Тот, кто следит за тобой 2 (СИ)

— Мне не нужен никто другой, кроме Рины! Она мое все! И если она не будет со мной, то не будет ни с кем! — тетя отшатнулась от меня, ее напугали мои слова, возможно, в этот момент она вспомнила о другом человеке, который неоднократно говорил ей нечто подобное.
— Если твоя любовь истинная, ты найдешь в себе силы отпустить ее. Если нет, тогда это вовсе не любовь, а одержимость.
— Мне плевать, что это! — как капризный ребенок ответил я. — Я только знаю, что не смогу без нее. — и я вновь уронил свою голову на ладони.
— Эван, ты всегда был мне как сын и я очень за тебя переживаю. Тебе нужно поспать. Кто знает, что тебе принесет новый день.
— Идите, тетя. Я еще посижу. — налив еще в стакан виски, я залпом его осушил. Похлопав меня по плечу, тетя поднялась к себе в спальню, оставив меня одного. Перед глазами уже все плыло. Реши я вдруг подняться, обязательно свалил бы все, что стояло у меня на пути.
В темноте, в одиночестве, я просидел пока не закончил вторую бутылку. Я едва стоял на ногах, когда встал с дивана с намерением отправиться в свою комнату. Нимфа в красивой легкой сорочке спускалась вниз по лестнице. Увидев меня, на ее лице отразилось беспокойство. Подскочив ко мне, она тревожно коснулась моего лица руками.
— Эван? Зачем ты так с собой? — покачиваясь и едва не падая, я смотрел в ее лицо полное тревоги. Мне не нужно твое беспокойство, твоя тревога… мне нужна твоя любовь… вся ты…
— Я жалок, да? Вот, что делает со мной любовь, она убивает меня…
— Не говори так. — она стала гладить мое лицо, смотря на меня с особой нежностью и заботой. — крепко сжав талию Рины, я развернул ее спиной к стене, прижимая к ней.
— Я люблю тебя… Почему ты не можешь ответить на мои чувства?! Почему? Почему? — с каждым новым словом, мое отчаяние нарастало все больше, и я не смог сдержать свой крик. — ПОЧЕМУ? — она просто смотрела мне в глаза, ничего не говоря. Луна освещала комнату, открывая красивую деву моему взору. Девственная красота Рины была такой манящей, что я не смог сдержать порыв и крепко поцеловал ее. В купе с алкоголем, бешеное возбуждение сорвало крышу и вскружило голову. Она отвечала мне… опять отвечала… кто я для нее? Просто человек, с которым можно поцеловаться или кто-то гораздо больший? Что ты делаешь со мной, Рина? Что…
Руки Рины стали гладить мою шею, плечи, грудь и живот. Она сама потянулась руками к моей одежде, пытаясь освободить меня от нее. Я задыхался, она тоже. Мы горели в диком пожаре страсти, накрывшем нас с головой.
— Эван… — сквозь стоны прошептала она, когда я стал страстно целовать ее в шею. — Пойдем в комнату… мама может увидеть… — в своем состоянии я не мог думать ни о чем на свете, кроме нее, но согласился с ней, не хотел, чтобы нас кто-то прервал.
Прижавшись сильней к моему телу, она завороженно улыбнулась мне, потянув в сторону лестницы. Стараясь не упасть, я шел следом за ней. Оказавшись у двери в спальню, я вновь прижался к ней губами, запустив свой язык в ее рот. Охотно отвечая на поцелуй, она уверено коснулась своим языком моего. Вновь взрыв возбуждения, моему дружку было так тесно в штанах, что казалось ширинка вот-вот лопнет, выпуская наружу огромное чудовище. Прижавшись им к ее животу, я потерся об нее, страшась, что мое действие может вызвать отвращение или отвержение. Но Рина не оттолкнула, не искривилась, она отдавалась мне полностью, позволяя делать с собой все что я захочу. А я хотел целовать ее, целовать везде, а потом врываться в ее плоть, пока мы не достигнем освободительного экстаза вместе. И даже после того я не оставлю Рину в покое, буду трахать до тех пор, пока она не охрипнет от моего имени, которое будет шептать в порыве страсти.
Открыв дверь в комнату, мы почти ввалились в нее, едва не распластавшись на полу. Но мне было все равно на эту ироничную ситуацию, я боялся, что она оттолкнет и передумает, поэтому не мог медлить. Ее руки стянули с меня футболку, погладили по груди, животу, спустились ниже и о, небо! Она стала гладить через штаны мою выпуклость, вызывая невольные стоны. Подтянув ее к себе, я зацепил подол тонкой сорочки и стал раздевать Рину. Малышка не противилась, находясь под властью возбуждения и бешеного желания. Под ее сорочкой оказались одни тонкие трусики, которые я поспешил также снять. Ее глаза сияли восторгом и желанием, когда она стояла передо мной неприкрытая и доступная. Ее совершенная красота была создана для любви, поцелуев и ласк. Круглые упругие груди с дерзкими розовыми сосками манили вкусить их сладость. Тонкая талия с плоским гладким животом, плавно переходящим в гладковыбритую промежность. В прошлый раз она также была идеально гладкая, манящая…
 
Целуя груди Рины, нежно сминая их ладонями, я упивался ее стонами, руками, что непрерывно сжимали мою плоть и губами, что не прекращая целовали меня везде, куда могла дотянуться. Моя сладость… Моя страстная красивая девочка. Вся моя…
Она вся горела, сочась диким возбуждением и бесконтрольным желанием. Когда я коснулся пальцами плоти, то едва не утонул в ее влажности. Боже… она меня хотела, хотела слиться со мной также, как и я с ней.
— Эван… — простонала она, ложась на спину и раскидывая колени в сторону, взглядом призывая к действию. Хотя я и был пьян, но в тот момент отчетливо контролировал свое состояние. Нависая над ней, я оперся локтями о кровать, прижимаясь к ней в поцелуе. Вновь языки слились воедино, истязая друг друга в мучительно-сладкой пытке удовольствия. Целуясь, Рина торопливо стала снимать с меня штаны, освобождая изнывающего дружка на свободу.
Не прекращая поцелуя, я стал входить в ее влажные глубины медленными, неторопливыми движениями. В ней так было узко и тесно, что я едва не кончил преждевременно. Вот была бы смехота! Рина никогда бы больше не подпустила меня к себе. Когда я вошел в нее достаточно, чтобы почувствовать преграду, я стал еще глубже целовать ее губы, отвлекая сознание от неминуемой боли. Рина поморщилась лишь на мгновение, после чего отдалась навстречу страсти и наслаждению, находящих выход в стонах и тихих вскриках. Бешенный ритм, чередующийся с нежными неторопливыми движениями, сводил с ума. Рине настолько было хорошо, что она выкрикивала мое имя в порыве удовольствия и царапала мне спину в пылкой страсти. Кончали мы бурно, почти одновременно, я оттягивал момент удовольствия Рины, чтобы закончить вместе с ней. Как же было хорошо! Рина улыбалась, засыпая в моих объятиях. Мысли о продолжении бурной ночи улетучились, когда я заметил, как затихла она на моей груди. Вымотавшись от бурного соития, она забылась крепким сном. Укрыв ее совершенное тело одеялом, я прижал ее к себе и тоже уснул.
Я искренне надеялся, чтобы произошедшее не оказалось сном или фантазией вдрызг пьяного мужчины.
  
Глава 16
 
Я проснулась рано утром от ощущения, что выспалась. Рядом со мной лежал Эван, крепко прижимающий мое тело к себе. Даже во сне он пытается контролировать меня, чтобы не сбежала. От этой мысли стало как-то тепло. Раньше не было такого ощущения. Сейчас я полностью приняла тот факт, что хочу быть только с ним и его собственнические замашки вызывают лишь улыбку. Я и сама была такая, не смогу его делить еще с кем-то.
Прошлая ночь изменила наши отношения, переведя их на совершенно иной уровень. Вчера я вновь наговорила ему грубости, а потом весь вечер сожалела о сказанном. Когда я увидела его едва стоящим на ногах, то осознала, что в таком состоянии он из-за меня. В последнее время Эван совершал много отчаянных поступков по моей вине, напиться было последней каплей. Увидев его в тот момент, я поняла, что все это время безумно любила его. Больше не хотелось играться с ним и отталкивать. Хотелось любить и быть любимой.
Некоторое время, поднявшись на локте, я с удовольствием рассматривала его лицо: красивое и расслабленное. Он такой милый, когда спит. Я вспомнила детство, помню, как раньше тоже любила наблюдать за ним спящим. Как же он изменился с тех пор… мой хороший… Смотря на его лицо с любовью и нежностью, я протянула к нему ладонь, чтобы погладить. Не желая тревожить его сон, я осторожно встала с постели и подняв небрежно разбросанную по полу одежду, надела ее и не спеша вышла из комнаты.