Я его отец. Наследник миллиардера
В глазах сына появились слезы. Он опустил голову и всхлипнул.
– Не смей поднимать голос на моего ребенка! – Я тут же встала между горничной и Артемом. Заслонила его собой.
– А тебе вообще слово не давали, – мерзко скривилась она.
– Это я разбила машину, – заявила, не спуская с напыщенной гадюки решительного взгляда. – Убиралась в шкафу и случайно задела. Думаю, хозяин переживет.
– Это не тебе решать, – фыркнула она. – Я сообщу Яну Владимировичу о случившемся.
– Да пожалуйста, хоть сейчас. – Я махнула рукой на дверь.
Дарина сжала и без того тонкие губы и вышла из комнаты.
– Мам, я не хотел.
Повернулась и присела перед сыном на корточки. Обхватила его личико ладонями и прошептала:
– Ничего страшного не случилось. Дядя Ян не обеднеет, лишившись одной машинки. У него в гараже видел сколько ещё стоит?
Попытка пошутить сыном оценена не была, он заплакал еще сильнее.
– Теперь тебя будут ругать. Я скажу ему, что это я её разбил.
– Ты мой маленький мужчина. – Обняла сына, погладила по спинке. – Не плачь. Я сама поговорю с дядей Яном.
Вся эта ситуация вызывала у меня одно чувство – возмущение. То есть своему сыну этот индюк с миллиардами на счетах не считает возможным подарить игрушку на праздник, а сам расставил в своей спальне машинки. Машинки, блин! В детстве точно не наигрался.
В спальню снова приперлась Дарина.
– Ян Владимирович приехал домой и желает видеть вас в кабинете.
Я обернулась на нее. Ухмыляется, нажаловаться уже успела. Ну, день прошел не зря. У таких, как она, девиз по жизни один: «у меня сегодня радость – я кому-то сделал гадость».
– Иди в свою комнату, Тём, – попросила я сына, поднимаясь с корточек.
– Я с тобой пойду, – заупрямился сын.
– Нет, малыш, иди в комнату. Я быстро поговорю с дядей Яном и вернусь.
– Он будет тебя ругать?
– Пусть только попробует! – Я щелкнула сына по носу и подмигнула.
Пусть только попробует.
Глава 11
Аделина
У кабинета Соколовского я на миг притормозила. Шумно выдохнула и толкнула дверь. Обычно тут убиралась Дарина, я была в святая святых хозяина только раз. Большая комната с мебелью из чёрного дерева и персидским ковром, диван во всю стену. Наша с Мишей гостиная по сравнению с кабинетом его отца была убогой и крошечной.
– Тебя стучать не учили?
Соколовский сидел на краю стола и в упор смотрел на меня. Был он явно недоволен. Так печалится из-за разбитой машинки?! Утихшая было злость вспыхнула во мне с новой силой.
– Разве вы не хотели меня видеть? – вскинув голову, спросила я.
Подошла к Яну ближе, отвечая на его пристальный взгляд своим.
Он медленно направился ко мне. Остановился на расстоянии вытянутой руки, все так же не спуская глаз. Рассматривая с такой откровенностью, что я едва подавила желание сделать шаг назад.
– Хотел. – Голос его был глубокий, с хрипотцой. – Ты разбила мою коллекционную машину, Аделина.
Только сейчас я поняла, что он нетрезв. Белая рубашка была небрежно расстегнута, рукава закатаны до локтя.
– Мне кажется…
Я нервно сглотнула, невольно опустив взгляд к его груди, покрытой темными волосками.
– Что тебе кажется? – Он преодолел последний шаг, разделяющий нас.
Сердце учащенно забилось, ладони вспотели. Боже! Почему я теряюсь, как малолетка перед старшеклассником, едва оказываюсь вблизи от этого мужчины?!
– Мне кажется, что вы слишком взрослый мальчик, чтобы горевать над сломанными игрушками. – Я все-таки сделала шаг назад. – Наверное, вы из-за смерти сына так не горевали, как из-за этой дурацкой машины.
Дура! Огромный кабинет вдруг показался крохотным, мне стало не по себе. Миша всегда говорил, что мне надо лучше следить за языком. Зря я это сказала, но отступать и извиняться было уже поздно.
Глаза Соколовского мигом потемнели, лицо исказила гримаса ярости. Он схватил меня за плечо и рванул на себя.
– Ты ни черта не знаешь, девочка, – склонившись к самому лицу, прошипел он. Запах алкоголя стал ещё отчётливее. – Ты меня не знаешь, ты не знаешь, о чем я думаю.
– Знаю! – выплюнула я с не меньшей злобой. – Я знаю, что вы мерзавец, для которого чужие жизни – лишь грязь под вашими ногами! Знаю, что вы мерзавец, который способен отобрать ребёнка у матери только потому, что вам захотелось поиграть в отца! Снова! Одного сына не получилось вырастить копией себя, так теперь другого хотите превратить в послушную собачонку?!
Я уже кричала, не помня себя от гнева и боли, которыми была переполнена.
– Заткнись! – взревел Ян. На скулах его выступили желваки.
– Не будет этого! – продолжала распаляться я, не обращая внимания на сгустившуюся в глазах Соколовского тьму. Непроглядную, окутывающую меня с головы до ног. – Артём – сын Миши. Его он считает отцом, Ян. Его – не вас! И я клянусь, сделаю все, что в моих силах, чтобы вырастить своего ребенка похожим на него.
– Похожим на него?! – вдруг засмеялся Соколовский. – Мой сын вырос слюнтяем, который предпочёл сбежать от трудностей! И жену себе нашел под стать!
– Вы ничего обо мне не знаете! – выкрикнула я.
– Я знаю о тебе все, Адель!
Мгновение – и я оказалась прижатой к Яну.
– Нет уж, я… – Попыталась вырваться, но хватка Соколовского была стальной.
– Больше ни слова, Аделина, иначе я… – процедил он мне прямо в губы.
– Иначе что?! – Из груди вырвался лишь громкий шепот.
В следующую секунду он накрыл мои губы своими. Я застыла в оцепенении. Не отвечала ему, но и не отталкивала. Сердце, казалось, готово было выпрыгнуть. Во мне смешались неприятие, происходящего и где-то там, на самом краю сознания… желание, чтобы это не заканчивалось. Боже, я правда не хотела, чтобы Ян выпускал меня из рук.
И всё-таки разум победил.
– М-м. – Я упёрлась ему в грудь ладонями и отвернулась.
– Адел… – прохрипел он.
Я грубо отпихнула его от себя. Взгляд его все еще горел, но рот вновь скривился в презрительной усмешке.
Я вытерла губы и тоже едко улыбнулась.
– А говорили, что вашу постель есть кому греть.
– Не нарывайся. – Он отошел от меня, отвернулся и принялся застегивать рубашку, а я все смотрела на его широкую спину.
Что это было? Смена стратегии в нашем с ним сражении или что?! А со мной что?! Стресс? Усталость или неосознанное подчинение силе и власти?!
– Больше не прикасайтесь ко мне! – выпалила я зачем-то. Какая глупость! Если захочет, я ничего не сделаю.
Именно это и отразилось в его насмешливом взгляде, когда он снова повернулся ко мне.
– Я здесь только ради сына.
– Я в курсе. – Опасная, бурлящая, будто вулканическая лава тьма ушла из его глаз, оставляя лишь холод и презрение.
– Свободна, – донеслось мне в спину.
Уже направлявшаяся к двери, я обернулась и посмотрела на Яна.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.