночь?! – выпаливаю я, едва Игорь переступает порог квартиры. Голос дрожит от обиды и ревности, которые, словно кислотой, разъедают меня изнутри.
Да я вся извелась, пока дождалась, когда он, как блудный пес, соизволит домой вернуться!
Замечаю, что он в другой одежде.
В руках – какой-то пакет. Выглядит усталым, помятым. Под глазами залегли тени. Боже, где его носило?!
– Да с пацанами в бар заскочили, – как ни в чем не бывало отвечает он, зевая и снимая туфли. – Потом Михалыча черт дернул к реке пойти. Решил, видите ли, заплыв устроить. Чуть не утонул, идиот. Мы с Петровичем его еле вытащили. Поэтому и одежда мокрая. Взял у водилы сменную.
Ах, какой же актерский талант у нас, оказывается, пропадает. Даже жаль стало, что народ никогда не увидит такую филигранную игру.
Тьфу!
Врет, сволочь, даже не стесняется. Каждой клеточкой своего тела чувствую, что врет! В его истории столько дыр, что можно просеять макароны. И у меня есть доказательство!
– Неужели? – спрашиваю я, стараясь держать себя в руках. Достаю из кармана телефон и тычу ему в лицо видео. – А это, по-твоему, тоже «спасение утопающих»?
Включаю запись, где на экране Игорь, мой Игорь, танцует медленный танец… Со своей секретаршей! Прижимает ее к себе, шепчет что-то на ухо. Смотреть на это физически больно.
Но я тщательно наблюдаю за реакцией мужа. Ну что, дорогой, не ожидал?
Игорь смотрит на видео, морщится.
– Боже, Женя… Откуда у тебя это? – устало вздыхает он, смачно зевая. – Решила мне сцену ревности на ночь глядя закатить?
Я, вообще-то, хочу отдохнуть, – он говорит это таким будничным тоном, словно я сейчас тут из мухи слона раздуваю.
– Отдохнуть?! – закипаю я. – Ты считаешь нормальным танцевать медляк со своей секретаршей?! Пока твоя жена дома сидит, с твоими маленькими детьми! Нервы себе треплет, не зная, где тебя черти носят!
Не могу держать себя в руках. Злость бушует внутри с такой силой, что я готова вонзиться ногтями в его глотку. А будь здесь сейчас ещё и его секретутка, патлы бы ей все повыдирала.
– Да это был конкурс! – отмахивается Игорь. – Корпоратив у нас был, если ты не помнишь, Жень. Все танцевали.
Нет, ну вы посмотрите на него! Врет и даже не краснеет! Как у него это получается? Годы тренировок?
Сердце больно сжимается. Чувствую себя глупой, той, которую и в самом деле с легкостью можно обвести вокруг пальца. Но я не позволю делать из себя дуру. Как бы Игорь не старался увильнуть от ответа, я все равно добьюсь правды.
– Конкурс?! – горько хмыкаю я. – Конечно. Самый настоящий «конкурс медленных танцев», где чужие мужья лапают своих молоденьких секретарш. И призы, наверное, раздавали в номерах отеля?
Игорь хватается за голову, обреченно вздыхает, вновь пытаясь выставить меня истеричной женой, которой заняться нечем, и она посреди ночи истерики устраивает.
  
Вижу, что муж меня не слышит. Не хочет слышать. Устал он. От меня устал. От моих подозрений, от моей ревности. А от того, что крутит шашни за моей спиной, он не устал?