Товарищ мэр (СИ)

— Разблокирую, — соглашаясь, кивнул я.
Лицо Юли просияло от радости.
— Правда? — с надеждой заглянула она мне в глаза.
— Правда, только не обещаю, что смогу быстро. Дел много накопилось.
— Ну, давай только, пожалуйста, побыстрее, — чуть ли не прыгая на месте, как маленькая, заканючила она. — А то хозяйка сказала, если завтра за квартиру не заплачу, выселит меня. Нам ведь не нужны такие сплетни. Сам подумай, мол, бывшая жена мэра бомжует…
  
— Юля, я понял, понял, — перебил я её. — Ты машину получила, вещи забирай и на этом всего хорошего.
Юля не торопилась, какое-то время таращилась на меня.
— А ты странный… Будто изменился, — зачарованно произнесла она и вдруг резко с нарочитым безразличием добавила: — Ну ладно, короче, давай, пока. Некогда мне тут с тобой…
Развернувшись, она почти побежала к лестнице, будто боялась, что я брошусь вдогонку.
Как только она исчезла, в поле зрения замаячил хмурый Вова.
— Ну, Жень Михалыч… — тяжело вздохнул он и грустно запричитал. — И как мы теперь? Пешком будем ходить? Или на такси ездить? Так мэру не солидно же — ни пешком, ни на такси… Это куда годится? И какой я теперь водитель получаюсь? Никакой получаюсь.
— Оставить уныние! — велел я. — Команды сопли распускать не было. Разберёмся. Я явно человек не бедный. Возьмём что-нибудь другое, попроще. Отечественное, например. Что у нас нынче хорошее?
— Да это… — растерялся Вова, почесал затылок, призадумался. — Если честно, то ничего. Лучше уж китайца, если прям попроще.
— Китайца ни в коем случае, — поморщился я и покачал головой. — Ни китайца, ни немца, ни другого забугорца нам не надобно. Ладно, подумаем ещё. Сначала разберёмся с делами, а там видно будет.
Вова тяжело вздохнул, но спорить не стал.
— Как скажете, Жень Михалыч, — покорно пробормотал он, но в глазах читалось полное несогласие и вселенское разочарование.
— Ты это, — сказал я, — лучше подскажи мне вот что. Нужно карту Юле какую-то разблокировать.
— Так это… — призадумался Вова. — Я не очень шарю, но, наверное, можно через онлайн-банк как-то.
— Значит, завтра с утра нужно съездить в этот банк, — кивнул я.
— Так не, это в телефоне, не надо никуда ездить же. Самому можно. Но вы это… лучше у Кристины Игоревны спросите. Она наверняка лучше разбирается в этих штуках.
Я снова удивился, до чего дошёл прогресс. Достал айфонку, с интересом повертел в руках. Банк в телефоне — в голове не укладывается. Очень любопытно, как это вообще выглядит.
После я вернулся в столовую доедать уже успевшую остыть форель.
Юля собралась поразительно быстро. Я лишь мельком увидел в окно, как она торопливо запихивает чемодан в багажник и с визгом шин уезжает прочь.
А затем вернулась и Кристина, хотя был уже десятый час, и я честно думал, что ждать её не стоит.
Я слышал, как подъехала машина к воротам, как прозвенел звонок и как дверь открыла Галина. В это время я находился в кабинете и пытался подобрать код к сейфу. Задача оказалась практически невыполнимой — всё, что мне удалось выяснить, это то, что сброс происходит после шестой неправильной цифры. Стало быть, код шестизначный. Но до тех пор, пока у меня не будет информации хотя бы о дате рождения Марочкина, я решил оставить эти попытки.
Я спустился в холл. Кристина и Галина о чём-то вежливо беседовали, но при моём появлении Галина с возгласом «Сейчас чайку сделаю!» умчалась на кухню.
В руках Кристина держала странный плоский серебристый чемоданчик и терпеливо ждала, пока я спущусь со второго этажа.
— Рада, что вы ещё не спите, — вежливо сказала она. — Я не займу много времени.
— Да ничего, я в ближайшее время спать и не собирался.
— Что ж, — она перешла на деловой тон: — Выносить личные дела сотрудников из отдела кадров я не могу, это преступление. И всё же нам необходимо подготовиться. Поэтому я собрала ссылки на профили наших сотрудников в соцсетях, чтобы вы могли хотя бы визуально с ними познакомиться.
Снова эти загадочные фразы, об которые можно вывихнуть мозг. Соцсети, ссылки… Ну, ничего, Москва не сразу строилась, и с этими загадочными терминами я тоже вскоре разберусь.
Кристина взглядом пригласила присесть на диван и, деловито выстукивая каблучками, направилась туда же. Уложила свой чемоданчик на журнальный столик, распахнула его. Внутри оказалась куча кнопок с буквами и цифрами, а над ними — чёрный экран, как в этих их плоских телевизорах.
Кристина что-то нажала, экран тут же загорелся ровным светом.
— Телевизор? Или телефон? — предположил я вслух, разглядывая неведомое устройство.
Кристина бросила на меня короткий взгляд, вскинула брови и задумчиво протянула:
— Как же всё-таки сложно устроен человеческий мозг. Вы напрочь забыли всё о современных технологиях, но всё же помните, что такое телевизор и телефон. Будто вы помните только технологии вашего детства, — предположила она и с любопытством взглянула. Её явно интересовало, что я сам об этом думаю.
Я пожал плечами, а она продолжила рассуждать:
— Но, и тем не менее, в детство вы, к счастью, не впали — рассуждаете вполне здраво и адекватно, иногда даже удивительно, насколько. Обсудите это с доктором Либерманом при встрече.
— Обязательно, — кивнул я. — Так, может, уже скажешь, что это за чемодан такой?
— Ноутбук, Евгений Михайлович, — пояснила она, проводя рукой по крышке устройства. — Переносной компьютер. Я забрала его из вашего кабинета. Это ваш рабочий инструмент.
Пальцы Кристины быстро заскользили по кнопкам. Изображение на экране менялось: сначала какие-то непонятные символы на белом фоне, потом вдруг появилась фотография мужчины.
Ну и рожа, конечно. Лицо одутловатое, будто перебродившее тесто, усыпанное рябинами и веснушками. Лысина, отполированная до блеска, обрамленная жирным чубом, зачёсанным набок. Нос-картошка, под ним — мясистые губы, расплывшиеся в самодовольной ухмылке. Маленькие глазки-щёлочки смотрели с экрана с нагловатой уверенностью. Рядом с фотографией — ФИО: Гринько Эдуард Максимович.
Ага, вот значит какой ты, рыжий жук-говнюк Гринько.
— Итак, Евгений Михайлович, это соцсети, — Кристина повернула экран ноутбука, так чтобы я видел. — Как бы объяснить, чтобы было понятнее? — она задумчиво подняла взгляд к потолку, а затем, резко собравшись, продолжила: — В общем, представьте себе огромную доску объявлений, где каждый может повесить свою фотографию, написать о себе что-нибудь и посмотреть на других. Эта доска доступна всем сразу. Здесь люди делятся новостями, мыслями, фотографиями из отпуска, снимают видео о своей жизни и всё в таком роде.
— Что? Прям сами о себе всё выкладывают? — скептично свел я брови к переносице. — Добровольно?
Я поймал насторожённый взгляд Кристины и вовремя остановился.
— В нашем социуме это считается нормой, — мягко сказала она, изучая мою реакцию. — Да, люди добровольно рассказывают о себе. По сути, хвастаются. Показывают всё: новую шубу, что ели на завтрак, с кем встречаются и какую машину купили.
Я кивнул, мол, понял. Но подумал совсем о другом. Соцсети — это, конечно, полное безумие. Взять и досье на себя самостоятельно составить и всем показать. Не дураки ли?
Но с другой стороны… Мысль о том, что можно легально порыться в досье на своих подчинённых, следить за их связями и покупками, грела душу старого сыскаря. Даже завидно стало — насколько же проще стала жизнь современного оперативника. В наше время чтобы такие сведения добыть, нужны были месяцы наружного наблюдения, а тут — пожалуйста, всё на блюдечке.
— А как оно всё работает? — осторожно поинтересовался я.
  
— Интернет. Всемирная паутина, — невозмутимо сообщила Кристина.
И снова это загадочное слово — ИНТЕРНЕТ.
— И всё же? Это что-то вроде телефонной связи или радиосигнала?
— И то, и другое, и многое другое, — Кристина на мгновение задумалась, подбирая слова. — Представьте себе гигантскую библиотеку, где вместо книг — компьютеры со всего мира. А между этими компьютерами — невидимые провода, радиоволны, спутники. Когда вы ищете что-то в интернете, ваш запрос бежит по этим проводам, находит нужный компьютер в другой стране и возвращается к вам с ответом. За доли секунды.