Тот, кто следит за тобой 2 (СИ)

Полиция прочесала весь периметр, но Кайл успел сбежать. Его подали в розыск. Я очень надеялся, что его поймают, но пока мог думать только о том, чтобы с моей девочкой было все хорошо.
В больнице врач осмотрел ее и вынес неутешительный вердикт. Состояние плохое, множественные разрывы и переломы ребер. Нужна была срочная операция. Я ждал у дверей операционной, не в силах найти себе места. Я плакал, разрывался от отчаяния и тихо молил Бога, чтобы с Риной было все хорошо. В этот момент рядом со мной был Энтони, он тоже очень переживал за Рину, но видя, как мне плохо, пытался поддержать. Его поддержка была очень ценной, но в тот момент я лишь хотел, чтобы из операционной вышел врач и сказал, что операция прошла успешно и Рина в порядке.
Операция длилась уже семь часов, я не мог понять, почему так долго? Несколько раз я останавливал себя у входа в операционную, чтобы ворваться туда и понять, что все идет хорошо. В этот момент меня останавливал Энтони и за это я был ему очень благодарен. Мои истерики ничем не помогли бы докторам, наоборот могли отвлечь от чего-то важного.
Ближе к вечеру тетя позвонила мне, чтобы узнать нашлась ли Рина. Я сказал ей, что она в больнице. Я не знал, что она прилетела и был очень удивлен видеть ее спустя полчаса рядом. На ее щеках были слезы, весь ее вид говорил о неимоверных страданиях и переживаниях о дочери.
— Как она, Эван? — крепко обняв меня, сквозь слезы спросила она.
— Операция длится слишком долго, мы ждем ее окончания. — она погладила меня по лицу и вновь обняла. — Все будет хорошо, дорогой, наша Нарин будет в порядке.
Я ничего не ответил, вспоминая в каком состоянии она была. Если операция пройдет успешно, и она придет в себя, сможет ли она нормально жить, помня в каком аду побывала? Я очень переживал о ней, но точно знал, что буду с ней рядом не смотря ни на что.
Тетя заметила Энтони, они поздоровались друг с другом и обнялись. Тетя благодарила его за то, что все эти месяцы заботился о Рине, а он просил прощения за то, что не смог ее уберечь. На каждом из нас лежала доля вины за произошедшее. Энтони винил себя в том, что самолично не отвез Рину в аэропорт тогда, когда она хотела это сделать, тетя, что сказала Кайлу, где они живут, а я, что не успел вовремя. Но сейчас это было не важно, главное, чтобы Рина хорошо перенесла операцию.
Спустя еще час из операционной вышел уставший врач.
— Операция была очень сложной, но все прошло хорошо. При таких травмах — чудо, что она осталась в живых.
— Спасибо, доктор. Ее можно увидеть?
— Сейчас она под действием лекарств, придет в себя только утром. Лучше приходите завтра. — Энтони и тетя закивали, понимая, что это правильное решение и Рину не стоит беспокоить. Но я не понимал, мне хотелось ее увидеть прямо сейчас и удостовериться, что она в порядке.
— Я хочу ее увидеть сейчас. — твердо сказал я, врач пожал плечами.
— Хорошо, наденьте стерильную одежду и можете проходить. — обрадованный, я сделал как велел врач и вошел в палату, куда перевели Рину.
Грудь и талия были перебинтованы, на лице марлевые салфетки, закрывающие страшные раны. Ее ссадины обработали и закрыли также салфетками. Все ее тело было укрыто легкой простыней. Сев рядом с ней, я взял ее бледную холодную руку и поцеловал. По моим щекам заструились слезы от жалости и сожаления.
— Теперь все хорошо, Рина. Я рядом, больше мы никогда не расстанемся. Я так скучал по тебе. — видя родное лицо, я не мог на нее насмотреться, опухшая и избитая, но по-прежнему моя.
Я просидел рядом с ней около получаса, когда пришла медсестра и деликатно попросила меня уйти, чтобы Рина как следует отдохнула. Мне и самому нужен был отдых, но я понимал, что все равно не усну, буду думать о Рине и проклинать то чудовище, что сделало это с ней.
В приемной меня дожидались тетя и Энтони, чтобы вместе отправиться к нему домой. Тетя переживала, что его жена будет очень недовольна видеть ее, но Энтони уверил, что предупредил обо всем Мию и она уже ждет.
Мия приготовила ужин, но я отказался есть, желая оказаться как можно дальше ото всех. Не любил толпу, она вызывала во мне неприятные чувства. Меня разместили в комнате Рины. В ней все еще витал ее аромат, а подушка была насквозь пропитана запахом любимой. Уткнувшись в нее и крепко прижав к себе, я не смог сдержать слез. Рина так страдала в руках того ублюдка, страшно представить, что она перенесла.
 
Всю ночь я так и не смог уснуть, лежал до семи утра, чтобы тотчас побежать в больницу. Меня впустили в палату, и я вновь взял ее за руку. Ее ресницы дрогнули, она попыталась открыть глаза, но из-за отека с трудом это сделала.
— Пить… — прошептала она, еще не увидев меня. — я поднес к ее губам трубочку с водой. Попив, она взглянула на меня и ее глаза наполнились слезами.
— Эван… ты здесь… Прости меня… прости…
— Тише, любимая. — я осторожно погладил ее по лицу, стараясь не причинять боли. — Я не сержусь на тебя. Сейчас мы наконец вместе и больше никогда не расстанемся.
— Его… поймали? — страх разгорелся в ее глазах, она боялась, что это не так. Тогда я решил ей соврать, сейчас Рине не нужны волнения. Я надеялся, что к тому моменту, как она окрепнет его и арестуют.
— Да, милая, он в тюрьме. Больше он не сможет угрожать тебе. — слезы счастья блеснули в ее глазах.
— Я так рада. Это чудовище заслуживает гнить в тюрьме.
— Как ты себя чувствуешь? — коснувшись ее руки, спросил я.
— Мне плохо, Эван, но дело даже не в физической боли… моя душа болит.
— Мне так жаль, Рина. Я виню себя в том, что не смог тебя уберечь.
— Нет, Эван! Твоей вины здесь нет, виновата только я. Если бы я не поверила в твою виновность, то не оказалась в такой ситуации. Если бы я дождалась утра, и папа отвез меня сам в аэропорт — тоже ничего не было бы. Я сама наворотила дел и поплатилась за это. — я осторожно обнял ее, стараясь не причинить боль ни ее лицу, ни сломанным ребрам.
— Теперь все позади и нам нужно забыть об этом, как о плохом сне.
— Мне снились кошмары, но ни один не сравнится с тем, что было наяву. — она вновь заплакала. — Мне страшно даже вспоминать произошедшее.
— Так не вспоминай. — ласково прошептал я. — Нужно забыть, а не прокручивать в памяти.
— Спасибо, Эван. Я очень благодарна тебе за то, что ты рядом и не оставил меня после случившегося.
— Как я могу? Ты самый дорогой в моей жизни человек. Помнишь, я тебе говорил, что, если тебя не станет — меня тоже. Я не смогу жить в этом мире без тебя. Я так сильно люблю тебя.
— Я тоже, Эван. Не было и дня, чтобы я не думала о тебе. Даже считая тебя виновником всего, я не переставала любить. — как же я хотел ее крепко обнять, прижать к себе и долго не отпускать.
— Моя девочка… — только и прошептал я, обволакивая ее лицо нежным взглядом.
— Эван, здесь есть зеркало? Я хочу на себя посмотреть. — лучше ей сейчас не видеть себя.
— Здесь нет зеркала. Твое лицо немного опухло, но совсем скоро все будет хорошо. — на мгновение она успокоилась, но вдруг взгляд Рины наполнился тревогой.
— Он изуродовал мое лицо, я помню какой сильной была боль.
— Когда все заживет, ты поймешь, что все не так страшно, как ты думаешь. — успокаивал ее я.
— Эван… я не заслуживаю быть с тобой.
— Только ты можешь быть со мной, так что не нужно из-за этого переживать.
В палату пришла медсестра, чтобы сделать Рине процедуры и напомнить, что ей нужен отдых. Мне не хотелось уходить, да и Рина не желала отпускать мою руку.
— Пожалуйста, пусть он останется со мной. Мне страшно оставаться одной. — ее голос задрожал от ужаса. Хоть я и убедил ее, что Кайл за решеткой, но страх остаться одной наедине со своими воспоминаниями до дрожжи пугал Рину.
— Хорошо, думаю, врач сможет сделать исключение. — мягко улыбнулась медсестра.
Поставив Рине капельницу, медсестра вышла из палаты. В тот день я почти не отходил от ее постели, лишь когда пришла тетя и Энтони со своей семьей, оставил их, решив, что и они хотят побыть вместе с ней.