Моя мятежница

– Холт? Алекс? Что, черт возьми, происходит? – Она в замешательстве морщит лоб.
– Ничего, – вру я.
Алекс проталкивается мимо, ворча что-то неразборчивое себе под нос. Мы смотрим, как он уходит, а потом остаемся только вдвоем. Воздух вокруг все еще наэлектризован.
Иден выпрямляется, расправляя плечи.
– Не лги мне. Что происходит? Алекс тебе что-то сказал?
Я медленно выдыхаю, обдумывая варианты. Я не стану лгать Иден, но и говорить правду тоже не очень хочется. Потому что, даже если они расстались, то, что он спит с кем попало, может причинить ей боль, а это последнее, чего я хочу.
– Я не хочу тебе лгать, так что, если тебе действительно нужно знать, скажу. Но, пожалуйста, просто доверься мне.
Она смотрит на меня с мольбой.
– Если и когда тебе нужно будет узнать о чем-то, я обязательно скажу. Хорошо?
Я вижу момент, когда она сдается. Ее плечи расслабляются.
– Ладно. Но только потому, что я чувствую, что ты пытаешься защитить меня от чего-то плохого, а мне не помешало бы сейчас поменьше стресса.
Мои инстинкты правы. Отчего-то мне кажется, что я всегда понимаю эту женщину.
Я тянусь к ней и кладу руку на плечо. Иден склоняется навстречу моим прикосновениям, позволяя мне слегка погладить ее шею. В этот момент я понимаю, что сделал бы все, чтобы облегчить ее бремя, все что угодно, лишь бы она вновь почувствовала себя спокойной и цельной.
Иден вновь встречается со мной взглядом.
– Я все еще хочу знать, что сказал тебе Алекс.
Я одариваю ее довольной улыбкой. Она никогда не сдается. Это просто не в ее природе.
– Знаю. Но помни: львов не интересует блеяние овец. А ты львица. Поняла?
На ее губах появляется робкая улыбка, и мое сердце замирает. Кто эта девушка? Она заставляет меня испытывать столько беспорядочных, сбивающих с толку эмоций. И, по большей части, все разом. Это дезориентирует.
– Поняла, – с улыбкой отвечает она.
– Ты готова убраться отсюда? – Я киваю подбородком в сторону лестницы.
Иден согласна.
– Да. Пора уже домой. Мне не понравилась гостиничная кровать.
– Можешь переночевать в моем номере. Моя кровать удобная.
Она усмехается, поглядывая на меня, пока мы поднимаемся по лестнице.
– Неужели? Уверен, что не будешь возражать?
Я улыбаюсь, но не осмеливаюсь прикасаться к ней сейчас, потому что нас может кто-нибудь увидеть.
– Я вовсе не возражаю.
Иден играет в застенчивость, поджимая губы.
– Даже не знаю. Я могла бы просто остаться на ночь у себя и почитать. Начала читать одну очень хорошую книгу, которую кое-кто дал мне накануне.
Я коротко смеюсь и качаю головой.
Когда мы поднимаемся на пролет, появляется ее ассистентка с какими-то вопросами. Девушка яростно набирает что-то на планшете. Иден смотрит взглядом, говорящим: «Жаль, что приходится завершить наш игривый разговор», и я чувствую, что сейчас ей нужно сосредоточиться на работе, так что прощаюсь.
– Увидимся позже, – говорю я.
– Я, вероятно, найду, чем тебе заняться, – произносит она, а затем подмигивает.
И мое сердце срывается в галоп.
  
Глава 15
 
Иден
 
Прячась, словно трусиха, в номере отеля, я не могу прекратить вновь и вновь прокручивать в голове предложение Холта. То, как рокотал его глубокий голос. Эти слова были… приглашением разделить с ним постель.
Я тяжело вздыхаю, падаю обратно на кровать и тупо смотрю на аватар Холта в своем телефоне. Поле для текстовых сообщений остается пустым. Наверное, я надеюсь, что слова волшебным образом сами напечатаются.
«Что написать, когда тебе нужен секс по вызову, но тебе не хочется, чтобы парень знал, что он используется в таких целях?»
И теперь я прокручиваю слова «секс по вызову» так часто, что они уже не кажутся настоящими. Неужели Холт просто интрижка на ночь? Думаю, какая-то часть меня знает, что он – нечто гораздо большее.
  
Раздраженно бросив телефон на подушку, я перенаправляю всю эту внутреннюю энергию на вид из окна, как будто решение моей проблемы может быть спрятано где-то в ночном небе.
Почему я позволяю себе так волноваться? Насколько я понимаю, Холт, возможно, шутил, когда говорил это. В конце концов, прошлой ночью, когда мы пересекли определенную черту, это я сказала, что акция разовая. Не то чтобы это мешало мне воспроизводить в памяти каждый момент случившегося.
Как оказалось, Гретхен была крайне не права насчет того, что это поможет мне выбросить Холта из головы. Напротив, попробовав чуть-чуть, я захотела больше. Каждый раз сегодня, когда взгляд штормовых глаз встречался с моим, я вспоминала порочное выражение, промелькнувшее на его лице за мгновение до того, как он поспособствовал лучшему оргазму в моей жизни.
Мне хочется обсудить это с ним, но я понятия не имею, как сделать это осторожно. Учитывая мой пост в организации, и все такое. Если честно, это настоящий кошмар для отдела кадров. Все с моей стороны в этой ситуации довольно неразумно. Но, как я узнала когда-то давным-давно, иногда хорошим девочкам нужно быть плохими.
Жужжит телефон, прерывая мое любование звездами, и я уже готовлюсь прочесть электронное письмо от Аспен или рассылку ESPN об игре. Но то, что я вижу, заставляет мои брови взлететь, а также вызывает теплое, но чуть тревожное чувство в груди.
Я провожу большим пальцем по уведомлению, открывая текст.
«Кстати, поздравляю с победой. Не помню, говорил ли».
Губы растягиваются в улыбке, пока большие пальцы летают по клавиатуре, набирая ответ.
«Спасибо. Почему еще не спишь? Рейс завтра утром».
Обычно правила этикета предписывают немного подождать, прежде чем отвечать на сообщение от парня, но что-то в Холте заставляет меня чувствовать себя немного более нетерпеливой, чем обычно.
К моему большому удивлению, он отвечает не новым сообщением, а звонком.
«Боже». Я тут сижу, тщательно взвешивая каждое слово в эсэмэске, а у него хватает смелости просто звонить мне ни с того ни с сего? Именно такой уверенности мне стоит от него поднабраться.
После короткого, сосредоточенного вдоха я отвечаю:
– Алло?
Меня, будто легкой волной, омывает низкий, хриплый голос Холта.
– Привет. Закончила наконец работать?
Зубы впиваются в нижнюю губу.
– Да, закончила. Ты меня проверяешь? – тихо спрашиваю я.
На другом конце провода раздается тихий смешок.
– Что-то вроде того.
Я опускаюсь на краешек кровати, и, как и всякий раз, когда я с ним, все охватившее меня напряжение улетучивается.
– Ну, спасибо, что спросил.
– Как бы мне ни были приятны похвалы, этот звонок носит не столько профессиональный, сколько личный характер, – говорит он слегка застенчиво. – Я тогда говорил серьезно. Никакого давления, но я очень хотел бы увидеть тебя снова.
Я рассеянно ковыряю заусенец, взвешивая аргументы ангела на одном плече и дьявола – на другом. Я так зациклилась на формулировке послания Холту о том, можем ли мы увидеться этим вечером, что даже не рассматривала деталей подобной вероятности.
Если бы кто-нибудь из игроков заметил, как я с утра пораньше выхожу из номера начальника службы безопасности, все уважение, которое мне удалось завоевать за прошедший месяц, было бы потеряно.
С другой стороны, мы провернули это еще в Детройте. Конечно, тогда наши комнаты были совсем рядом, но мы могли бы повторить подобную схему: я заскакиваю ненадолго, а потом тихо ухожу, пока не стало достаточно поздно, чтобы у кого-нибудь возникли подозрения.
– Иден? Ты там?
– Угу, – бормочу я, постукивая пальцами по бедру. – Просто хочу прояснить. Может, я могу просто заглянуть ненадолго?
– Звучит неплохо. Номер шестнадцать четырнадцать.
– Идеально, – шепчу я. Это через три двери от меня. – Скоро увидимся.